Мачеха Золушки - попаданка (СИ)

В ответ женщина неожиданно звонко рассмеялась:
— Вину? О чем вы? — она вела себя так искренне и без всякого чувства вины, что я даже растерялся:
— О чем вы разговаривали с леди Маффир?
— Это женские штучки, вам будет скучно это слушать, — отмахнулась небрежно.
— Ваша светлость, не заставляйте меня принять меры, — рыкнул я.
— Я вам слово даю, что это никак не связано с вашим расследованием, — открыто посмотрев мне в глаза, произнесла Матильда.
  
Внутри у меня что-то дрогнуло. Разве можно так правдиво врать? Или она такая хорошая актриса? Но этот подозрительный разговор...
— Матильда...
— Я ведь обещала, что гости со стороны жениха не узнают, — фыркнула она, — вы же с его стороны?
Я растерянно оглянулся. В саду наметилось заметное шевеление, потенциальная невеста уже вышла к гостям, а жених прибыл на карете и теперь они шли знакомиться.
— А если я потребую раскрыть тайну именем короля?
Женщина сверкнула глазами заговорщицки и вдруг, схватив меня за руку, потащила... в кусты! Ощущение дежа-вю сковало по рукам и ногам, и я, словно послушный оловянный солдатик, шагнул за ней следом. Неужели, и Матильда поведет себя сейчас также, как баронесса? И... почему при этой мысли у меня не появляется раздражения и отторжения?
Затащив меня в кусты, женщина нервно огляделась по сторонам и заговорщицки ухмыльнулась:
— Я, конечно, дала слово, но, если вы мне пообещаете, что сказанное мною не станет достоянием остальных гостей со стороны жениха, я готова открыть тайну без королевского приказа в обмен на ма-а-аленькое одолжение, — протянула она.
Я нервно сглотнул и поправил галстук. Неужели?..
— Чего же вы хотите?..
  
