Восхождение Плотника (СИ)

Я набрал мелких камешков у ручья, забрал шишки, мох, кору и отправился обратно в мастерскую. Если ловушка поймает зайца или какую другую дичь, то я смогу забрать добычу завтра. А пока нужно заняться столешницей.
Вернувшись в мастерскую, сколотил каркас будущей столешницы. Тщательно всё подмёл и положил каркас на пол, слегка углубив его в землю, чтобы раствор эпоксидки не вытек когда я его раздобуду. Мох, кору и камешки убрал на верстак, а сам схватил два кривых обрезка досок, толщиной в два пальца и побежал к дому Древомира.
  
Растопил печь, поставил вариться картошку и прижался к тёплой стенке печки спиной чтобы согреться. О боги! Как же хорошо. Но нужно и одежду просушить. Снял рубаху и штаны, закинул их на печку, а сам остался в одних трусах.
— Ярик! Чё там делаешь? — Послышался голос Древомира.
— Сейчас обедать будем! — Крикнул я в ответ, а после открыл печную дверцу.
Подождал, пока пламя разгорится пожарче, и сунул внутрь первую доску. Огонь лизнул дерево, побежал по поверхности, и через секунд двадцать доска вспыхнула, как факел. Я выдернул её из печи, бросил на каменный пол и накрыл мокрой рубахой. Дерево зашипело, повалил густой едкий дым от которого глаза заслезились.
Дым заполнил кухню за секунды, вырвался через дверь в горницу, и из спальни раздался яростный крик:
— Ты что творишь, поганец⁈ Решил избу спалить⁈ Убью! Вот встану и убью!
— Почти! — усмехнулся я распахивая форточку и размахивая рубахой чтобы прогнать дым. — Не волнуйтесь, мастер, пожара не будет! Это технологический процесс!
— Технологический процесс⁈ — взвыл Древомир из-за стены, и его голос сорвался на кашель. — Да я тебе покажу технологический процесс! Чёрт окаянный, дышать нечем!
Я прикинул, что объяснять чем именно я занимаюсь, бесполезно. Молча перевернул доску и сунул в печь необожжённый конец. Подождал, пока огонь схватит поверхность, выдернул, потушил. Повторил процедуру со второй доской. Та загорелась быстрее, треснула от перепада температур, но не сломалась, и я успел выхватить её до того, как огонь проел дерево насквозь.
Дымище стоял такой, что хоть топор вешай. Форточка не справлялась, и я распахнул дверь на улицу, впустив в дом поток холодного воздуха, который хлынул навстречу дыму и создал сквозняк сбросивший со стола полотенце.
Через пять минут дым рассеялся, а на полу лежали две доски. Обугленные, с глубокой, рельефной текстурой, в которой проступал рисунок годичных колец, как топографическая карта горной местности. Красота! Грубая, первобытная, но несомненная красота, которую в этом мире ещё не видывали. Снял с печки варёную картошку и отнёс Древомиру вместе с еловым отваром.
Сам же запихнул огненную картофелину в рот, опалил всю слизистую, но проглотил её, оделся в тёплую, но ещё мокрую рубаху и штаны, а после побежал обратно в мастерскую прихватив доски. Запер за собой дверь, разложил обожжённые доски на верстаке и принялся за работу.
Сначала прошёлся по обугленной поверхности жёсткой щёткой. Нагар осыпался чёрной пылью, обнажая глубокий рельеф волокон, тёмный, почти чёрный, с серебристым отливом на гребнях. Доски были извилистыми и идеально подходили для моей задумки.
Слева я положил одну доску, справа другую создав подобие берега реки. Между досками в зазоры я уложил пласты мха, кусочки белой берёзовой коры и пару гладких камешков из ручья.
Композиция складывалась сама собой. Каждый элемент находил своё место, и постепенно получался рисунок, в котором было что-то… живое.
Я отступил на шаг и посмотрел на столешницу целиком. Две обожженные доски формировали фон, мох и кора заполняли пустоты, камешки поблёскивали тут и там, как капли воды на лесной подстилке.
Весьма недурственно. Я редко так говорю о собственной работе, потому что перфекционизм мой главный профессиональный порок. Обычно я вижу в готовой работе только недостатки. Но эта столешница при всей своей незавершённости была прекрасна. По крайней мере задумка мне нравилась.
