Не стой под моей стрелой, или Инквизитор попаданке не указ! (СИ)

— Т-с-с-с! — приложила я палец к губам.
Федя непонимающе уставился мне прямо в глаза.
— Мы не одни, — почти беззвучно прошептала я.
Фамильяр раскрыл пасть, но больше ничего не произнес. Только покосился на меня, потом перевел взгляд на небольшой лаз в гуще лиан и осторожно отступил к самой дальней точке нашего убежища.
А я снова мысленно отодвинула фоновый шум на задний план и, затаив дыхание, прислушалась. Теперь уже не выглядывая наружу.
Шелест опавшей листвы, каким он бывает только под ногами прохожих, раздавался совсем близко. Казалось, прямо у нашего с Федей укрытия незнакомцы пробираются сквозь деревья и опутывающие их лианы.
Помимо привычного шуршания, время от времени пространство пронзал неприятный скрежет, сменяющийся грохотанием. На Земле я такой слышала, когда металл ударялся о металл. А еще когда прокручивались металлические шестеренки.
Я осторожно подвинулась к стенке убежища, представляющей собой занавеску из свисающих до земли растений. Вся импровизированная шторка, при взгляде изнутри оказавшаяся жидкой и совсем ненадежной, светилась дневным светом, через небольшие дыры проникающим в наше укрытие.
Не касаясь лиан, я вплотную приблизилась к маленькой продолговатой щели между переплетенными тяжами растений, расположенной как раз на уровне моих глаз. И окинула взглядом серый клочок леса напротив, насколько хватало поля зрения.
Лесные растения заслоняли почти весь обзор, но позволили выхватить несколько высоких подвижных фигур и здоровенный прямоугольный ящик, который они толкали перед собой. Незнакомцев было человека четыре.
От рухнувшего в пятки сердца мне показалось, что они совсем рядом. Протяни я руку, смогу дотронуться до косматой, в обтрепанной одежде фигуры, уцепившейся в ящик прямо перед моим носом.
Десяток ударов сердца, и мозг взял эмоции под контроль. Я перевела дыхание и еще раз прикинула расстояние между мной и незнакомцами, напоминающими прячущих добычу бандитов. Метров десять, не меньше.
Широкие стволы деревьев и округлые кустарники, зелеными пятнами проступающие между мной и неожиданными гостями леса, показались какой-никакой, но защитой. Все не так и плохо. Незнакомцы, пока заняты своими делами, вполне могут не заметить нас. Тем более, все внимание мужчин было сосредоточено на грузе.
Интересно, если это бандиты, — на вид, точно бандиты! — почему они пришли сюда среди бела дня и не опасаются случайных свидетелей?
Видимо, нечего делать случайному прохожему в этих местах, хмыкнула я сама себе и тут же озадачилась новой мыслью.
Что не так с этим лесом? Может, он заколдованный? Или палтуньи вокруг слишком много? Нет… От колдовства, от палтуньи и от других напастей существует защита. Или здесь не бывает людей по другой причине? Например, из-за вот таких незнакомцев. Которые могут ограбить или убить.
Я вцепилась взглядом в мужчин, продолжающих тянуть ящик в известном им направлении, и машинально потерла обожженную кожу. Которая не заставила ждать ответки и пронзила все тело электрической болью. Словно за оголенный провод схватилась. Вот же тебе дождь магический…
— Давай! Толкай! — тихий шепот прервал мои размышления о странности леса и его обитателей.
— Я толкаю!
— Еще! Еще!
— Пусть Бродяга нам поможет!
— У Бродяги другая задача! — сдавленно рявкнул в ответ один из мужчин.
«Командир, наверное», — решила я и впилась взглядом в отросшие до плеч коричневые волосы и коренастую фигуру отдававшего приказы. Больше деталей разглядеть не получалось, сколько бы я ни напрягала зрение.
— Лица! Запоминай лица! — заставил меня вздрогнуть шепот фамильяра, незаметно поднесшего свой влажный нос к самому моему уху. Тоже мне, еще один командир.
«Плохая у меня память на лица, — подумала я, и огорченно покачала головой. — Не запомню. Даже не проси».
— Еще! Давай! — продолжали звучать однообразные приказы. Под шорох листвы и скрип колес — вот откуда шел противный металлический скрежет — ящик подкатили к небольшому возвышению, похожему на холм, и остановились.
