Мечников. Открытие века (СИ)

Вероятно, Бехтерев для Сеченова, как для нас с Ильёй Александр Щеблетов. Свой человек в ордене.
— На случай, если вы вдруг хотите предложить мне сотрудничество, Алексей Александрович, скажу сразу, — произнёс Сеченов. — Я откажусь.
— Я не собирался предлагать вам совместную работу, — ответил я. — Мне просто захотелось познакомиться с вами лично. Узнать, кто же ещё из моих коллег решил воспользоваться алхимией во имя лекарской науки.
— О… А в моих способностях вы можете не сомневаться, — усмехнулся Сеченов. — Видите весь этот пар? Я готовлю новый препарат, который перевернёт весь мир. Будет интересно взглянуть, чем вы ответите на мой ход.
А он, как я посмотрю, тоже любитель посоревноваться. Вот только действует Сеченов крайне неосторожно. Окажись на моём месте кто-то другой, он мог бы отнять у этого лекаря формулу. Или разгромить лабораторию. Другими словами — устранить конкурента.
Но мы так действовать не будем.
— Не верю! — воскликнул Илья Синицын и выхватил из ножен саблю. — Я вызываю вас на дуэль, господин Сеченов.
Идиот!
— Илья, прекрати сейчас же! — прорычал я.
Однако Синицын уже выронил из рук своё оружие. А я почувствовал знакомые магические вибрации. Когда Илья ухватился за свою руку, до меня дошло, что происходит в этой комнате.
Левая рука Сеченова блеснула тёплым магически светом. И я сразу понял, почему Синицын выронил оружие.
У Сеченова есть обратный виток. В этом нет никаких сомнений.
— Не нужно затевать драку в моей квартире, — всё с той же улыбкой произнёс Иван Михайлович. — Я бы на вашем месте хорошенько обдумал, господин Мечников, кого стоит брать в свою команду, а кого — нет. Один кидается угрозами, а второй и вовсе молчит. Этот небольшой разговор дал мне многое понять.
— И что же? — поинтересовался я.
— Вы — дилетанты, — заявил он. — И уже через несколько месяцев весь рынок лекарских инструментов и лекарственных препаратов станет моим. Однако, я искренне благодарю, что вы посетили меня. Мне было интересно узнать, с кем мне предстоит толкаться на лавках в дальнейшем.
А он не так прост, как кажется на первый взгляд. Похоже, под этой добродушной улыбкой скрывается очень расчётливый человек. И в свою квартиру он нас пустил не просто так. Я знаю, каким будет его следующий шаг.
— Посмотрим, кто из нас дилетант, Иван Михайлович, — ответил я. — Время покажет. Не знаю, увидимся ли мы ещё раз, но, думаю, услышать друг о друге нам ещё придётся.
— Не сомневайтесь в этом, господин Мечников, — Сеченов снял пенсне и одарил хищным взглядом.
Но опускаться до драки я не стану. Достаточно и того, что Синицын лишканул. А мы с Щеблетовым ведь предупреждали его — никаких дуэлей. Видимо, мне и вправду стоит подумать над тем, как изменить свою команду. Синицын порой слишком агрессивно реагирует на критику и нападки конкурентов.
Мы вышли из квартиры Сеченова, после чего Синицына разорвало от гнева.
— Этот ублюдок мне чуть руку не сломал! — воскликнул он. — А ведь я…
— Ты сам виноват, Илья. Я тебя предупреждал — не нужно развивать конфликт, — подметил я.
— Согласен с Алексеем Александровичем, — кивнул Щеблетов. — А если бы он не смог ударить вас магией в ответ? Что бы вы сделали? Закололи его на месте? Ну так ведь нельзя! Так дела не делаются!
— А так мы вообще не получили ничего от этой встречи, — вздохнул Синицын. — Только надышались этого дурацкого дыма!
— Нет, Илья, ошибаешься, — не согласился я. — Мне удалось сделать много выводов о Сеченове.
— Правда? — удивился Щеблетов. — В таком случае — озвучьте их.
— Первый — наш конкурент лишь притворяется наивным парнем. На деле у него всё просчитано наперёд. Он не мог пробиться со своими изобретениями в Санкт-Петербурге, поскольку там орден лекарей строже относится к своим людям. Однако, как только господин Бехтерев и вы, господин Щеблетов, подписали указ о разрешении алхимических работ в Саратовской области, он сразу же рванул сюда.
— Вот только он облажался, — хмыкнул Синицын. — Пустил нас в свою квартиру. Теперь мы можем нанять людей и вынести оттуда…
— Нет, — перебил его я. — Даже если мы совсем потеряем честь и пойдём на такое, внутри ничего уже не будет. Поверьте мне на слово.
— Почему? — удивился Щеблетов.
— Он переедет уже завтра. Наведёте справки, Александр Анатольевич. И поймёте, что я оказался прав. Скорее всего, он снимает ещё несколько квартир и скроет свою лабораторию от чужих глаз, — объяснил я.
— Это — все выводы, которые вы сделали? — поинтересовался Александр.
— Нет. Сеченов владеет обратным витком. Так же, как и я. Рука Ильи Андреевича — прямое тому доказательство. Но и это не самый главный вывод… — я выдержал паузу, после чего произнёс. — Я по запаху понял, что сейчас готовит Сеченов. Мы должны опередить его.
— А что он такое готовит? — прошептал Синицын.
— Препарат, который перевернёт этот мир. Но у меня уже есть план, как его опередить.
  
