Дикий 2 (СИ)
— Ты что болеешь?
— Что не нравлюсь такая?
Я быстро начал исправлять свои ошибки. Нельзя девушкам говорить что они плохо выглядят, тем более так. Но меня реально тревожило состояние Остроухой.
— Нравишься конечно, может прилететь к тебе?
— Нормально всё со мной, после попойки вчерашней только проснулась.
Явно пытается меня уколоть, больнее. Чую врёт не было никакой попойки.
— …
Я молча посмотрел на неё, вкладывая всю возможную злость, даже напрягаться не нужно было. Камушек никуда не делся, был маленьким но душу царапал. И сейчас я готов был послать Остроухую подальше, да что там послать, я чуял что могу разорвать её на расстоянии. Единственное что сдерживало это то что я понимал все мотивы Остроухой, она пыталась специально разозлить меня чтобы проверить насколько сильно она мне дорога. Но я тоже не железный всё терпеть, немного вспылил.
Она отвела глаза со слезами.
— Прости.
Сбоку тихо заскулила Мелкая, в соседнем кресле. Тут же влетела в каюту белая Мар спасать своего ребёнка. Да, что-то я переборщил со злостью. Да и не получалось у меня так раньше никогда на других воздействовать. Похоже что я всё-таки много вспылил, блин это же что сейчас Мар подумает, что я её ребёнка чуть не прибил, плачет ведь, а оправдаться я не успею. Спасение пришло от Остроухой.
— Ну ка сделай, голограмму видимой. Для всех.
Я нажал, на «громкую связь» Голограмма Остроухой Засветилась в кабине видимой для всех.
— Ты что малыш напугалась? — Спросила она Мелкую. — Не бойся, это дядя так на меня злится, не на тебя. Вон смотри и мама уже за тобой пришла. Не боишься уже?
От слов Остроухой веяло чем то добрым.
— Нет, а зачем Дядя на вас злиться? Вы же добрая фея.
Включила вечные вопросы, Мелкая.
— Можно, я её заберу.
Уже не белая, уже пунцовая Мар мялась около двери.
— Иди к маме, потом как нибудь расскажу.
Мар, быстро схватила дочь в охапку, и бочком выскочила за дверь, крикнув.
— Извините.
— Ты что с ума сошёл? Ну ладно бы меня прибил, я заслужила. Но окружающие то чего тебе плохого сделали?
Отчитывала меня Остроухая. Я продолжал молча на неё смотреть. Она сменила отчитывающий тон на оправдывающийся.
— Прости, не знаю. Как то всё навалилось, немного нервная стала.
— С тобой точно всё в порядке? Моя помощь не нужна.
— Нет, не выспалась просто. Осталось маленько и я сама к тебе прилечу.
Я ощутил постороннее присутствие.
— А кто у тебя в комнате?
— Не ревнуй, это она, а не он. Но поверь пока не могу её тебе представить.
Я ясно понял не врёт. Вот не знаю, только Остроухую я стал чувствовать, или меня так тряхнуло что и окружающих?
— Ты там не все деньги потратила?
— Ах да, извини, давай напишу лучше.
Она протянула руку, я попытался её коснуться. Но рука прошла сквозь голограмму.
— Я соскучился.
Только успел сказать я, как связь разорвалась, и голограмма потухла. Да наверное тысяч пятьсот улетело за наш разговор. Дороговато. Открыл защищённый канал, так тоже дорого, но с этой системы не дороже пятидесяти тысяч выйдет. Написал сообщением.
— Ну вот, почему ты на меня дуешься, я так и не узнал.
— Потому что я опозорилась на приёме в посольстве сполотов.
— А я то тут при чём?
— Ты ещё спрашиваешь?
— Не понимаю.
— Конечно не понимаешь. Когда ко мне подошёл посол сполотов и сказал «красивое послание для Остроухой» Вот что бы ты подумал?
— Ну не знаю.
— Вот и я растерялась, почему-то подумала что ты мне что-то передать хочешь через сполота. От тебя всего можно ожидать. Поэтому я сказала, «да это я, меня так называет один человек.» А если ты не знал, то упоминание ушей это оскорбление для аграфов.
— Я же любя тебя так называю.
— Но этого никто из окружающих не знал, поэтому смешки окружающих я заработала, так как наш разговор многие слышали.
— Ну я всё равно тебе послание, не передавал.
