Вселенная ИКС: Ключник

Я сказал людей?
Поторопился выдать желаемое за действительное.
Стараясь не привлекать внимания, я медленно двинулся вокруг толпы, в тщетной попытке высмотреть хоть одно человеческое лицо, чувствуя, как от нарастающего смятения все сильнее стучит сердце. И с этими… существами мне предстоит уживаться вместе?! Проклятье, мне сейчас реально поплохело.
Я обнаружил еще нескольких великанов, таких же, как тот, что нес ракшаса. И насилу разглядел парочку коротышек-хоббитов в первых рядах ристалища – это и понятно, иначе бы они ни черта не увидели. Но основную массу толпы составляли лишь похожие на людей существа. Худые костлявые фигуры, затянутые в меховые и кожаные балахоны, с непропорционально узкими для своего роста плечами, лишь на полголовы уступающие «оркам». Пламя свечей выхватывало голые желтые черепа и уродливо-узкие, словно сдавленные невидимым прессом с двух сторон, лица – угловатые настолько, что кости, казалось, прорывались сквозь кожу. Причем совершенно безволосые – ни усов, ни бровей, по-моему, даже ресниц нет. Лица этих существ, взиравших друг на друга глазами с бесцветной радужкой – словно им в глазницы студень залили, казались абсолютно бесстрастными. А открывающиеся в криках рты с тонкими, как росчерк карандаша, губами, резали слух и взгляд отталкивающим диссонансом. Двое из таких существ сражались на арене. И при всей своей нелепости и чуждости телосложения для человеческого взгляда, двигались они с поразительной ловкостью и скоростью, обмениваясь стремительными ударами коротких, чуть больше полуметра, мечей. Отскоки, выпады, обманные пируэты следовали друг за другом с такой интенсивностью, что за ними невозможно было уследить…
Звон мечей и крики заглушили звук шагов и я не заметил, как Мышуня с Громилой оказались рядом. Они уже успели избавиться от ракшаса и я предположил, что они спешат присоединиться к развлечению, но ошибся. Не сбавляя шага, великан вклинился в толпу, легко, словно бумагу прорвал строй и очутился внутри. Коротко рявкнул – и сражение мгновенно затихло. Еще несколько отрывистых распоряжений и из толпы, как по волшебству, выделился отряд в четыре бойца. А потом Мышуня с неожиданной силой вцепилась мне в руку и вытащила на всеобщее обозрение под десятки изучающих взглядов. Коротышки уставились с дружелюбным любопытством, обмениваясь оживленными репликами, великаны смотрели молча и бесстрастно, а вот желторожие почему-то щурились с откровенным презрением, словно я перед ними в чем-то провинился лично. Терпеть не могу подобные смотрины, но пришлось стиснуть зубы и сделать вид, что меня подобное представление ничуть не волнует. Напуганная чрезмерным вниманием, дикоша прижалась к ноге. Первый раз вижу, чтобы питомец так явно проявил страх.
Едва Мышуня успела торопливо всунуть мне в руки какой-то неприятно скользкий меховой сверток, как великан снова рявкнул и подтолкнул меня в спину к отделившейся четверке из желтокожих нелюдей. Я даже испытал некоторое облегчение, когда сам же Громила и повел нашу команду за собой – прочь из зала. Лишь бы подальше от этой недружелюбной толпы. Да еще, оказывается, и хоббитка увязалась следом.
А затем наш отряд оказался под открытым небом во внутреннем дворе крепости, который просторной подковой опоясывала глухая стена высотой метров в шесть, без каких-либо признаков прохода. И на меня снова свирепо накинулась проклятая вьюга, выдувая из-под одежды накопленное в пещерах тепло и впиваясь в кожу и плоть ледяными укусами.
Не задерживаясь, отряд принялся цепочкой взбираться по каменной лестнице, ведущей на увенчанный зубцами гребень. Пришлось осматриваться мимоходом, взбегая следом. Мышуня пыхтела позади, бесцеремонно подталкивая в спину, когда ей казалось, что я мешкаю. Наверху ветер рванул сильнее, прошелся ледяной скребущей лапой по обнаженной коже черепа, стягивая ее стылой коркой. За время, потраченное на путешествие сквозь гору, ветер снаружи вроде немного ослаб. И хотя снега в воздухе кружило еще изрядно, с высоты стены открывался впечатляющий вид на огромную долину далеко внизу, окруженную горами и утопающую в буйстве непогоды. Сразу под крепостью заснеженные склоны в живописном беспорядке протыкали зубья скал, у подножия спуска темнели пятна замерзших озер, еще дальше сквозь затихающую метель интуитивно угадывались останки разрушенного города – искаженные, затертые расстоянием очертания неких развалин…
 
