Как превратить кота в дракона (СИ)

― Что это? ― бросает он вместо банальных вежливостей и «доброго утра» и кивает на завернутый в кофту луминариум. ― Собираетесь зарыть чью-то голову?
Только сейчас осознаю, как нелепо выгляжу: стою тут, с лопатой, в старой залатанной льняной ночнушке, держу что-то подозрительно круглое. И впрямь, что еще можно подумать?
― Юмор у вас оставляет желать лучшего, ― чеканю я, хотя вообще-то немного испугалась.
  
― А все же, что там? ― Он протягивает руку, вот нахал! Уворачиваюсь от него и чуть не роняю луминариум. Ткань выскальзывает из-под пальцев и… картина маслом: кофта уныло свисает с руки, а кристалл светится всеми боками, демонстрируя свое величие, будто только и ждал этого момента.
Хорошо, хоть сам луминариум не уронила. Чудом подхватила в последний момент.
У соседа такой взгляд, будто увидел чудовище.
Делаю глубокий вдох и выдох. Главное успокоиться, не пороть горячку, а там глядишь ― и найду выход. Всегда же находила.
― Где вы это взяли? — Его голос звучит хрипло и отрывисто.
― Нашла, — судорожно сжимаю кристалл. Мне бы отойти, отбежать в сторону, пока не поздно, но не могу: цепенею от мысли, что если сделаю шаг, меня схватят, и тогда луминариум окажется на земле. Совсем не хочу, чтобы он разбился, ведь может: уже одного осколка в нем не хватает…
― Что это? Кажется, это… ― Сосед заминается, не отрывая своих темно-карих глаз от голубого сияния.
― Скажу, если пообещаете больше не цепляться к моему отцу и оставите нас в покое! ― выдаю я, а сама усиленно придумываю, что бы ему соврать.
― Луминариум, ― произносит тот.
― Что?
Мой голос звучит истерично, как бы я ни старалась держать себя в руках. Нет… откуда он знает, как это называется?
― Это луминариум, оберег Эйдралиса, ― тихо говорит он, как будто сам с собой.
Я отшатываюсь, но он тут же протягивает свою лапищу через забор и хватает меня под локоть, чтобы не сбежала. Вот то, чего я и боялась: кофта падает под ноги, благо, что кристалл не уронила. Еще крепче прижимаю его к себе, отчего свечение в нем усиливается.
― Вы… из рода Мальфас? Но этого не может быть… ― Сосед разглядывает меня, словно диковинку, и… странно. Его взгляд уже не такой презрительный, как раньше. Да что там, кажется, он ужасно удивлен, переводит глаза с кристалла на меня.
Некогда думать, размышлять и ужасаться ― нужно действовать. Пользуюсь его замешательством и выдергиваю руку. Молниеносно подхватываю кофту с земли и заворачиваю в нее кристалл.
Сосед вместо того, чтобы продолжать меня атаковать или перелезть через наш низенький забор ― ему это ничего не стоит, ― хватается за свое левое запястье, как тогда, в лавке, словно оно у него болит.
― Теперь я понимаю, почему он изменил цвет, ― говорит он глухо и снова как будто сам с собой, ведь я ничегошеньки не понимаю. ― Предупреждение сработало. А я даже не догадывался…
― И что это ты здесь прячешь? ― слышу визгливый голос и невольно вздрагиваю. ― Своровала, небось, что-то у меня?
Подоспевает мачеха, на ходу завязывая тесемки халата. И этой пронырливой карге вздумалось встать сегодня пораньше ― ну почему мне так не везет! Может, она встала по нужде и увидела меня из окна? Ох, надеюсь, она не видела кристалл!
Мачеха подходит все ближе, я пячусь от нее, и прижимаюсь спиной к забору ― тупик, дальше некуда. С одной стороны мачеха, с другой сосед… меня загнали в угол в полном смысле этого слова.
― Вы, наверное, не знаете об одном старинном обычае, ― елейным голосом произносит сосед. ― Мужчина делает девушке предложение, и если она согласна, она отдает ему одну из своих вещей.
С этими словами он выдергивает у меня кофту: я едва успеваю подхватить кристалл и завернуть его в передник.
Мачеха подозрительно и исподлобья смотрит на меня, а потом быстро проскальзывает взглядом по его золотой цепи на шее и дорогому шелковому халату и вдруг… расплывается в улыбке.
― Так вы будущий зятек, значит, ― сюсюкает она, а мне противно, ведь этот так названый «женишок» только что чуть не выдал мою тайну! ― Заходите к нам на завтрак, будем очень рады!
Эта дурочка клюнула и уж точно хочет, чтобы ей перепало что-то из богатства этого сноба.
― Непременно, ― учтиво кланяется тот с холодной улыбкой. ― Нам ведь нужно уточнить детали свадьбы.
Какой еще свадьбы, он что, с дуба рухнул? Я прям закашливаюсь от его наглости. Небось, он хочет подобраться поближе к кристаллу и к нашей лавке в придачу. Да вот только ничего не выйдет: я тоже не лыком шита, спрячу его там, где он точно не додумается его искать!
― Будем ждать!
От сладенькой улыбочки мачехи меня вот-вот вывернет. Я облегченно выдыхаю, когда она уходит. Но не в дом ― прямиком в мастерскую, наверное, хочет там найти моего отца, который встает до рассвета, и сказать… что? Вот этот бред, что наш дорогой соседушка только что наплел?
На миг мне становится плохо, но потом вижу, как мачеха будто передумывает и она идет в лавку. А там ей что понадобилось?
Становится дурно, когда вспоминаю о разбросанных по полу золотых монетах, которые я так и не прибрала.
― Не знаю, о чем вы думали, когда несли эту чушь, ― цежу я сквозь зубы, краем глаза наблюдая за мачехой, ― но, наверное, я должна поблагодарить вас, что вы ее отвлекли. Она вечно ко мне придирается по поводу и без повода.
― О, не стоит благодарности, ― холодно улыбается тот. ― Я хочу знать одно: как луминариум попал к вам, когда должен находиться в отведенном для него месте? Что он делает в Нимверии и самое главное… что вы здесь забыли⁈
Последние слова он шипит совсем уже угрожающе, как будто он мой папочка и отчитывает меня, что я загулялась и далеко ушла от дома.
― Не знаю, о чем вы говорите, ― прикидываюсь тупенькой. ― Какое-то слово заморское… Кстати, я хочу вернуть вам ваши деньги…
― Не торопитесь. ― Сосед в который раз хватает меня под локоть, а я снова чуть не роняю кристалл ― каков грубиян, а? ― Вопрос о лавке остается открытым ― мне она и впрямь очень нужна. Но… ― Он задумывается или делает вид. ― Если вы отдадите мне это, ― он указывает на кристалл, ― я тогда, пожалуй, откажусь от идеи выкупить ваш домашний бизнес.
― Еще чего! ― в очередной раз вырываюсь и сразу отхожу от греха подальше. ― Это фамильная реликвия. Ее нельзя отдавать… она досталась мне от матери, ― тихо добавляю я, и это правда. Почти правда.
― Вы ― наследница рода Мальфас, ― говорит тот слова, от которых у меня мороз идет по коже. ― Вы должны сейчас быть в Эйдралисе. Вместе с кристаллом. Иначе ваш мир погибнет… Что вы творите, в конце концов?
Что я творю? Кажется, он совсем забылся и потерял ориентиры. И вообще… кто же он такой?
Дракон⁈
  
