Сущность

Шнайдерман встал. Ему хотелось схватить ее и потрясти, заставить одуматься. Он был очень неуверен в себе. Его контакт с ней был эфемерным, как тонкая нить.
В доме Крафт подошел к сетчатой двери. Он замер, когда понял, что Шнайдерман не ушел.
– Миссис Моран, – позвал Крафт, – нам нужна ваша помощь.
Карлотта положила руку на дверь. Затем обернулась, улыбнулась, но холодно, и протянула руку Шнайдерману.
– Думаю, вам пора, – тихо сказала она.
Он неуверенно улыбнулся, пожал ей руку и проследил, как она вошла внутрь. Крафт и Механ склонились над кипами свернутых в рулон планов домов и графиков, некоторые из которых изучал Билли, опершись на локти. Шнайдерман прошел по тротуару, сел в свой MG и отпустил сцепление. Автомобиль с ревом помчался по Кентнер-стрит в сторону клиники.
Доктор Вебер был зажат между дверью в свой кабинет и столом секретаря, прежде чем у него появился шанс вставить хоть слово.
– Хотите знать, почему она не вернулась? – быстро и злобно проговорил Шнайдерман. – Она попалась в руки шарлатанам, которые раздувают ее иллюзии! Они следят за ее нападениями! Обставили весь дом проводами, чтобы искать полтергейстов и восставших мертвецов, и господи боже, доктор Вебер, она купилась! И отказывается ходить ко мне!
Доктор Вебер ошеломленно молчал.
– Каких шарлатанов, Гэри? Я ничего не понимаю.
– Они говорят, что они из университета! Этого университета! Ученые! Черт возьми, это не наука. Наукой там и не пахнет. Как по мне…
– Они предлагают ей исцеление?
– Наверное. У них повсюду камеры и провода. Похоже на лабораторию!
Доктор Вебер провел Шнайдермана в свой кабинет. Закрыл дверь, печально покачав головой. Уязвимые пациенты привлекают уверенных в себе людей, как мед – мух.
– Из нашего университета? – спросил доктор Вебер.
– Они сказали, что с психологии. Доктор Кули.
Доктор Вебер широко улыбнулся.
– Элизабет Кули, – пояснил он, ухмыляясь все шире. – Благослови ее Господь. Значит, она стоит за этим. Это не психология, Гэри. Это парапсихология.
– Ну, они чертовски хорошо обработали миссис Моран.
Доктор Вебер сел, думая о чем-то далеком и в то же время знакомом.
– Я знаю ее… сколько?.. уже тридцать лет. Раньше она была большой шишкой на факультете психологии.
Шнайдерман едва ли слушал, все его мысли были о его пациентке, окруженной проводами и идиотскими картами полтергейста.
– Да? – отозвался он. – И что случилось?
Доктор Вебер медленно и грустно постучал себя пальцем по лбу.
– Она начала видеть призраков.
Шнайдерман оперся о подоконник, сложив руки.
– И как нам избавиться от этих придурков? – спросил он.
Задумчивость доктора Вебера рассеялась. Он пришел в себя, повернулся в черном кожаном кресле и увидел над собой чрезвычайно серьезное лицо Шнайдермана.
– Это не какие-то торговцы амулетами, Гэри. Они академики.
– Они подтверждают видения Карлотты. Их нельзя с ней оставлять.
– Они уйдут. Потеряют интерес и скроются из виду через пару недель. Там никто не находит то, чего хочет. По той или иной причине. А потом привяжутся к кому-то другому.
Шнайдерман выглянул в окно, сжав челюсть.
– И так было трудно, когда Билли начал верить, – сказал он. – А теперь за дело принялся Бак Роджерс и его верный подпевала.
Доктор Вебер закурил сигару. Напор Шнайдермана заставил его потерять самообладание, и только теперь он снова почувствовал, что контролирует ситуацию.
– Вы поговорили с Карлоттой?
– Она отлично выглядит. Полна энергии. Глаза горят. Нападения прекратились.
– Точно истерия.
– Именно.
– Когда они уйдут, она к тебе вернется.
– Вы так думаете?
– Да. Ей надо приспособиться. До тех пор она будет держаться за свои симптомы. Не уверен, что это так уж плохо в ее случае.
Шнайдерман покачал головой.
– Нет. Дело не только в этом. Теперь она действительно зациклилась. Те двое должны уйти.
Доктор Вебер покачал головой.
– Вы ничего не можете сделать. Легально. И с точки зрения медицины. Это ее жизнь, ее дом, ее иллюзии. Пока она не перешла границу легального здравомыслия, ее нельзя трогать. И я бы не стал на нее давить. Помните, что произошло в прошлый раз?
  
