Моя Академия 7 (СИ)

— Догадались. Не глупее нас всех. Немного травмированы службой, но не более того, Юра, — недовольно отвечает директор. — Цветков обещал поднять и перетрясти все группы контрабасов за пару дней.
Облако спор делится на две части и полностью исчезает в воронках. Никакой видимой опасности для нас нет. Монстры к нам не тянутся, да и высоковато будет. А воронки сначала стоят на одном месте, а потом и вовсе исчезают. С интересом слушаю разговор братьев.
  
— Воот. Молодцы. Но я в них и не сомневался, — кивает имперский маг. — Не думаю, что в Очаг пронесли что-то больше ручной клади. Следовательно, стационарные накопители тоже отметаем — они неподъемные. Мимо военных с такими не пройти. Отлично! Найдем мы твои амулеты, Генрих, найдем.
— Не мои, а студента. Это он предположил, — показывает на меня директор.
— Ну, парень, ты точно молодец, — смеётся Юрий. — Это критическое доказательство, — машет рукой в сторону исчезнувших воронок. — Они искусственные, к тому же их действия похожи на классическую схему дублирующих ударов при взломе крепостной защиты. Динамика появления воронок — один в один. И ритм соблюден, и сила… Даже расширяющийся вектор. Странно что ты, Генрих, этого не заметил.
— Юр, если ты не в курсе, я крепости никогда не штурмовал, — равнодушно говорит директор. — И столь неочевидных параллелей не провел. Где порталы, а где атакующие комплексы?
Буквально впитываю каждое слово, сказанное имперским магом. Вряд ли когда-нибудь услышу подобное.
— Вот и зря. Очень, знаешь ли, способствует личному могуществу, — усмехается Юрий. — Ладно, едем дальше. Студент, сколько было воронок в первый раз, когда ты сюда попал?
— Вроде бы всего одна воронка, — вспоминаю. — Не знаю, не могу сказать, — начинаю сомневаться. — Кажется, видел только одну, но, возможно, их было больше. Просто не обратил внимания — торопился вернуться в Академию, чтобы предупредить об опасности.
Воронок и правда могло быть сколько угодно. Моё внимание в тот момент слишком расфокусировалось. Рядом находился бесёнок, и я за ним следил больше, чем за проявлениями долины. Мне-то споры не страшны, а вот бесенку — кто ж его знает? Потом мы действительно очень быстро ушли.
— Тогда это не показатель, — говорит имперский маг. — В таком случае, господа, предлагаю на некоторое время задержаться. Генрих, ты же имеешь постоянный контакт с батальоном? — спрашивает Юрий.
— Да, — подтверждает директор. — Тебе зачем?
— Не в курсе, что у них происходит? — продолжает задавать вопросы его брат. — Они тебе что-нибудь говорили?
— Что они скажут, если даже воронки телепорта не видели? — пожимает плечами директор. — Для них твари появлялись из неоткуда. Причём на тех же местах, которые бойцы уже зачищали. С подобной механикой они не сталкивались. Сейчас район вроде бы локализовали. Удерживают.
— Динамику отслеживают? — интересуется Юрий.
— Я рассказал им об этом только вчера, — отвечает Генрих Олегович. — Значит, теперь они обратят внимание.
— Ладно, я потом сам у них поинтересуюсь, — машет рукой имперский маг. — Так, а воронки в лес заглядывают?
— Не уверен, но последняя прошла по самому краю, — замечаю. — Нас с Генрихом Олеговичем прямо отсюда затянуло под огонь батальона.
— А с этого места поподробнее, — просит Юрий. — Этого пока не было в отчетах.
— Конечно, когда бы им? Это же случилось только вчера! — ворчит директор. — Когда бы ты этот отчёт получил? Да и когда бы я его написал?
— У тебя сейчас есть время, как раз, пока мы ждём начало следующего цикла… — замечает имперский маг.
— Да ты что? — картинно возмущается директор. — Вот я как раз этого и ждал, когда бы мне тебе отчёт написать.
— Генрих, а если серьёзно? — спрашивает его брат.
