Мечников. Открытие века (СИ)
— Два антибиотика? — переспросил Синицын. — Алексей, а зачем нам два? Достаточно и один произвести. К чему такая переработка?
— У нас должен быть козырь в рукаве, — пояснил я. — Если Сеченов нас опередит, у нас должен быть второй антибактериальный препарат. Создадим сразу два. В худшем случае запатентуем только один. В лучшем — сразу два.
Я задумал создать два самых старых антибиотика. Пенициллин и сульфаниламид. Второй также носит и другое название — стрептоцид. Если мы наладим производство этих препаратов уже в девятнадцатом веке… Это спасёт сотни миллионов жизней.
В одной лишь только Второй мировой войне пенициллин спасал множество раненых бойцов. И, судя по проясняющемуся взгляду Щеблетова, он понял, к чему я веду.
— Гнойные инфекции, значит… — улыбнулся он. — Да армия может закупить у нас таких препаратов на… На целое состояние! Даже при том, что нам придётся поделить доход на троих… Выйдет огромная сумма!
И из этой суммы я получу примерно шестьдесят процентов. Тридцать уйдёт Щеблетову, и пятнадцать процентов от моего дохода — Синицыну.
— Мне нужно два-три дня, чтобы продумать дальнейший план действий, — сказал коллегам я. — Производить антибиотики — дело непростое. В моей лаборатории это сделать не удастся. Нам придётся выкупить отдельное здание, организовать цех. Оборудование тоже понадобится. А ещё…
Хмм… А ведь для производства некоторых химикатов придётся сильно регулировать температуру. Сначала повышать, потом понижать, и снова повышать. Схема там довольно трудная, а таких технологий ещё не изобрели.
Значит, выход у нас один. Воспользоваться магией. Мне понадобится огненный и ледяной маги. И, так уж случилось, что у меня есть оба представителя стихийных направлений. Пиромант Игорь Лебедев и криомант Алексендр Щеблетов. Они могут заменить массу аппаратов, которые нам производить незачем.
— Я свяжусь с вами в ближайшее время, Александр Анатольевич, — садясь в поезд, произнёс я. — Но будьте готовы, что вам придётся отработать свои тридцать процентов в цеху.
— Что⁈ — воскликнул он. — Как это — отработать?
— Либо ищите мне ледяного мага, готового трудиться над производством антибиотиков, либо приезжайте сами, когда я дам сигнал. Иного выхода нет.
Поезд тронулся, и мы с Синицыным так и не услышали ответа Щеблетова. Но я знал, что он согласился. Возможно, побуянит немного, но потом даст добро.
— Что скажешь, Алексей? — спросил меня Синицын, комфортно расположившись на сидении поезда. — Есть у нас шансы обогнать этого Сеченова?
— Я скажу, что шансы обогнать его есть. Но что более важно — ты поступил неправильно. Вспылил на ровном месте! — упрекнул его я.
— Чего? Да я наши интересы отстаивал! Хотел потребовать у него переписать на нас патент, если проиграет! — принялся оправдываться Илья.
— Я не хочу, чтобы такое ещё хоть раз повторялось. Пойми, я ценю, что ты отстаиваешь наши права. Но ввязываться в дуэли с конкурентами… Для такого должен быть серьёзный повод. Да, понимаю, мне тоже обидно, что мы не успели зарегистрировать шприцы и болеутоляющее. Но мы его обгоним, поверь. Но куда обиднее будет, если мы всё потеряем из-за какого-нибудь судебного разбирательства. Это уголовно наказуемо, понимаешь? Посягательство на интеллектуальную собственность.
— И это ты говоришь мне? Будешь рассказывать про закон своему юридическому консультанту? — хмыкнул Синицын. — Эх… Видимо, действительно плохой из меня консультант, раз я так просто сорвался и чуть не создал нам новые неприятности. Прости, Алексей, ты прав. Сеченова нужно победить умом, а не силой.
— И я о том же. Если бы он и вправду украл наши разработки, тогда — да. В таком случае я бы сам вызвал его на дуэль, — произнёс я. — Но у нас нет никаких доказательств его воровства. Тем более, я уверен на все сто, что он этого и не делал вовсе.
— Проклятье… — схватился за голову Синицын. — Мы забыли… Совсем забыли кое-что обсудить с Щеблетовым!
— Ты это о чём?