 
Замерла и я с енотом. Верхушка обрушившегося дерева, служившего нам убежищем, упиралась в этот самый холм. Я как раз успела рассмотреть наше укрытие со всех сторон перед тем, как юркнуть в дыру под стволом и спрятаться в ней со всеми своими пожитками.
«Если нас сейчас увидят или почувствуют, всему конец», — кричала мне интуиция, и я даже дышать стала реже. Федя замер, стоя на задних лапках и вытянув туловище и голову вверх — в позе, больше напоминающей суриката, чем енота. И, мне показалось, тоже затаил дыхание. Только маленькие черные бусинки глаз метались с моего лица в сторону лаза и обратно.
Громадный ствол внезапно жалобно скрипнул и задрожал. Подобные вибрации впервые я почувствовала в хижине отшельника, когда тот пытался управлять магией с помощью своего музыкального артефакта. Вот и сейчас мертвое дерево вибрировало изнутри. Словно с той стороны к нему приложили артефакт.
— Готово! — шепот, наложившийся на тонкий скрип груза, эхом разлетелся по лесу. А я продолжила сидеть не шевелясь. Вполне могли применить магию. Наверняка магов в этом мире немало. И не все они магичат на благо общества.
— Минрорк, т-с-с-с!
Разговоры умолкли.
— Что? — приглушенный надтреснутый голос мне показался рокочущим на весь лес.
— Там кто-то есть!
— Где?
— Там, неподалеку.
— Тебе кажется.
— Хочешь, как в прошлый раз? — угрожающе рыкнул голос командира. — Хочешь?
— Сейчас проверю, — сдался оппонент, и на смену голосам пришел приближающийся шелест листьев под ногами.
Глухие удары от сапог в немой тишине становились все ближе и ближе. Я услышала, как бьется сердце в груди. И испугалась, что его стук сейчас слышен по всей округе. Тук-тук-тук! Тук-тук-тук! Жаль, не владею я техникой остановки сердца, которой так гордятся йоги. Сейчас бы она мне пригодилась. Чтобы хоть на минуту заставить захлебывающийся в адреналине мотор замолчать. Или на две, больше мне не надо.
Увы, я не йог и сердце продолжало предательски стучать.
— Слышишь? — шепот заставил вздрогнуть.
— Что?
— Шум.
— Не слышу. Но проверю, мало ли что.
Глухие удары кованой подошвы о землю внезапно утихли. Им на смену пришло едва слышное шуршание. Мох, покрывающий по периметру наше с Федей убежище, приглушил шаги противника, догадалась я.
Тишина. Обманчивая. Опасная. Никуда ведь незнакомец не ушел. Просто замер, так же, как и мы. Может, тоже настраивается на тихие звуки, отодвигая фоновый шум на второй план.
— Показалось, наверное, — в голосе говорившего угадывалось облегчение, не меньшее, чем в моем теле, покрывшемся от напряжения и страха холодным по́том.
— Не спешим! — резкий приказ, как нож масло, разрезал тишину. — А то успеем!
— Я слышу дыхание!
Рядом с моим ухом нецензурно выругались. Значит, один из незнакомцев совсем рядом. Стоит ему наклониться, отодвинуть лианы, и вот она я. В ловушке. Даже бежать некуда.
— Поторопись, что ты застрял, как лошадь в водовороте!
— Сейчас, сейчас! Не так это просто, по бурелому шастать.
Кряхтение в голосе удивило и испугало: старика взяли с собой? Неспроста — маг он, поди, сильный.
И вправду прямо перед просветом мелькнул клок седых волос и морщинистая кожа лица.
Я в оцепенении искала, за какую же спасительную соломинку еще можно ухватиться. А если прикинуться слепой? Это идея!.. Не успела я войти в образ, как Федор сорвался с места. Запрыгнул мне на колени и перескочил на плечи, коснувшись шерстью моего лица. Дальше взлетел по лианам вверх и, пробравшись в щель над моей головой, бросился наружу.
Да что же за напасть! Мне опять захотелось чихнуть. У меня что, в новом мире развилась аллергия на шерсть енота? Вдобавок к имеющейся на экологически чистую пыль.
— Вот он, нарушитель спокойствия!
— Я так и чуял, кто-то здесь есть. Прав оказался, — довольно прогромыхал голос над головой. — Что будем делать? Ловить?