— А если серьёзно, Юра, то я в телепорте ни разу не был вплоть до вчерашнего вечера, — отвечает Генрих Олегович. — Это Орлов может себе позволить сравнивать, но я тебе об этом уже говорил. Для меня телепорт — новый опыт, какой я тебе отчёт напишу? Перемещение длилось всего пару секунд. Анализ окружающего пространства сделать я банально не успел. Все силы бросил на защиту студента и образца, который мы с ним добыли. По ощущениям, окружающее пространство в момент переноса не было агрессивным. По крайней мере, моих сил хватило и на защиту, и на контроль.
— Замечательно, — потирает руки Юрий Олегович. — А снаружи?
— Снаружи — обычная дезинтеграция батальона, — отвечает директор. — Ничего нового. Мы там могли долго простоять: и магии в пространстве много, и моему щиту они сделать ничего не могли.
— И это тоже хорошая новость, — улыбается имперский маг. — Продолжай, продолжай, рассказывай, у тебя хорошо получается.
— А что продолжать? — ворчливо говорит директор. — Студент убил существо. Орлову просто проще — у него специфический талант.
— Какой? — уточняет Юрий Олегович.
— Юр, ты личные дела своих фигурантов вообще не читаешь? — с некоторым укором спрашивает Генрих Олегович.
— Не понимаю, — удивляется имперский маг. — Про вашего Орлова я уже сказал — мне на него ничего не дали.
— У тебя было целых полтора часа, — напоминает директор. — Ты мог бы запросить у моего секретариата. А ведь я был уверен, что ты это сделал.
Смотрю за небольшой перепалкой с нескрываемым интересом. Почему имперскому магу не дали на меня всю информацию — хороший вопрос. Но мы уже докопались до некоторых моментов: кому-то явно невыгодно, чтобы мы все работали сообща. При этом, все ходы всё равно просчитаны. И это удивляет больше всего.
— Какой секретариат, Генрих? — возмущается Юрий. — Все твои преподаватели носятся по Академии как взмыленные лошадки. А в качестве секретарей работают студенты старших курсов, и тех на месте не застать.
— Ладно, возможно, ты и прав, — нехотя признаёт Генрих Олегович. — Я скинул на студентов всю организационную работу. Они вроде неплохо справляются, всё подготавливают вовремя. Наличие на рабочем месте, каюсь, не проверял. Да и зачем? У меня же практически не бывает посетителей. Студенты делают всё, что нужно в свободное время. Говорю, если сроки горят, но обычно у нас все в спокойном режиме.
— И где бы тогда я их ловил, по-твоему? — спрашивает Юрий.
— Всё, не начинай, — останавливает выяснение отношений директор. — Вернемся к нашему вопросу. В общем, у Орлова есть талант: если он пользуется своим револьвером, то мгновенно убивает практически любую тварь прорыва, при этом, сохраняя её в целости и сохранности. Понимаешь, его талант дает такой эффект, будто монстра прорыва убивали холодным оружием, без каких-либо магических всплесков.
— То есть твари остаются с нейтральным потенциалом, которым они обладали при жизни? — уточняет имперский маг.
— Именно, — подтверждаю его слова.
— Так вот, с чем связано качество ингредиентов, которые теперь иногда поступают из вашей Академии? — задаёт вопрос Юрий.
Директор бросает на меня весёлый взгляд.
— Ну да, некоторые ингредиенты действительно добываются группой Орлова, — подтверждает он. — Если бы убивал я, — поясняет директор. — ты же понимаешь, тварь была бы со смещённым потенциалом.
— … и мы бы вряд ли смогли получить настолько точные данные после вскрытия. Да. Теперь понимаю.
— И скорее всего, мы бы не сумели отследить её потенциал, как накопителя магии, — добавляет Генрих Олегович. — Она бы фонила отголосками моей энергии. Поэтому добычей занимался Орлов.
— Вы мне об этом ничего не говорили, — обращаюсь к директору.
Как я и догадывался — мой талант намного шире, и преподы знают больше. Не рассказывают тоже по определенным причинам. А вот по каким именно — было бы интересно выяснить.
  
— И не надо было, — вздыхает директор. — Пока ты этого не знал, у тебя были хорошие результаты. А теперь — непонятно, что будет.
— Ларион, может быть, покажешь? — обращается ко мне Юрий.
  
Глава 10
 
Работает имперский маг
 
— Вы же только что видели, перед тем, как выскочили нити, — объясняю. — Всё то же самое, но я специально зарядил дробью, чтобы побеспокоить возможную засаду.