Глава 2
 
— А вот эти речи мне по душе! — обрадовался Щеблетов. — Вижу, встреча с Сеченовым лишь раззадорила ваше желание продвигать свои изобретения. Но вы так и не сказали, что конкретно вы хотите изобрести?
— Антибиотик, — прямо сказал я. — Препарат, который уничтожает инфекции.
— Что? Уничтожает… Кого? — чуть ли не хором произнесли Синицын и Щеблетов.
— Объясню позже. Просто поверьте, когда у нас в руках окажется готовая система производства этого препарата… Всё человечество перевернётся с ног на голову. Лекари получат возможность лечить то, до чего раньше не могли дотянуться.
И только сейчас я понял, что перед тем, как произвести антибиотик, нужно для начала совершить ещё более фундаментальный прорыв.
Доказать миру существование бактерий. С микроскопом это будет уже не так сложно. Вот только назревает вопрос… Я почувствовал запах плесени, из чего быстро сделал вывод, что Сеченов пытается создать пенициллин. Другой причины работать с плесневым грибом в фармако-алхимической лаборатории я придумать не могу. Там стопроцентно производится пенициллин!
Однако, раз Сеченов создаёт антибиотик, значит, он понимает, с кем этот препарат должен бороться! Что ж, либо он понял это опытным путём, используя обратный виток на своих пациентов, либо у него уже есть микроскоп, и он вовсю изучает бактерии.
Точно! Микроскоп… По-хорошему его мне тоже стоит запатентовать и как можно скорее. Вот только и здесь есть маленькая проблема. Если предположить, что микроскопа у Сеченова нет, а я его запатентую… Он сразу же сможет приобрести инструмент, который ускорит его исследования.
А вот это уже серьёзная проблема. Но открыть инфекционный мир без микроскопа не получится. Значит, мне придётся проводить сразу несколько исследований одновременно.
— Так, — я взглянул на часы. — Наш поезд тронется через сорок минут. Александр Анатольевич, если хотите знать суть моей идеи, вам придётся проводить нас до вокзала. Я расскажу всё по дороге.
— Спрашиваете ещё! — усмехнулся он. — Конечно, пойдёмте.
Я кратко объяснил Синицыну и Щеблетову, из-за чего возникает ряд заболеваний. Не знаю, поверили они мне или нет, но я во всех красках расписал, на что способны мельчайшие организмы, которых невозможно увидеть невооружённым глазом.
— Значит, если я вас правильно понимаю, Алексей Александрович… — задумался Щеблетов. — Все лёгочные болезни, гноящиеся раны, рвоты, поносы и прочее — чаще всего вызываются этими вашими бактериями?
— Верно, — кивнул я. — Именно поэтому нам придётся для начала написать о них научную статью. Но пока мы занятые ей, Сеченов уже изобретёт пенициллин.
— Антибиотик? — уточнил Синицын.
— Да, — кивнул я.
— Слушайте, но даже если он его изобретёт, — пожал плечами Щеблетов. — Какой будет от этого толк без научного обоснования бактерий? Его даже патентовать не станут.
— А мы не можем знать, нет ли у Сеченова плана — подготовить такую же статью, — подметил я. — Вот только он, как я понял, работает один. А мы можем собрать команду и организовать несколько проектов одновременно. Создать науку об инфекционных болезнях — микробиологию, и произвести сразу два антибиотика. И делать всё это придётся параллельно!