Шнайдерман кивнул, но сердито вдавил носок ботинка в ковер.
– Слушайте. Эта доктор Кули… она профессионал?
– Да, если верить университету. Я бы с ней не связывался.
Шнайдерман с отвращением отвернулся. Доктор Вебер начал опасаться, что он вытворит что-то во второй раз, вопреки совету. Шнайдерман стал очень упрямым. И его инстинкты теперь не всегда были верны.
– Не наделайте глупостей, Гэри.
Шнайдерман не ответил. Его словно раздирали изнутри. Он злился на себя, на двух придурков, которых видел утром. На доктора Вебера. Гэри внезапно осознал, что впервые за все время их знакомства у него были серьезные разногласия со своим руководителем.
– Вы переступаете границы, – сказал доктор Вебер.
– На мне лежит ответственность.
– Ваша ответственность – лечить ее по правилам университета. Ясно?
– Вполне.
Шнайдерман не смотрел в глаза доктору Веберу и затем вышел за дверь. У доктора Вебера было дурное предчувствие, что он теряет своего лучшего ординатора.
  
17
 
Карлотта устроила вечеринку. Барбекю. Были Синди и Джордж. Ей не пришлось называть повод. Все знали. Прошел почти месяц, и никаких нападений. Считай, все позади. Тучи развеялись. Оставшуюся часть пособия Карлотта потратила на продукты и пунши, а еще пригласила Джина Крафта и Джо Механа. Пока что они отказались, вместо этого прикрепляли черные пробковые доски к стенам и потолку ее спальни.
Студенты прибыли рано утром, неся стопки досок и огромные рулоны белой ленты.
– Зачем это? – спросила Карлотта.
– Помните те фотографии? – объяснил Крафт. – Ну, изображения есть, но мы не могли понять, где конкретно произошло явление. И с какой скоростью двигалось. В кромешной темноте не с чем сравнивать. Если мы поместим эти контрольные точки на заднем плане, то сможем измерить скорость и форму любого движущегося объекта на фотографии с большой выдержкой.
Карлотта вздохнула и медленно покачала головой. Ей было их жаль. Жаль все эти усилия, которые теперь казались такими бесполезными.
– Вы не возражаете, если мы прибьем доски к стенам и потолку?
– Конечно нет.
– Их будет трудно вытащить, – заметил Крафт, – но они должны быть прочными, как скала.
Карлотта потянула за доску и слегка рассмеялась.
– Надеюсь, вам удастся их потом снять.
Передавая по кругу тарелку с курицей, Карлотта украдкой поглядывала на окно спальни. Стены были частично покрыты странным рисунком из флуоресцентных белых крестов на мягкой темной пробке. Крафт и Механ стояли на стремянках, усердно работая.
Синди выбрала поджаренное крылышко.
– Так ты им не сказала? – прошептала она.
– В этом нет смысла.
– Они его не нашли?
– Только видели его край, – ответила Карлотта. – Когда он уходил.
– Ты им когда-нибудь скажешь?
– Возможно. Как-нибудь, – сказала Карлотта с улыбкой.
Джордж потянулся за третьим кукурузным початком.
– Я лишь скажу, – заметил он, намазывая кукурузу маслом, – что все это было ужасно тяжело.
Из спальни Механ видел всех на скамейке для пикника и слышал тихий смех. Время от времени можно было заметить, как Карлотта украдкой бросает взгляды в их сторону.
– Думаешь, мы пришли слишком поздно? – пробормотал Крафт.
– Не знаю, – ответил Механ.
За окном соседский щенок гонялся за Ким.
Механ улыбнулся.
– Ну, хотя бы мы принесли им счастье, – но затем выражение его лица стало серьезнее. – Тебе кажется, они говорили нам правду?
– Нет. Скорее всего, было больше разных явлений, чем то, что мы видели.
– Что они скрывают?
– Не знаю, – признал Крафт.