— Как мы создадим научную статью без поддержки какой-нибудь Академии? — воскликнул Синицын. — Нам нужны связи в Саратовском университете. А ещё лучше — в столице. Без них твою статью о бактериях никто даже рассматривать не станет.
Что ж, после этого заявления невольно задумаешься о существовании судьбы. Будто все звёзды разом сошлись! У меня есть знакомый пиромант и криомант для старта производства антибиотиков.
А ещё у меня есть знакомый из Санкт-Петербургской лекарской академии.
Ярослав Александрович Мечников. Вот только мне очень не хочется вовлекать его во всю эту историю… Однако поговорить с ним на эту тему я всё же попытаюсь. Посмотрю на его реакцию. Ведь он и сам получит от этого признания в учёных кругах.
Брат пробудет в Хопёрске ещё две недели. За это время я смогу показать ему на примере живые бактерии. А если он мне не поверит, тогда уже обращусь напрямую в Саратовский университет. Возможно, там примут мою статью.
Всю дорогу до Хопёрска мы с Синицыным обсуждали план дальнейших действий. Траты на создание новой, более продвинутой лаборатории планировались феноменальные. Мы могли себе это позволить, но в таком случае мы останемся без гроша. Будем жить на одни отчисления от патентов.
Рискованно. Но если не рисковать, то и прогресса мы никакого не добьёмся. Все лавры достанутся Сеченову. А я не могу себе позволить проиграть. Ведь это тоже один из трёх пунктов клятвы лекаря! Продвигать лекарскую науку. Гигея и остальные боги медицины будут ждать от меня исполнения клятвы.
А если я справлюсь, одарят меня новыми силами, и тогда я смогу вылечить ещё больше людей.
Значит, назад дороги нет.
— Мы объявляем Сеченову научную войну, Илья, — улыбнулся я. — В течение следующего месяца нам придётся очень хорошо потрудиться.
В Хопёрск мы вернулись вовремя. Как я и предполагал, на все дела и дорогу ушло всего лишь восемь часов. Первым делом я рванул в квартиру дяди. У меня были сомнения насчёт того, что Олег сможет удержать Ярослава столь длительное время.
Однако, когда я вошёл в квартиру…
— Лёша, слава Грифону, что ты пришёл, — обрадовалась Катя. — Там Олег с твоим братом… В общем, кажется, они зашли слишком далеко.
— Зашли слишком далеко в чём? — напрягся я.
Я прошёл на кухню, и ответ на мой вопрос предстал передо мной во всей красе.
— О… Лёшка… — едва справляясь с управлением собственным языком, произнёс Ярослав. — Садись к нам! Мы тут с дядей обсуждаем, как его нога… Фью-ю-ють! — брат взмахнул руками. — Улетела!
По красным лицам своих родственников я понял, что дядя решил воспользоваться козырем.
— Дядя, можно тебя на минуту? — спросил я. — Ярослав, посиди за столом. Нам нужно немного пошушукаться.
Олег переместился в прихожую, после чего мы заперли дверь на кухню. Оттуда сразу же раздалось пение Ярослава.
— Прости, Алексей, он изо всех сил рвался уйти, — прошептал дядя. — Мне пришлось его напоить!
— Это я уже понял, — усмехнулся я. — Не думал, что академика так просто соблазнить алкоголем.
Сам-то я всегда старался избегать этого пагубного соблазна. Ещё с курса наркологии и психиатрии знал, как опасен этиловый спирт.
— А его уломать было непросто, — подметил дядя. — Зато, как он потом разговорился! Оказывается, у него проблемы в академии. Он уже давно не предоставлял новых статей, из-за чего его даже хотели заменить другим лекарем. Но твой отец вступился, сам понимаешь — заплатил. Так что твой брат опасается, что вскоре Александр Сергеевич и его из семьи турнёт. И будем мы дружно заседать в Хопёрске!
— Дядь, ты сам-то не перебарщивай, — попросил я. — Не заставляй Катю беспокоиться.
— Не переживай, я вообще стараюсь не пить с тех пор, как бросил увлекаться зельями. Но сегодня пришлось. Иначе бы я твоего брата точно удержать не смог.
— Понял, — улыбнулся я. — Ты меня здорово выручил. А сейчас ложись спать, я Ярослава домой сам отведу.
Олег прошёл на кухню, после чего воскликнул: