Преданная истинная черного дракона (СИ)

Рывком он выдёргивает из своего плеча ладонь короля и сжимает её до хруста, другой рукой с внезапной, нечеловеческой скоростью мощью он сжимает шею своего короля.
Под сводами дворцовой залы раздаётся хруст и клёкот.
Император издаёт булькающий звуки опадает к ногам Александра.
Его обезумевший взгляд гаснет навечно.
Так заканчивается история жизни и любви двух близких и таких далёких друг от друга людей.
  
В одной стороне зала лежит бледная королева, выбравшая смерть. В другой — обезображенный горем, ненавистью и собственным обманом король.
Александр, чьи глаза теперь полыхают тем же золотым светом, что и узор на моей руке, издаёт утробный рык.
— Никто… — ревёт он, жадно оглядывая меня взглядом, полным расплавленного золота. — Никто и никогда не сможет причинить боль моей возлюбленной!
И в этот момент все, кто присутствуют в зале: стражники и гвардейцы, стареющие лорды, лекари и слуги опускаются перед огромным чёрным драконом на одно колено и произносят хором:
— Король умер. Да здравствует новый король!
  
Глава 90. Король и королева
 
Я замираю, не в силах сделать вдох.
Грудь ноет от тоски и боли, меня трясёт от пережитого страха и облегчения.
Пальчики дрожат, но я упрямо хватаюсь за сознание.
Огромный чёрный дракон выпускает из своих лап тело короля и обводит присутствующих странных взором.
А затем идёт ко мне.
С каждым его шагом волнение в моей груди возрастает. Сердце заполошно треплется в груди.
Мне не хватает воздуха и сил, чтобы развернуться и убежать.
Но и остаться я не могу. Всё слишком странно...
— Идалин, — дракон замирает прямо передо мной. — Не бойся!
Я поднимаю взгляд на протянутую ко мне огромную чёрную лапу, на яркие отблески, что скачут по чёрным чешуйкам, и, наконец, на яркие золотые глаза.
Смотрю в них и задыхаюсь. Так много всего плещется в расплавленном золоте драконьего взгляда: здесь сплетаются такие противоречивые эмоции, как тревога и облегчение, любовь и трепет, страсть и вожделение, тяга прикоснутся. А ещё ярче всего горит вина и страх потерять меня навеки.
В этом странном взгляде я вижу Александра — несовершенного человека, детство которого было омрачено личной трагедией. Того, кто поклялся себе никогда не влюбляться и не быть зависимым от истинной, как был его отец и король.
Но вместе с тем я вижу сильного дракона, который сумел направить человеческую суть Александра и доказал ему, что истинность — не наказание, а дар.
Сейчас взгляд чёрного дракона светится так ярко, как никогда.
И чем дольше мы смотрим друг на друга, тем жарче разгорается внутри меня пожар, тем быстрее бежит кровь по моему телу, согревая и распаляя меня.
Да, истинность не наделила нас любовью, но она соединила нас навек. И только нам было решать, как распорядиться таким даром.
Мы с Александром пошли сложным путём, но всё-таки почти дошли до цели. Мы поняли, что предназначены друг другу высшими силами.
Наш путь был трудным и болезненным. Но он был нашим!
— Моя Идалин, — уже не рычит Александр, а произносит нежно и трепетно, подхватывая меня своими руками, а не драконьими лапами. — Я никому и никогда тебя не отдам. Прости, но я больше не смогу с тобой расстаться. И если ты ещё не простила меня, то я приложу все силы, чтобы это исправить! Я так тебя люблю, что одна мысль о том, что я натворил в прошлом, причиняет мне боль...
Я вздрагиваю от жара, что окатывает моё тело, стоит Александру заключить меня в объятия и притянуть к своей груди.
Но кроме прочего я чувствую его эмоции и чувства. Я чувствую, что он говорит совершенно искренне и сам страдает из-за того, что произошло в нашем прошлом.
Я сама подаюсь вперёд, накрываю пальчиками его губы.
— Не надо, — произношу я тихо. — Не вспоминай!
Он удивлённо приподнимает брови.
— Но и не забывай. Пусть это останется частью нашей судьбы, а теперь мы сможем построить что-то новое...
Договорить я не успеваю, потому что Александр порывисто прижимает меня к себе и накрывает мои губы жарким, ярким, страстным поцелуем. И все невысказанные слова, все чувства, что были заперты глубоко внутри, вырываются наружу.
Его прикосновения нежные и страстные, трепетные и нежные, но и настойчивые, требовательные одновременно. Я горю и сгораю в его руках. Я не могу надышаться и не могу отстраниться. Я не хочу его терять.
Он мой, а я его.
Да. У нас всё непросто. Но это НАША жизнь. Она такая. Полная обид и недопониманий, дурных характеров и резких слов. А ещё она полна самопожертвования и любви, отверженности и борьбы, чести и достоинства. Пускай к этому нам и пришлось прийти непростой дорогой!
— Король умер. Да здравствует новый король!
— И королева! — гремит под сводами дворца!
  