10 глава
 
Марсель
Смотрю на Серин, которая сладко посапывает в подушку, лежа на животе. До меня только доходит ужас всего: жить с ней в одной комнате! Видеть ее постоянно. Сидеть у нее на коленях… а она будет продолжать терзать мою шерсть.
Правда, может эта боль поможет мне ожесточиться и быстрее решиться на то, что я должен сделать?
Тогда все закончится. Я вернусь в Эйдралис, получу ярко-синий эликсир, стану драконом и… здравствуй, новая жизнь.
Лучше мыслить позитивно, да. Думать о том, что меня ждет в случае успеха и постараться пережить эти маленькие неприятности, просто не обращать на них внимания.
Превращаюсь в человека, пока Серин не видит. Никогда еще не был в образе кота так долго. Эх, хорошо снова ощутить себя в своем теле! Разве что неудобно на подстилке сидеть, не умещаюсь. Но что это? Серин сладко потягивается, переворачиваясь на спину. Я замираю, стараясь ее не разбудить, чтобы не нарваться на возмущения и колкие высказывания. Она не просыпается, только лишь отбрасывает верх одеяла, обнажая грудь, которую не держит слишком откровенная атласная черная ночная сорочка.
  
На миг перехватывает дыхание, становится жарко и холодно одновременно. Где-то на задворках ума понимаю, что надо бы превратиться в кота, но забыл, как это делается, весь задеревенел и застыл на месте.