Бывает и хуже?. Трилогия - Игорь Алмазов, Виктор Молотов (СИ)

Она резко повесила трубку. Я в недоумении посмотрел на телефон. Серьёзно, не такси?
Ладно, значит, надо звонить в стационар. Номер тоже нашёлся в телефонной книжке, хотя бы не пришлось искать его в интернете. «Больница, приёмное отделение». У Сани зачем-то была сделана заметка к этому номеру «АД». Интересно, почему ад?
Набрал номер и снова начал слушать гудки. На этот раз ещё более длинные, чем у скорой. Ответили мне примерно через минуту.
  
— Приёмное отделение, — раздражённый женский голос не сулил ничего хорошего.
— Добрый день, — снова начал я. — Это врач-терапевт Агапов. Мне надо госпитализировать пациентку, Смирнову Галину Петровну, восемьдесят лет.
— Агапов, вы куда звоните? — перебила она. — Номер хоть посмотрели или у вас ещё и зрение испортилось?
Это начинает сильно раздражать!
— Я звоню в приёмное отделение, и не надо мне хамить, — строго ответил я. — Всё-таки я врач.
— Врач, который не знает, куда класть пациентку, — фыркнула та. — Раз вы врач, то и договаривайтесь с терапией. Мы-то тут при чём? Вы бы ещё в скорую позвонили, ёк-мокарёк.
— Тогда дайте мне номер терапевтического отделения, и повторю: не стоит хамить, — заявил я.
Она раздражённо продиктовала мне номер и тут же повесила трубку. Это у них мода, видимо, такая.
Что ж, теперь позвоню в терапевтическое отделение. Это уже дело принципа, госпитализировать пациентку. В самом деле, я врач — и не могу положить свою больную в стационар⁈
— Терапия, Агишева слушает, — в этот раз трубку взяли практически сразу. Хоть что-то.
— Добрый день, — уже в который раз поздоровался я. День переставал быть добрым. — Это врач-терапевт, Агапов Александр Александрович.
— Кого я слышу! — протянул женский голос. — Это ведь ты, засранец, мне Прохорова положил? Русским языком тебе сказал: нет у него показаний. Нет, засунул мне этого полоумного деда, который по ночам голышом шарахается!
С трудом переварил вывалившийся поток информации. Разумеется, ни о каком деде я знать не знал.
— Я вам звоню по другому вопросу, — прервал я её. — Мне нужно госпитализировать к вам пациентку. Смирнова Галина Петровна, восемьдесят лет…
— Мест нет, — заявила Агишева.
Хочется просто по кирпичикам всю больницу разнести. Это вот так работает медицина в современном мире?
Так, ладно, в свой прошлый мир я уже не вернусь, и лейб-целителем мне снова не стать. Поэтому необходимо решать эту проблему здесь и сейчас.
— В смысле, нет? — строго спросил я. — У меня пациентка, которая нуждается в госпитализации.
— Она помирает? — протянула Агишева. — Без сознания лежит? Еле дышит?
— Нет, — вынужден был признать я. — Но все показания есть.
Агишева противно рассмеялась.
— Агапов, ты понятия не имеешь, какие должны быть показания, — заявила она. — Раз нет острого состояния — значит пусть ждёт плановой госпитализации. Как появятся места — я сообщу.
Нет, хватит с меня.
— Значит так, — отчеканил я. — Я врач, и в состоянии определить, нуждается ли пациентка в госпитализации или нет. Подвергать мои слова сомнению вы не имеете права. Я отправлю её в больницу, и мне всё равно на ваши слова.
— Сам тогда ей и занимайся, — отозвалась Агишева. — Раз ты весь такой врач, приедешь и сделаешь назначения.
Она предлагает мне самому поработать врачом-терапевтом в стационаре. Вызов принят.
— Без проблем, — заявил я. — Отправляю.
— Форму 057-У не забудь, — Агишева повесила трубку.
К счастью, нужная форма у меня была с собой. Взял на вызов папку, в которой нашлись разные бланки. Думал, разберусь по ходу дела. Вот, выяснил, что на госпитализацию пригодится один из этих бланков.
— Милок, ну что там? — из кухни вышла Галина Петровна.
— Собирайтесь, сейчас форму заполню, и отвезём вас в больницу, — ответил я.
Скорая помощь везти отказалась. А как ещё женщине, которая еле ходит, добраться до стационара? Придётся на нашей машине.