Оставалось самое сложное. Найти живого слизня, каким-то образом убить его, не дав себя растворить. Собрать слизь и залить столешницу до того, как материал застынет.
Задача, прямо скажем, нетривиальная. Примерно как построить небоскрёб из макарон. Теоретически возможно, если макарон достаточно и ты не боишься выглядеть идиотом. А вот на практике это задача со звездочкой. Но сложностей я не боялся, а идиотом чувствовал себя с первого дня в этом мире.
Но охотиться я пойду уже завтра. На улице уже темнеет, а соваться в лес ночью чистое самоубийство. Сегодня я сделал всё, что мог: каркас собран, рисунок выложен. Осталось добыть главный ингредиент, прозрачную субстанцию, которая скрепит всё это в монолитную, гладкую, невиданную в этом мире столешницу.
Заперев мастерскую я устало побрёл топить баню. Нужно погреться, перекусить и немного отдохнуть, а ещё посмотреть сколько живы я успел накопить шляясь по лесу? Подняв взгляд в правый верхний угол я увидел сообщение системы:
Текущий запас Живы: 3,09 /???
Ого! Вот это уже серьёзно! Если единица сняла зуд и слегка залечила экзему, то что сделают три единицы живы? Полностью исцелят меня? Было бы здорово, но шансы на это прямо скажем не велики. Система будто услышала мои мысли и сообщила:
3 единицы живы будут использованы для ускорения регенеративных процессов организма.
Возражений у меня не возникло, так как я бы и сам направил живу туда же. К тому же я понятия не имел для чего ещё можно её использовать.
По пути заскочил в дом Древомира, налил себе елового отвара, взял пару сваренных картофелин и отправился в баньку. Выйдя на порог дома провёл рукой по ветви яблоньки и улыбнулся.
— Спасибо родная. Благодаря тебе руки чесались меньше обычного. — сказал я проходя мимо.
Зайдя в парилку я поставил отвар и картофелины на лавку, а сам принялся топить каменку. Почистил зольник, положил в топку трут и высек искр из кресала. Пара искорок упали на трут, от чего тот задымился и начал медленно тлеть. Раздул огонёк и поднёс бересту, которая быстро загорелась. Следом отправил в топку пару лучин, а за ними уже и поленья.
Пока каменка топилась, я сидел на лавке, жевал картошку запивая всё горьким еловым отваром и радовался тому что жизнь налаживается. Точнее она уже наладилась, если сравнивать с первым днём пребывания в этом мире.
Каменка начала гудеть намекая на то что пришла пора попарить косточки. Я скинул с себя одежду, плеснул из ковшика на печь и утонул в белёсом облаке. Пар обжигал лёгкие, пот мигом проступил на коже, а я плеснул ещё ковшик и только после этого полез на полку наслаждаться приятным жаром.
Всё таки весь день мотался по холоду, чего доброго воспаление лёгких подхвачу и будем мы с Древомиром готовиться к переселению в загробный мир. А этого мне бы очень не хотелось.
Парился я около часа. Хлестал себя дубовыми веничками, поддавал парку, а когда печка начала остывать, убрал за собой и пошел в дом, так как спать хотелось неимоверно. В правом верхнем углу всплыло сообщение системы
Обновление состояния:
— Значительно улучшено кровообращение и метаболические процессы
— Зафиксировано длительное переохлаждение
— После перепада температур начат процесс закалки организма (20%)
— Недостаточное поступление питательных веществ, ресурсы организма истощаются
— Соблюдены нормы гигиены
— Еловый отвар положительно сказывается на лёгочной системе и иммунитете
Совокупный эффект: срок жизни продлён на 2 часа.
Смерть наступит через 8 дней, 5 часов.
  
Сегодня эффект от баньки был куда менее весомым. Оно и понятно. Шлялся весь день по лесам, морозил бубенцы, да и не ел толком. Ну да ничего. Завтра меня ждёт весьма увлекательный день, который может значительно приблизить день наступления смерти.
Войдя в дом Древомира, я подбросил дровишек в печку и залез на неё укрывшись войлоком. Глаза закрылись сами собой и я провалился в беспамятство.