— Да? А кто на медальоне написал. Что любит меня, со стихами. Только не говори что стихи не ты написал. А я сразу вспомнила, ты читал эти стихи за столом, на моём дне рождения.
— Стихи сочинил не я, я только их написал на медальоне.
— То есть это всё-таки ты написал?
— Я не думал что их кто-то прочитать сможет.
— Как? Как у тебя всё это получается?
— Не знаю. Наверно ты вдохновляешь.
Наступила пауза. Остроухая не сразу нашла что ответить, наверное мои слова в цель попали.
— Посол сразу спросил, «Не этот ли человек подарил мне кулон, и знаю ли я что на нём написано?» Когда я ответила «да» на первый вопрос и «нет» на второй. Посол написал мне на салфетке перевод, и сказал что хочет встретиться с этим оригинальным молодым человеком.
Ведь тебе столько магазинов пришлось облазить что бы подобрать подходящую надпись.
— Надеюсь, что все заткнулись кто смеялся.
— Заткнулись, а тебе не интересно что я послу ответила?
— Нет, думаю сейчас долечу, а там уже делегация сполотов меня встречать будет.
— Плохо ты обо мне думаешь. Я им сказала что если ты захочешь то встретишься сам.
— Да нет, об тебя я хорошо думаю, это ты плохо о сполотах думаешь, что бы ты не ответила, они и так уже знают кто я.
— Ладно, что-то нас на разговоры прорвало, наверно и ты состояние сейчас отвалишь за связь. Всё давай пока целую.
— Целую.
Немножко щемящее чувство, но при этом доволен, снова улыбка на всё лицо, развалился на кресле и смотря в стенку контейнера, которая перед ботом впритык была. Были какие то неувязки загадки, которое внимание царапали, но пока решить не могу, я даже голову не стал забивать, само решится. Треньк, минус шестьдесят две тысячи. Не слабо, но и не жалко. Пойду Мар с мелкой успокоить нужно, да трём лбам задание какое нибудь придумать нужно, а то от избытка свободного времени они сами себе приключения найдут, эти же хуже мелкой.
Выходя из каюты столкнулся как раз с этими тремя лбами.
— Вы чего тут?
— Да вот, непонятно, боязно стало, как будто случится что должно, а потом Мар выскочила, с девчонкой. Ничего не рассказывает, отвлекать запретила, вот и стоим ждём.
Я принюхался. Свежий аромат спиртного. Скорее всего от двоих исходил, третий вроде не причём.
— Вы в курсе что во время полётов спиртное запрещено?
— Да ладно командир, подумаешь…
Договорить ему не дал, плюрализм мне на корабле не нужен. Подсечкой свалил на пол, придавил коленом. Одной рукой сдавил горло, другую отвёл назад в замахе. На фиг, сразу по местам нужно расставлять. А то делать нечего, начнут пытаться на прочность проверить. Секунду выдержал, потом разжал горло. И повернул свою голову чуть в бок. Как бы спрашивая.
— Всё командир, понял, осознал.
Просипел боец. Я встал, протянув руку лежачему.
— В космосе действует боевое расписание. Никакого алкоголя, первый раз прощается. Второй раз штраф четверть оклада. Сейчас….
Я достал аптечки и активировал на двоих.
— Деньги за аптечки удержу с оклада. Сейчас в кают копанию, изучать настольные игры.
— Есть, лбы развернулись, и скрылись в кают компании.
Да, кажется я всё-таки становлюсь командиром. Но нужно всё-таки Мелкую успокоить. Зашёл в каюту.
— Мар извини. Немного некрасиво получилось.
— А можно мне в окошко посмотреть.
Это у Мелкой любопытство победило страхи. Да так что перебила нас. Значит зря я переживал. Да и мне эти стены ещё надоедят, а сейчас хоть что-то интересное, как раз трогаться скоро начнём.
— Да можно конечно.
Я посмотрел на Мар.
— Да ничего, это я не должна была влетать, но больно уж испугалась за ребёнка, уж не знаю почему страшно вдруг стало.
Я вновь посмотрел на неё. Любопытство её сжирало изнутри, но она тактично не задавала вопрос.
— Да ну спрашивай, а то взорвёшься.
— А кто она.
— Моя девушка.
Да, я думал это максимально было любопытства в Мар, так нет, у неё такие бури в голове закружились с тысячью вопросами. Вот думал что лучше ответить на вопрос, сейчас я понял был не прав. Я сделал только хуже.