Кровавая любовь. История девушки, убившей семью ради мужчины вдвое старше нее

В начале апреля 1976 года Делука позвал Берт в кладовую и спросил:
– Берт, я могу тебе доверять? Действительно доверять?
– Фрэнк, ты знаешь, что можешь, – заверил босса молодой человек.
Делука протянул ему коричневый бумажный пакет и сказал:
– Я хочу, чтобы ты на некоторое время подержал его для меня. Спрячь его где-нибудь у себя дома. Даже жене об этом не говори.
  
Берт Грин забрал сверток домой и спрятал в шкафу за зимними ботинками. Примерно через неделю Делука попросил его вернуть пакет. Когда Делука развернул сверток, Грин увидел, что это револьвер 32-го калибра.
В понедельник днем, 19 апреля, Делука вошел в отдел спиртных напитков и сказал:
– Мне нужна услуга, Берт. У меня вечерняя смена, а Патриш сегодня вечером нужно кое-куда подвезти. Можешь подъехать за ней к нам? А потом отвезти ее обратно в Элк-Гроув?
Грин извинился и сказал, но он не сможет.
– Фрэнк, сегодня первый день рождения моей маленькой девочки, мы устраиваем для нее праздник.
Делука был настойчив.
– Понимаешь, действительно важно? Слушай, если ты меня выручишь, завтра я дам тебе выходной на весь день.
В конце концов Грин согласился. Когда закончилась его смена, он пошел домой, чтобы поужинать с женой и дочерью, потом вернулся на машине в аптеку и сообщил Делуке, что едет за Патти, чтобы Делука мог ей позвонить.
В многоквартирном доме, где жили Патрисия и Делука, Грин подъехал к заднему входу, как ему и было велено, и Патрисия быстро села на пассажирское сиденье. Грин сразу заметил, что Патрисия не одета в один из ее обычных ярких нарядов, вместо этого она была в джинсах, длинном темно-коричневом пальто, а ее волосы скрывались под шарфом, завязанным вокруг головы.
– Куда вас отвезти? – спросил ее Грин.
– Просто возвращайтесь в сторону Элк-Гроув, – сказала Патрисия. – Я скажу вам куда.
В конце концов Патрисия заставила Берта Грина отвезти ее на парковку у лютеранской церкви на Арлингтон-Хайтс-роуд, недалеко от перекрестка с бульваром Джона Кеннеди, где находится «Уолгрин».
Когда Патрисия вышла на темную и пустынную парковку, Грин спросил:
– Хотите, чтобы я подождал?
– Нет, – ответила она и ушла в темноту.
Берт поехал в магазин и рассказал Фрэнку, как было дело. Делука его поблагодарил. На следующий день Берт взял выходной, а Делука сфальсифицировал табель учета рабочего времени Грина, чтобы создать впечатление, что он работал.
Когда Берт Грин вернулся к работе в среду, босс позвал его на склад, где они могли поговорить наедине.
– Берт, у меня серьезная проблема, – начал Фрэнк, – и я говорю тебе об этом, потому что знаю, что могу тебе доверять. Старик и старуха Патриш заключили на меня контракт, понял? Они хотят меня убить. Но я нанял двух киллеров, чтобы те прикончили их первыми, понял? Тогда, в понедельник вечером, киллеры должны были встретиться с Патриш на церковной парковке, и она хотела провести их в дом – но они не появились. Так или иначе в следующий понедельник мне может снова понадобиться твоя помощь, понял?
В следующий понедельник, 26 апреля, Делука снова попросил Грина о той же услуге: забрать Патрисию в квартире и отвезти ее на парковку лютеранской церкви, которая, как теперь понял Берт, находится очень близко к дому Фрэнка Коломбо. Не желая ссориться с Делукой и, возможно, ставить под угрозу свое недавнее продвижение по службе, Берт согласился. В тот вечер он снова забрал Патрисию на заднем дворе многоэтажного жилого дома и отвез ее туда же. Она снова была в джинсах, длинном пальто и шарфе. На этот раз во время поездки она сама впервые рассказала о происходящем.
По словам Берта Грина, она сказала: «Убийство произойдет сегодня вечером».
Высадив Патрисию, Грин поехал прямо домой, не заезжая в магазин ради отчета Делуке.
Во вторник утром Делука сказал встревоженному Берту Грину во второй раз: «Убийств опять не было».