Заполнив форму, я помог Галине Петровне с вещами, и мы вышли к Косте. Дорога вниз далась тяжело нам обоим, так что останавливались отдышаться на каждом лестничном пролёте.
Так что к Косте мы спустились ещё минут через десять.
— Это что за делегация? — раздражённо спросил водитель.
— Надо пациентку в стационар отвезти, а потом дальше по адресам ехать, — заявил я.
— Сань, но я так-то не такси, — заявил Костя. — Пусть сама добирается. У нас и время ограничено, некогда нам круги наворачивать.
Как же надоела эта система!
— Мы отвезём её, это не вопрос, — заявил я. — Галина Петровна, садитесь в машину.
Водитель раздражённо хмыкнул, но больше ничего не сказал. Довёз нас до стационара, где я проводил женщину в приёмное отделение.
— Покажете направление, они определят вас в терапию, — объяснил я. — Сегодня я к вам подойду.
Ведь мне поручили сделать назначения. Смирнова кивнула и пошаркала в стационар. А я вернулся в машину.
— Сейчас Шарфиков начнёт звонить и возмущаться, почему машина занята так долго, — со злорадством сказал Костя. — Сам ему и объяснишь, что решил в благородство поиграть.
Я ничего не ответил, лишь рукой махнул. Впереди было ещё пять вызовов, и надо беречь силы.
На вызовы у меня ушло почти три часа. Была пара случаев обычной простуды, в которых попросили сделать больничные листы. Остальные же — пенсионеры, все с огромным багажом хронических болячек. На каждого такого пациента уходило довольно много времени, потому что совесть не позволяла мне просто махнуть рукой и уйти.
К счастью, в госпитализации больше никто не нуждался. А то второго подобного заплыва сегодня я бы не выдержал.
Закончив, сел в машину, и всё ещё обижающийся на меня Костя отвёз меня к поликлинике. Там стоял Шарфиков, переминаясь с ноги на ногу.
— Какого чёрта так долго⁈ — накинулся он на меня, когда я даже из машины вылезти не успел. — Я как идиот сидел, ждал несколько часов, чтобы на свои вызовы поехать!
— Сложные случаи, — спокойно ответил я. — Всё-таки участок новый, нужно время, чтобы со всеми разобраться.
Шарфиков хотел что-то ещё сказать, но тут нас окликнул ещё один голос.
К нам спешил мужчина лет тридцати пяти, высокий, с чёрными волосами и белоснежной улыбкой. Одет он был в хирургический костюм, поверх которого накинута куртка.
— Стасян, Санёк, здорова, — он по очереди пожал нам руки. — Ну что, когда поездка счастья планируется?
Это кто вообще?
— Не знаю, Тох, никогда, наверное, — буркнул Шарфиков. — У нас Саня головой, видимо, ударился. За работу взялся, дружбу не ценит.
— Саня, ты в порядке? — почему-то нараспев спросил «Тоха». Это Антон, думаю. — Мы ж хотели в сауне оттянуться в Саратове. Вызвать девочек… За деньги-то тебе точно дадут. А то шишка поди дымится уже.
Твою ж мать, Саня, как ты вообще дружил с этими людьми? С ними вообще поговорить можно о чём-то другом⁈
— Мне такое не интересно, — отрезал я. — Тем более мне новый участок дали, работы теперь много. Так что поезжайте без меня.
— Так ты ж нам оплатить обещал, — напомнил Антон. — И сливаешься?
Похоже, с Саней в принципе общались только из-за этого. Но ладно бы ещё у него правда финансовое положение позволяло платить за других! Однако Агапов зарабатывал не так много, чтобы оплачивать развлечения для других.
— Значит, сами оплатите, — пожал я плечами. — Раз я не поеду — то и смысл мне за вас платить?
— За базар не отвечаешь, — подытожил Антон. — Всё с тобой ясно.
Больше не хочется вообще присутствовать в этом разговоре.
— Думай как хочешь, — я махнул рукой и пошёл в сторону стационара.
Шарфиков и Антон остались разговаривать, явно обсуждая странные перемены с Саней. Всё, больше на мне ездить не получится, парни. Поездки счастья теперь совершайте самостоятельно.
  
Я пошёл в стационар, ведь мне надо было оформить назначения для Смирновой.
Здание больницы находилось рядом с поликлиникой. Оно мне было уже знакомо, именно здесь я и начал свой путь в этом новом мире. Кстати, как раз в терапии и лежал, только Агишеву эту не видел. Моим лечащим врачом был мужчина, что в реанимации, что в отделении.