Эпилог
 
Александр, как близкий родственник бездетного Августуса должен стать новым королём Авелона.
Первое, что он сделал в качестве наследника — наладил отношения с Драконьими пределами, которые Августус разорвал в тот самый момент, когда практически похитил свою истинную из семьи.
А затем прилюдно Александр сжёг все издательства свода Августовских законов. До каждого дракона в Авелоне было доведено, что истинная не является его собственностью, и её нужно добиваться.
Настоящие драконьи законы были переизданы в Авелоне и распространены среди знати и простых людей. Пускай пока в нашей стране драконов и немного, но каждый житель должен знать свои права.
Потому что такие девушки, как я, не знают, чего им следует ждать от метки, на что они могут рассчитывать и как могут защитить себя.
Александр решил заняться этим вопросом вплотную. Это было его искупление.
Свадьбу мы сыграли на следующий день после гибели королевской четы. Никакие уговоры и крики лордов о том, что это неподобающее поведение не смогли остановить Александра.
Он сделал мне предложение, а я его приняла. К чему тянуть? Ведь наши жизни и души неразрывно связаны.
Мы заслужили счастье. Пускай и шли к нему непростой дорогой.
Церемония была скромная, простая. На празднество мы пригласили только самых близким нам людей.
Я забрала из дома барона свою «нянюшку» Нэни. Как же она плакала, расчёсывая перед церемонией мои короткие кудри и укладывая мне на голову семейную тиару рода Веленгард.
Из Драконьих пределов прилетели лорд и леди Ларсен — дед и бабушка Александра, полковник Грифит, Сондра, которая захватила с собой Ноэля и малышку Фесту.
Девочка отказалась остаться в доме лордов Ларсен и с удовольствием поступила в услужение к Сондре в нашу таверну. Туда же переселилась и её мать. За короткое время свежий горный воздух и сытная еда существенно восстановили здоровье женщины. А доктор Пуркинье своей магией убрал остатки старой болезни. Так что теперь у Сондры две новые помощницы, которые счастливы новой приятной работе и новой семье.
Ноэль как будто повзрослел и вытянулся за тот месяц, что я его не видела. А ещё я заметила, какие влюблённые взгляды он бросает на крошку Фесту, как неотступно следует за ней, как всегда, пытается быть рядом, поддержать, помочь, прикоснуться. Уверена, что это зарождение чего-то большего, чем просто дружба. Но время покажет. Пока они ещё дети, которым предстоит пройти свой путь.
Тётушка Пипита, зеленщица и молочник, мясник и бакалейщик, хозяин драконьих извозчиков — все передавали нам огромный привет и поздравления. Каждый из них прислал с Сондрой крошечную открытку, на которой написал пару трогательных слов и приложил к своему поздравлению по небольшому подарку. И пускай это были не дорогие безделушки, а самые простые вещи, дороже их я ещё ничего не получала в своей жизни. Хозяин извозчиков подарил изящную серебряную погремушку для наших будущих деток, тётушка Пипита целую стопку зачарованных пелёнок, которые не пропускаю влагу. О таких в Авелоне и не слышал никто!