И что все это значит? Меня с ходу отправили в караул?! И как я тут выдержу на таком холоде, без теплой одежды, без самой завалящей шапки?!
Увы, я паниковал преждевременно.
Потому что все оказалось гораздо, гораздо хуже.
Повинуясь властным окрикам Громилы, желтолицые «аскеты» подняли с парапета скрутку с веревочной лестницей и с сухим перезвоном замерзших узлов раскатали его за стену. А затем один за другим принялись ловко соскальзывать вниз. Когда четверка оказалась у подножия крепостной стены, Мышуня толкнула меня в бок и требовательно указала на лестницу. Я недоверчиво уставился сперва на нее, потом глянул вниз на желтолицых, деловито разворачивающих личные свертки, оказавшиеся обыкновенными меховыми накидками, затем в смятении посмотрел на Громилу. Встретившись со мной взглядом, он снова повелительно рявкнул и с угрожающим видом шагнул в мою сторону, нависая, словно скала. Твою ж…
Вот теперь самое время начинать паниковать.
 
Глава 3. Экстремальная привязка
 
Восседая на превращенной в «меховое средство передвижения» накидке, в который уже раз расставляю ноги и вбиваю пятки в склон. Пропахав глубокие борозды, резко останавливаюсь, вскакиваю, сую накидку под мышку и бегу за своей группой, проваливаясь почти по колено в рыхлый снежный покров.
Четверка «аскетов» быстрой трусцой отправляется в обход очередного препятствия – на пути выросло массивное скальное образование, склон словно раздвинул каменный кулак выбирающегося наружу великана. И мне важно не отстать. Я двигаюсь последним, поэтому порывы ледяного ветра бросают поднятую отрядом снежную пыль мне навстречу и она болезненно царапает онемевшее от холода лицо, заставляя глаза слезиться.
Фурии проще, малый вес позволял ей бежать по снегу, не проваливаясь. А Кроха сидит у нее на загривке, зарывшись всем тельцем в мех, насколько это вообще возможно. Жаль, но фейри пришлось покинуть нагретое местечко под моей одеждой на груди. В такой тесноте ее немудрено и придавить при неосторожном падении. Именно это едва не случилось, пока я приноравливался к экстремальным методам проводников. На Кроху было тяжко смотреть, холод грыз ее тельце не на шутку и фейри приходилось растрачивать усвоенную в пещерах энергию кристалла исключительно на обогрев. Ума не приложу, что с ней делать, когда эта энергия иссякнет…
Спуск на импровизированном средстве грозил и меня самого превратить в ледышку, но интенсивные перебежки помогали согреться. Эти желтолицые, похоже, решили проверить новичка на прочность и почти не обращали внимания на то, как я справляюсь. Они не проявляли явной враждебности, но и помочь не пытались. Ни словом, ни жестом. Только иногда кто-нибудь из них бросал быстрый презрительный взгляд, чтобы проверить не свернул ли я шею. Не дождетесь. В общем, приходилось поспевать изо всех сил. Пока не пойму происходящего – выбора нет. Все сильнее крепло подозрение, что этот поход состоялся благодаря именно моему появлению в крепости и кое-какие догадки о цели путешествия уже имелись.
Что первым делом должен сделать игрок практически в любой игре, попав в новую локацию? Особенно после сложного и опасного пути или, как в моем случае, после пространственной переброски из черт знает откуда в черт знает куда? Правильно, игроку необходимо закрепиться. Прописаться в точке сохранения. Чтобы в случае гибели не отбросило на прежнюю локацию и не пришлось повторять путь заново. Но то обычная игра, а что произойдет, если я не сделаю этого здесь, в этой Вселенной ИКС? Кану в Лету? Исчезну в небытие навсегда? Даже думать об этом не хочется. И так как чаще всего для прописки служат порталы, то выходит, что мне действительно нужно туда, куда меня так бесцеремонно тащат желтолицые. А именно: к ближайшему очагу цивилизации с Репликатором и минимальным набором услуг. Чтобы прошить инфу о своей персоне в местной базе данных. То есть эти нелицеприятные личности для меня же и стараются! Так что плевать на манеры, главное – результат. Первым делом, как доберемся, отправлюсь прямиком к визажисту, нужен до зубовного скрежета, иначе мозги под голым черепом отморожу окончательно… Хотя, может, и привыкну – мои безволосые проводники вроде никакого дискомфорта не испытывают. Если это расовая особенность, то очень правильная и уместная для этой локации. Мне бы тоже такая не помешала…