Призрачный отель (СИ)
— Да меня Алинка живьём съест!
— И не подумает. Такая же глиста в обмороке, как ты, каждая калория посчитана. А вот я — сожру и не поморщусь. Так, ну всё, мне там, кажется, работать пора. Отчаливаю, не шалите.
С этими словами Мстислава Мстиславовна исчезла, переместившись в реальный мир. Мы с Изольдой остались вдвоём. Она посмотрела на меня, непроизвольно выпятив губы, как обиженный ребёнок, который вот-вот заплачет.
— Да ладно тебе, не парься, — пожал я плечами. — Не обязательно ходить за мной с запасным подгузником. Я уже понял, что инициатива инициирует инициатора.
Посопев, Изольда провела ладонями по безупречно уложенным волосам. Она была одета в отельную униформу. Теоретически, в реальном мире сейчас должна была сидеть на ресепшене.
— Прости. Дело не в тебе, дело во мне.
— Само собой, я-то идеален.
— Наставник из меня очень плохой…
— Ну а из меня очень плохой подопечный. Я думаю, мы поладим.
Изольда улыбнулась. Не из вежливости, а от души, это я как-то почувствовал. И сказала:
— В двадцатом году я тоже пыталась спасти пустышку. Это был один литератор… До семнадцатого его сочинения пользовались спросом, а потом… Он фактически умер от голода. — Изольда помолчала, глядя на сцепленные на коленях руки. — Я зачитывалась его статьями, даже была представлена… Не могла его бросить просто так.
Я молча кивнул. Между строк хорошо читалась история влюблённости в кумира. Ну и в голодную смерть неприспособленного к жизни литератора в двадцатом году верилось без проблем. Со всеми этими локдаунами чего только не творилось.
— Я поступила так же, как ты. Привела его в отель. И через три дня он уже даже на человека не походил. Это был шар, который только и делал, что жрал, жрал… — Изольда содрогнулась. — Пытался сорвать с меня одежду. Вот. Не мне тебя осуждать на самом деле. Ни Мстислава, ни Денис ничего такого не рассказывали, но по оговоркам я догадалась, что через это проходят все. В начале пути своя пустышка была у каждого видящего.
— Даже у Вана?
— Наверняка. — Изольда улыбнулась. — Мне он поначалу тоже казался лишенным человеческих эмоций. Но это не так, поверь.
— Да верю, почему нет. А я, выходит, сегодня прошёл ритуал посвящения?
Изольда опять улыбнулась.
— Ну, получается, да.
— Может, отметим?
— Тебе после того, что пережил, надо отдохнуть, а мне пора возвращаться на работу.
— А до скольких ты работаешь?
— Смена заканчивается в восемь вечера.
— Ну вот и заходи после смены, я как раз отдохну. Дорогу знаешь… Что? — Это я увидел, как Изольда изменилась в лице. Оно мгновенно обрело холодное, отстранённое выражение. — Да я ничего такого, блин! Стесняешься заходить — позвони. Сходим погуляем, к восьми уже и жара спадёт. Посидим где-нибудь, у меня вот-вот доходы вырастут. Самое время научиться их пропивать и тратить на женщин.
Изольда рассмеялась.
— Хорошо. Как смена закончится, я тебе позвоню.
И, как незадолго перед этим Мстислава, исчезла, переместившись в реальный мир.
Я поступил так же. Получилось с первой попытки, возвращаться в реал у меня вообще получалось лучше, чем проваливаться к призракам. Ну и в целом пять дней, проведенные в отеле, даром не прошли. Ещё пять таких — и, глядишь, буду перемещаться из мира в мир уже не задумываясь, будто через порог шагаю.
Я очутился в реальном мире — и меня тут же окружили звуки.
— … а ещё, пожалуйста, шоколадный фондан, и… Сёма, куда ты лезешь⁈ Прекрати немедленно. — Молодая женщина за соседним столиком перехватила ребёнка, пытающегося соскочить с дивана. — Посиди немножко, сейчас тётя принесёт булочку!
«Тётя» в коричневом фартуке и белом поварском колпаке величественно кивнула и удалилась. Меня она как будто не заметила. Из кармана «тёти» торчала трубка.
Когда я проходил мимо женщины с ребёнком, она взглянула с удивлением — видимо, до сих пор считала, что соседний столик пуст.
