Убийство Вампира Завоевателя (ЛП)

Если бы я была четыре месяца назад, это решение показалось бы мне очевидным: Вот он, момент. Используй его.
Теперь и я воспринимала это как однозначное решение.
Потому что ни одна часть меня, даже та, что погрязла в чувстве вины, даже та маленькая девочка, которая считала, что обязана всей своей жизнью Акаэи и Арахессенам, не могла даже подумать о том, чтобы убить Атриуса в этот момент.
Я не могла этого сделать.
Я бы не сделала этого.
Я убрала кинжал в ножны.
Глаза Атриуса открылись. Он никогда не просыпался медленно или вяло. Он всегда просыпался просто и сразу. Сегодняшний день не стал исключением, и когда его глаза открылись, они так же мгновенно, словно это был не что иное, как инстинкт, упали на меня.
Мое сердце сжалось, и это ощущение было отчасти приятным, отчасти болезненным.
Он ничего не сказал, но протянул руку — молчаливый призыв.
В груди снова защемило.
Я подползла к кровати и села рядом с ней, скрестив ноги. Его рука опустилась на мое бедро, пальцы коснулись раны, которую он оставил. Он задержался на мгновение, словно тоже переживал фрагменты прошедшей ночи.
— Ты выглядишь лучше.
Так Атриус спрашивает, Как ты себя чувствуешь?
— Я чувствую себя лучше.
Его рука не шелохнулась. Я так остро ощущала это прикосновение, что оно почти отвлекало меня — и все же, как ни странно, успокаивало. Я не была готова к тому, что контакт кожа-к-коже с Атриусом будет очень сильным. Ни в первый раз, когда я прикоснулась к нему, ни прошлой ночью, ни сейчас.
Вспышка желания в его присутствии, когда его глаза пробежались по мне, подсказала мне, что он думает о том же. И Ткачиха, это было заманчиво — идея снова забраться к нему в постель и раствориться в плотском блаженстве.
Но Атриус был не из тех, кого легко отвлечь, будь то секс или нет. И, к сожалению, как бы мне иногда ни хотелось обратного, я тоже.
— Солнце садится, — сказала я.
Мы оба знали, что это значит. Наступала ночь, и начиналась работа.
На лице Атриуса отразилось уныние.
— Да. Мне нужно узнать, скольких мы потеряли за день.
Его боль смешалась с моей собственной. Неважно, что это были вампиры. Сцены, которые я наблюдала в последние несколько дней, были слишком знакомы — слишком напоминали все смерти, которые я видел от рук Короля Пифора. Не имело значения, как выглядели их зубы или кровь. Страдания были одинаковыми.
После самых страшных событий, которые мы видели, Зрячая Мать всегда напоминала нам, что смерть — это не повод для скорби, а просто воля Ткачихи. Остальные, казалось, находили в этом утешение. Но я так и не смогла.
Большую часть моей жизни это было чем-то постыдным.
Но не сегодня. Сегодня я была рада почувствовать его — гнев на все эти бесчисленные смерти.
— Король Пифора заплатит за это, — тихо сказала я. — Скоро. Ты отомстишь за все эти жизни.
Взгляд Атриуса и его внимание скользнули вдаль, и в воздухе между нами пронеслась скорбная дрожь.
Я почувствовала его невысказанный вопрос.
Я нахмурила брови.
— Что?
Он слегка насмешливо хмыкнул, кривая улыбка искривила одну сторону его рта.
— Ты слишком много видишь, провидица.
— Я вижу достаточно, завоеватель.
Улыбка то задерживалась, то исчезала. Наконец он сказал:
— Я не знаю, правильно ли это.
Слова прозвучали медленно, словно столь откровенное признание в неуверенности застряло у него в горле.
Я думала, что Атриус больше не сможет меня шокировать. Но это… это шокировало меня.
— Почему?
— Эти мужчины и женщины были со мной десятилетиями. Я забрал их из их домов. Они следовали за мной в кошмарах. И ни разу, ни разу они не задавали мне вопросов. — Его глаза опустились на подстилку, челюсть сжалась. — И куда же я привел их, чтобы отблагодарить за верность?
— Ты привел их сюда.