Глава 41
 
Мне вся эта ситуация казалась ужасно смешной. Что такого в том, чтобы признаться, что девушка использовала чуть-чуть макияжа? Будто это и так не видно любому. Но, конечно, специально я не стала бы никому рассказывать и, тем более, ее осуждать. В любом случае, я считаю, брак — это прежде всего отношения двух людей, а значит общение. Если даже девушка окажется бесконечно прекрасна, но глупа как пробка и с отвратительным характером, красота ее не спасет. А если она замечательная личность, то при общении с ней уже внешность перестанет иметь значение. Но в самом начале, конечно, люди судят по обложке, макияж, я надеялась, поможет почувствовать себя Дейзи увереннее, и пройти первый фильтр, а дальше все будет уже зависеть от этих двоих.
Я бы, конечно, не стала рассказывать обо всем об этом как о сплетне, но и скрывать от дознавателя тоже глупо и только вызовет новые подозрения.
— Так вы дадите слово не распространять эту информацию? — заговорщицки глядя на герцога Викторфа, спросила я.
— Если речь о преступлении, то мой долг...
— Если речь не о преступлении, — перебила я его. — Дайте мне слово, что не расскажете об этом никому, если речь не о преступлении. И выполните, скажем, одно мое желание, — я прижала указательный палец к губам.
Викторф посмотрел на этот жест как-то странно и сглотнул, словно человек, чувствующий жажду, рядом с тем, кто с удовольствием пьет. Потом он нервно тряхнул головой, чтобы прогоняя какой-то морок и нахмурился:
— Я ни за что не дам слово, что что-то сделаю, не зная, о чем идет речь. Вы не в том положении...
— Вы правы, — не стала я спорить и лишь небрежно пожала плечами, а вот герцог явно напрягся, ожидая подлянки. — Если речь не будет идти о чем-то преступном, дайте мне слово, что, скажем, добудете для меня и моей семьи приглашения на королевский бал.
Викторф удивленно моргнул:
— Приглашения? Серьезно? Вы же вдова маркиза, вам и так...
— Тогда вам тем более будет просто, делать ничего не придется, — улыбнулась я. — Скажем, я просто волнуюсь, что приглашения еще не прибыли. Вы ведь племянник королевского распорядителя, спросите его, когда они там будут отправлены, не затерялись ли? Всего пять приглашений...
— Почему это пять? У вас же всего три дочери, — в словах герцога мне послышались ревнивые нотки. Наверное, показалось.
— Три дочери и пасынок, — пояснила я.
— Барону Ярдвигу приглашение, я уверен, вышлют отдельно, — проворчал Викторф, а потом будто спохватился. — Но вы так и не сказали мне, в чем было дело! И я еще вам не поверил, — он опять нахмурился немного чрезмерно, будто пытался казаться более строгим, чем на самом деле был, даже руки скрестил на груди.
Я еще разок огляделась по сторонам, чтобы проверить, что нас не застанут в кустах, все же в этом мире это компрометирующая ситуация. А затем шагнула к Викторфу. Тот не удержал строгое выражение на лице, растерялся и руки опустил по швам. Я же, удостоверившись, что нас не могут подслушать, приподнялась на цыпочки и, опираясь на его руку, чтобы не упасть, выдохнула в его почему-то покрасневшее ухо, а потом шепнула:
— Я делала макияж леди Дейзи Маффир, чтобы она красивее выглядела перед женихом.
— Что?! — от удивления Викторф повысил голос.
Я поспешила закрыть его рот рукой, и мне показалось, что почувствовала поцелуй на ладони:
— Тише вы! — и опять огляделась по сторонам между веток зеленого куста.
Он перехватил мое запястье, отрывая от своих губ, но хоть заговорил тише:
— Что за ерунда? Макияж?
— Ага. Это краска для лица, которую используют леди.
— И что же Элизабет Маффир вам за это обещала? Что за оплата? — в его голосе послышался скепсис.
Я еще разок подозрительно оглянулась, мне показалось, что где-то поодаль послышался хруст ветки, но после — ничего, только чириканье птиц и отдаленные разговоры гостей. И я еще тише произнесла:
— Она обещала мне отдать платье.
— Что?! — возмущения было моря, но голос герцог все же придержал.
— Платье для первого бала Зоуи, у Дейзи оказалось лишнее, и леди Маффир предложила его как оплату.
— Бред какой-то...
— Ничего и не бред. Вы пойдите, посмотрите на мою работу — Дейзи выглядит очаровательно, а макияж совсем не заметно, я очень старалась.
— И вы хотите, чтобы я поверил?
— Вы легко можете проверить мои слова, — я пожала плечами. — Могу даже показать вам платье, когда его доставят.
Викторф некоторое время буравил меня злым взглядом, а потом прошипел:
— Я точно все проверю.
— Будьте добры, — кивнула я.
— И, если вы меня обманули...
— В мыслях не было!
— Я сделаю так, что, если на вас и были выписаны приглашения на королевский бал, вы их лишитесь! — зло прошипел он и выскочил из кустов.
— Эй, я ничего не делала! — возмутилась я и поспешила следом, и влетела прямо в спину резко остановившегося Викторфа.
— Милорд, леди, — тот, не обращая на меня внимания, поклонился каким-то незнакомым мне господам. Мне пришлось тоже сделать реверанс. После чего Викторф подхватил меня под руку, будто мы только что не ругались по кустам, а чинно прогуливаемся за разговором. Он довел меня до поворота, и все это время незнакомая пара внимательно следила за нами. Лишь затем герцог прошипел: — вы добились своего?
— Пока я ничего не добилась, кроме платья, — вздохнула я устало. — Вы же знаете нашу финансовую ситуацию. Флоренс и Патрисии брат подарил платья, для Зоуи, я надеюсь, я платье заработала сегодня, теперь еще нужны пригласительные, — принялась перечислять, подсчитывая на пальцах, я.
— А вам? — перебил меня Викторф, сбивая с мысли.
— А?
— Себе вы платье каким образом собрались достать?
Я безразлично пожала плечами:
— Не знаю пока. Я обойдусь как-нибудь.
Несмотря на наши странные отношения, Викторф сбавил шагу и не стал меня бросать, мы медленно и чинно пошли по дорожкам, издалека наблюдая за общением гостей. В одной из беседок создали мнимое уединение для потенциальных жениха и невесты, и, судя по тому, что они не разошлись, а вроде бы мило беседуют, все было неплохо.
  
Мы в молчании обошли сад по кругу, и я перевела взгляд на своего спутника. Тот выглядел не очень хорошо: какой-то невыспавшийся, бледный, щеки запавшие. Почему-то казалось, что именно дело с финансовой пирамидой ему покоя не дает.