Столик был тот самый — за которым я впервые увидел Мстиславу и компанию. Люди, заходящие в кафетерий, как я успел заметить, не садились за него никогда. И не только из-за таблички «Reserved», которую с этого стола не убирали. Просто для обычных людей он будто вовсе не существовал. Хотя народу сегодня было немало, все остальные столы заняты. Кондитерское искусство Мстиславы пользовалось популярностью.
Я прошёл по коридору к лифтам. Мимо ресепшена — Изольда вежливо рассказывала гостям, молодой паре, о часах работы ресторана, баров и бассейна. В мою сторону не повернулась — хотя наверняка заметила. Алина, стоящая рядом с Изольдой, тоже меня увидела.
Пару дней назад надменное выражение на её лице сменилось лёгкой заинтересованностью — в отеле я примелькался. Наверняка уже знает, что нанят я для обслуживания аквариума в кабинете управляющего и пытается угадать, сколько мне платят за эту необременительную работу. Вдруг есть смысл до меня сексуально домогнуться? Изольде можно, а ей почему нельзя? Раз домогнёшься, другой — а там, глядишь, уже и замужем.
Заинтересованность Алины я старательно проигнорировал. Прошагал мимо ресепшена с максимально невозмутимой рожей. Поднялся на свой десятый этаж, в номере с наслаждением плюхнулся на кровать и раскинул руки.
После того вещевого коллапса, который намутила Лидия Ивановна, сдержанный интерьер спальни радовал до глубины души. Вот просто глаз отдыхал.
Я подумал, что лишнюю шмотку или, упаси господь, предмет мебели принесу сюда только в случае, если жить без этого не смогу. И никак иначе. Желание приобретать что бы то ни было у меня, похоже, отбило надолго. Можно сказать, вещефобия образовалась. Интересно, бывает такая?.. Бывает, наверное. После того, как я прочитал в какой-то статье, что боязнь лягушек и боязнь жаб — это две разные фобии, которыми занимаются разные специалисты, ничему уже не удивлюсь.
А в номере я, кстати, вполне себе обжился. Ван перевёз из моей квартиры личные вещи, ноут; я впёр на буфет микроволновку, распихал по углам всякие нужные мелочи. Норм получилось. Шмотки всегда можно в прачечную сдать, к вечеру принесут чистые и отглаженные. На этаже у лифта стоит даже специальный аппарат, чтобы чистить ботинки. Так что, если бы у меня были ботинки и желание их чистить, тоже горя бы не знал.
Убираться приходит горничная — причём так, что я за пять дней не столкнулся с ней ни разу. Завтракать привык в кафетерии у Мстиславы, она там, оказывается, не только плюшки печёт. Может и яичницу забабахать, и сосиски, и бутерброды настрогать в таком ассортименте, что глаза разбегаются. Денис сказал, что если особо не наглеть, то можно и бассейном пользоваться, и прочими достижениями цивилизации — за которые постояльцы бешеные деньги платят… В общем, в отеле мне нравилось всё больше.
С этой мыслью я заснул. Проснулся от звонка стационарного телефона. Ещё одна штука, присутствие которой меня поначалу удивляло. Звонить с этого телефона можно было только в другие номера и службы отеля, больше никуда. Своего рода внутренний мессенджер. И вот им мои новые коллеги пользовались весьма активно. В отличие от мобильных телефонов — которые недолюбливали. Не удивлюсь, если даже опасались — все, кроме Дениса. Этот, напротив, был фанатом гаджетов и за поступлениями на рынок новых айфонов следил не менее внимательно, чем за передвижениями по отелю интересных дам.
— Тимур, — прощебетала в трубке Изольда. — Я закончила.
— Понял. Сейчас спущусь.
* * *Через пять минут мы с Изольдой, провожаемые взглядами охранника и девушек на ресепшене, которые сменили её и Алину, вышли из отеля. Изольда переоделась в обычное платье и выглядела потрясающе.
— Куда пойдём? — повернулась она ко мне.
— А куда тебе хочется?
Сам я не любитель прогулок. Хожу обычно быстрым шагом и с конкретной целью. А вот Изольда оказалась явной любительницей. Когда я сказал «погуляем», прямо расцвела.
— Предлагаю дойти до стены. Тут не очень далеко.
Крепостная стена, а точнее, то, что от неё осталось — это наша главная достопримечательность. Всех туристов первым делом везут смотреть на неё.