Далее Делука заявил, что Патрисия была в доме своих родителей, очевидно, готовая впустить киллеров, когда зазвонил телефон, и она взяла трубку. Объяснения этому не было – подумала ли она, что это звонили киллеры, чтобы проверить, действительно ли она на месте, или она просто взяла трубку по привычке, – но она ответила на звонок. Звонил родственник. Делука сказал Грину, что убийство пришлось отменить, поскольку можно было установить, что Патрисия находилась в доме. О том, что с киллерами, он не сказал.
Спустя какое-то время после этого разговора, возможно, день или два, Делука сказал: «Если в следующий раз убийств не будет, возможно, мне придется сделать это самому».
В следующий понедельник, 3 мая, Делука снова попросил Берта Грина отвезти Патрисию, и новый менеджер отдела спиртных напитков отказался.
– Фрэнк, я не могу, никак. Жена очень из-за этого расстраивается.
– Берт, ты должен сделать это для меня, – настаивал Делука. – Сегодня вечером все готово.
– Я не могу, – взмолился Грин. – Я просто не могу снова выйти из дома. Моя жена…
– Слушай, уходи из дома под любым предлогом, – почти приказал ему Делука.
– Вали все на меня, все, что она сможет понять, хорошо? Но ты должен это сделать для меня, Берт.
Как и прежде, Берт Грин капитулировал и согласился.
На этот раз, когда Берт припарковался за домом в ожидании Патрисии, он очень нервничал. Он сказал, что у него в голове вертелось много чего: револьвер, который он хранил для Делуки, якобы стоявшие за всеми киллеры, тайные встречи с людьми, которые, похоже, так ни разу и не появились. И он, Берт Грин, начинал чувствовать, что увяз по горло. Он пообещал себе, что это последний раз, когда он в этом участвует.
Когда Патрисия наконец вышла, Берт Грин настолько нервничал и так хотел покончить с этим делом, что превысил скорость, пытаясь быстрее доставить пассажирку на церковную парковку. Он сказал, что Патти Коломбо даже посоветовала ему притормозить. Когда Берт Грин вернулся домой в ту ночь, он был явно не в себе.
На следующий день, во вторник, 4 мая, Грину на работу было не надо, но он тем утром все равно зашел в магазин, потому что Делука сказал ему зайти. Грин вспомнил, что Делука был «очень встревожен», когда сказал Берту в третий раз, что запланированных нападений «опять не произошло». Но на этот раз у Делуки было новое оправдание неудачи: якобы потому, что Фрэнк Коломбо «перекупил киллеров, нанятых Делукой». И снова, по словам Берта Грина, Делука сказал: «Я сделаю это сам».
После этого Берт Грин покинул магазин. Он заявил, что больше с Фрэнком Делукой в тот день не виделся.
Это был день убийств.
Самая важная часть заявления Берта Грина началась с рассказа о том, как он приехал на работу на следующее утро, в среду, 5 мая. Он должен был открыть аптеку. Он приехал около восьми тридцати, ему нужно было подойти к электрическому щиту и включить его, зажечь весь свет в магазине, потом открыть сейф и достать деньги для кассовых аппаратов. И он утверждал, что был в магазине и шел к электрическому щиту, прежде чем понял, что свет уже включен. Как и тихая фоновая музыка, которая постоянно играла в рабочее время.
Не увидев никого в общественной зоне магазина, Берт вошел в двери с табличкой «Только для персонала» и направился по коридору к столовой для сотрудников. Там тоже горел свет, который тоже кто-то включил. В этот момент Грин услышал знакомый низкий раскатистый рев горящей печи для сжигания мусора. А потом он столкнулся с Фрэнком Делукой, отходящим от мусоросжигательной печи, и увидел позади Делуки красное сияние горящего огня. На мгновение двое мужчин уставились друг на друга. Потом Делука заговорил:
  
– Это произошло прошлой ночью. Я убил всю семью. Поэтому огонь, я сжигаю свою одежду. Я был весь в крови, залит гребаной кровью с ног до головы.
Делука покачал головой.
– Я не спал, я пришел домой только в четыре часа утра.
Он глубоко вздохнул.
– Зайди в кофейню и посиди со мной. Первым делом отметим приход на работу.