Кровавая любовь. История девушки, убившей семью ради мужчины вдвое старше нее

Нэнси, которая была всего пятью месяцами старше Патрисии, Лэнни казался очень взрослым, очень учтивым, таким мужчиной после мальчиков-подростков, с которыми она имела дело прежде. Он был милым и веселым. Она начала лучше понимать, как Патрисия Коломбо связалась с Фрэнком Делукой. Мужчины постарше были другими.
Когда однажды Лэнни попросил Нэнси пригласить на свидание с его приятелем подругу, Нэнси сразу вспомнила о Патти. Нэнси подумала, что Патти была бы рада провести вечер вне дома, чтобы просто немного повеселиться, без всяких обязательств.
  
Нэнси забыла, упоминала она когда-нибудь при Лэнни имя Патти Коломбо или нет. Но когда Лэнни стал настаивать на организации свидания ее подруги со своим другом по имени Роман, она рассказала ему о Патти и некоторых деталях ее ситуации, включая заявление Патти, что Фрэнк Коломбо угрожал убить ее и ее дружка.
Лэнни, которого Нэнси считала полицейским, ожидающим восстановления в должности после отстранения от службы, сказал ей, что его друг был очень «крутым» с важными политическими связями и знакомствами в преступном мире и мог бы помочь Патрисии решить ее проблему.
Нэнси позвонила Патрисии, и свидание вслепую было назначено.
В тот вечер, когда Патрисия должна была отправиться с Нэнси на двойное свидание, Делука допоздна работал в аптеке, поэтому Патрисия поехала на его машине. Нэнси хотела подвезти ее на своей новой «Камаро», но Патрисия отказалась.
– Я хочу иметь возможность уйти в любой момент, – сказала она Нэнси. – И я должна заехать за Фрэнком, когда он закроет магазин.
Патрисия заехала за Нэнси, и они направились к «Элк-Гроув-Виллидж Боул». Лэнни и его друг Роман уже были там, стояли на парковке возле своей машины. Нэнси познакомила Патрисию с Лэнни, а Лэнни представил их обеих Роману. Фамилии не назывались.
Девушки последовали за ними в скромный маленький бар под названием «Где еще?» со светящейся вывеской: слово «Где» вверху и слово «еще» внизу, а между ними неоновые трубки образовывали большой вопросительный знак. Внутри он мало чем отличался от любого другого небольшого коктейль-бара в пригороде. Там была обязательная стойка с рядом барных стульев с виниловой обивкой, несколько кабинок вдоль противоположной стены, миниатюрный танцпол, рассчитанный максимум на четыре пары, и большой музыкальный автомат с подсветкой. Один бармен и одна официантка могли обслуживать заведение даже в канун Нового года, настолько оно было компактным.
Все четверо сели в одну кабинку: Нэнси с Лэнни, Патрисия с Романом. Они заказали напитки, и Лэнни бросил деньги в музыкальный автомат. Они немного выпили, немного поговорили, немного потанцевали, меняясь партнерами с каждой новой композицией. В какой-то момент, когда Патрисия танцевала с Лэнни, его пиджак расстегнулся, и она увидела у него на поясе пистолет в кобуре.
– Зачем ты носишь пистолет? – с любопытством спросила она.
– Я всегда его ношу, когда я с Романом, – небрежно ответил он. – Разве Нэнси не говорила тебе, что Роман очень крутой?
– Она упомянула что-то такое, – сказала Патрисия.
Лэнни кивнул.
– Будь с Романом поласковей, – произнес он, – и он обязательно тебе поможет, если тебе понадобится услуга.
Разговор в конце концов перешел на секс. В ту пору были в моде маленькие кинотеатры для взрослых, а киноактриса порнофильмов Линда Лавлейс прославилась своим выдающимся талантом исполнительницы минета в фильме «Глубокая глотка». Роман и Лэнни подробно обсудили фильм и талант Линды, размышляя о том, как она исполняла свой уникальный номер.
Патрисии стало явно не по себе. Роман ей совсем не понравился, он слишком смахивал на рыбу с опущенными веками и смешной формы губами, эти губы напоминали ей золотых рыбок, что были у нее в детстве. Вдобавок Нэнси чересчур много пила, и Патрисия начала задаваться вопросом, насколько безопасно будет оставить ее с этими двумя парнями, когда ей самой придется ехать за Делукой.
Вскоре мужчины предложили продолжить вечеринку в известном Роману мотеле. Они доберутся туда так же, как приехали в бар: впереди мужчины в одной машине, а за ними девушки – в другой.