— В человеческое королевство, которое не является их домом. Потому что они не могут вернуться в свои дома из-за моих действий.
Моя рука упала на его руку, прежде чем я успела остановить себя и крепко сжать.
— Ты привел их ко второму шансу.
  
— Это место не заслуживает их костей. Это место не заслуживает костей их детей.
— Оно не заслуживает и наших костей. И боги, как много мы ему дали. — Мои губы скривились в усмешке, а пальцы задрожали на руке Атриуса. — Ты говоришь, что тебе здесь не место. Но и Король Пифора, и его военачальники тоже не принадлежат. И они раздели, надругались и разрушили это королевство. Страдания, которые они причинили здешним людям… — Я поперхнулась словами и образами, которые они вызывали. — Это непростительно. И мы слишком долго позволяли этому происходить. Больше нельзя. Кто-то должен заставить его заплатить за это. И если ты этого не сделаешь, я найду способ.
Последнее предложение застало меня врасплох. Я не собиралась его произносить. Но Ткачиха, я имела в виду это.
Возможно, я нарушила клятву, данную Арахессенам. Но эту клятву я сдержу.
Я поклялась Арахессенам и столько лет помогала им бороться с Королем Пифором. Но я устала от борьбы. Я была готова победить.
Атриус молчал.
Наконец он сказал:
— Мы не можем взять Каризин таким образом.
Мое сердце упало, разбившись о суровые реалии нашего положения.
Нет, не могли. Его численность была меньше, чем когда-либо. Даже раньше он полагался на помощь своей кузины, чтобы захватить Каризин. А теперь? О завоевании его грубой силой не могло быть и речи, не говоря уже о захвате города-государства, лежащего за его пределами. И после этого нам все равно пришлось бы преодолевать коварные скалы, чтобы добраться до изолированного дворца Короля Пифора на северном побережье.
Даже если бы у нас хватило сил на эти переходы, они были бы медленными и означали бы новые потери, которые мы не могли себе позволить.
Мои пальцы сжались, ногти впились в ладонь.
— У нас нет времени на то, чтобы разбираться с этим, — сказала я. — Если бы он был таким же легким, как Таркан…
Серьезность Атриуса на мгновение прервалась, уголок его рта дернулся в ухмылке.
— У тебя убийственный вид.
Я насмешливо хмыкнула. Я чувствовала себя убийцей.
— Жаль, что все проблемы нельзя решить, отрубив голову.
Атриус застыл на месте.
Мои брови нахмурились.
— Что?
— Мм.
Этот маленький неответ, рассеянность и отстраненный взгляд сказали мне, что это не пустяк. А затем, медленно, ухмылка вернулась, на этот раз упорно цепляясь за уголок его рта. От него повеяло знакомым самодовольством.
Я села ровнее.
— Какая зловещая тишина, — сказала я.
— Мм, — ответил Атриус, не обращая внимания.
— У тебя есть идея.
Я не хотела, чтобы в мой голос прокрался намек на восхищение — помоги мне Ткачиха, может быть, даже волнение.
— Это пока что не идея.
Пока что.
Я изогнула брови, безмолвно приказывая, Расскажи мне.
— Может быть, ты меня вдохновила, — сказал он. — Ты научила меня, как правильно разрывать змею.
— И эта змея — голова Короля Пифора?
— Если бы это была она, это бы сработало?
Я сделала паузу, обдумывая сказанное.
Военачальники были поставлены Королем Пифора, но они были корыстны и слабы сами по себе. Я сомневалась, что горстка оставшихся у власти сможет оказать серьезную поддержку, если Король Пифора исчезнет, и не была склонена жертвовать собой ради короля, который слишком мертв, чтобы произвести впечатление.
— Да, — сказала я. — Но как мы это сделаем?
Король Пифора не был похож на Таркана, живущего в замке в центре шумного города. Он был невероятно уединен, его дворец окружали горы.
Атриус потянулся к груде бумаг в ящике и извлек оттуда потрепанный рулон пергамента, который развернул на земле — карту Глаэи.
— Ты — местный проводник, — сказал он. — Расскажи мне. Подскажи мне способ добраться до Короля Пифора, не пробиваясь через еще трех военачальников.