Патрисия подумала, что у нее появился шанс избавиться от этих подонков и отвезти Нэнси домой. Тогда ей не придется о ней беспокоиться.
Когда они вернулись в свои машины и двинулись в путь, Патрисия немного отстала, как будто не хотела ехать за ними слишком близко. Она отстала от них ровно настолько, чтобы они не заподозрили, что что-то не так, а потом, когда почувствовала, что пришло время, быстро свернула и помчалась по боковой улице. От внезапного толчка у Нэнси скрутило живот.
– Господи, меня тошнит, – хрипло сказала она.
– Не блевани в машине, – предупредила Патрисия. Как, черт возьми, она объяснит это Фрэнку?
Патрисия поехала окольным путем по жилым кварталам, Нэнси всю дорогу ныла, потому что хотела пойти в мотель, в конце концов Патрисия остановилась перед домом Гленнов. Мгновение спустя Лэнни и Роман остановились прямо за ней. Патрисия не могла в это поверить. Она подумала о брате Нэнси, Нормане, но свет в доме не горел. Позади них хлопнула дверца машины, и подошел один из мужчин. Патрисия запаниковала.
– Я хочу ехать в мотель, – пробурчала Нэнси, узнав свой дом.
Роман подошел к машине со стороны Патрисии и постучал в окно.
– Я просто хочу с тобой поговорить, – сказал он. Патрисия приоткрыла окно. – Почему ты пыталась нас кинуть после того, как Лэнни заплатил тебе деньги? – спросил он.
– О чем ты говоришь? – рявкнула Патрисия. – Лэнни мне денег не платил.
– С вами, девушки, договорились о поездке в мотель. Зачем вы пытаетесь сбежать?
– Я иду в мотель с Лэнни, – объявила Нэнси и вышла из машины, прежде чем Патрисия успела ее остановить.
– Дерьмо, – сказала Патрисия. Затем обратилась Роману:
– Слушай, мне нужно забрать своего парня…
Роман покачал головой.
– Не раньше, чем мы закончим то, о чем договорились, – категорично отрезал он. – Я думал, тебе нужна услуга.
– Забудь об этом, чувак, – сказала ему Патрисия. – Я не хочу никаких услуг. И я с тобой не трахаюсь, ясно?
– Ты заключила сделку, – сказал Роман. – Ты будешь ее соблюдать.
Патрисия уловила в его голосе намек на угрозу. Она вспомнила слова Лэнни часом ранее: «Роман – очень крутой». «Берегись, – предупредила она себя. – Из девушек вышибают дерьмо и не за такое».
– Хорошо, – наконец уступила она, – я поеду в мотель. Но с тобой я не трахаюсь.
– Ты можешь трахаться с Лэнни, – пожав плечами, сказал он. – Я трахну твою подругу. Какая разница? Трах есть трах. Подожди здесь. И не пытайся ничего учудить.
– Отвали, – пробормотала Патрисия, когда он уходил.
Вскоре подошел Лэнни и сел с ней в машину.
– Просто езжай за ними в мотель, – сказал он, когда Роман с Нэнси уехали.
Пока Патрисия ехала, ей пришло в голову, что она еще может что-то извлечь из этого неудачного вечера. За несколько недель, прошедших с тех пор, как отец напал на Фрэнка Делуку, Фрэнк уже свел ее с ума своей постоянной тревогой по поводу отцовской угрозы его убить. Патрисия еще не разыграла свою скрытую карту – отзыв заявления о нападении и избиении, она не могла убедить Фрэнка, что это принесет им пользу.
– Патриш, твой старик меня достанет, – без устали продолжал жаловаться ее любовник. – Он кого-нибудь наймет, чтобы меня убить.
Патрисия надеялась, что этот парень Роман, который должен был быть таким «крутым», мог бы, если Патрисия будет к нему добра, узнать для нее, стоит ли Фрэнку действительно бояться, выяснить как-то, был ли заказ на Фрэнка, или угроза отца – это просто грязные ругательства итальяшки.
  
Но Роман был настолько отталкивающим, что Патрисия похоронила идею через несколько минут после встречи с ним. Другой, Лэнни, был ей не так уж неприятен, и, пока она ехала, ей в голову пришла новая идея, которая могла бы ей помочь.
– Послушай, если я буду с тобой очень ласкова в мотеле, – сказала она Лэнни, – не мог бы ты дать мне какой-нибудь пистолет? Я имею в виду, что он не может спать по ночам, он ездит на работу разными маршрутами, даже в нашем доме он начал выходить из лифта на разных этажах, на случай, если кто-то его выслеживает. У него есть один из этих маленьких «дерринджеров», но будь у него для защиты оружие покрупнее, он чувствовал бы себя намного лучше.