Дикий 2 (СИ)

Я показал ему своих двух недавно приобретённых дронов.
— Не так не пойдёт. Максимум триста тысяч штрафа получу. А твой комплект на миллион вытянет.
Ага торгуется, это хорошо.
— Ну не триста штрафа, а пятьсот. Да ещё лицензии лишишься.
— Лицензии я и так лишённый, просто на другого продавца переоформлю.
— Мне можно нерабочий, только комплект чтобы был.
— Так продаётся вторая часть твоего комплекта. Только из двадцати диагностов там дай бог двенадцать собрать можно. Малых и средних ремонтников разбитых тоже меньше половины. Целых распродали уже. Два оставшихся больших вообще ремонту не подлежат. Да и управляющая док станция хоть и цела, но искин запаролен.
— Сколько просят?
— Шестьсот.
— Давай триста твоих, двести я доплачиваю.
— Так сто не хватает.
— Ладно, сообщаешь где, делают контрафакт, а не имя водителя грузовика который их сюда везёт, я ещё полтинник добавляю.
— А где ещё пятьдесят тысяч брать?
— Ты чего? Сторгуешься конечно, товар месяц тут висит никому не нужный. Вот ещё контакт Гнома, он моими дронами торгует. У него дешевле моих брать, чем где то либо.
Оказалось, дронов под моих штампуют в Центральном посёлке. Придётся повоевать.
Док станция. Которую доставили ко мне на стоянку была разбита полностью, похоже торгаш её за триста и купил. Я думал она как стандартный контейнер будет, она была и была им когда то. Целые дроны компактно складывались, и умещались в объём большого контейнера. Сейчас же мешанина из манипуляторов и тел дронов вываливалось сквозь пробоины и измятости корпуса-контейнера. Что выходило за габарит. Это при том что тут треть только от стандартной численности. Получается мне три места нужно на грузовике. Быстро связался с водителями грузовика. Места не было. Вылет завтра. Отправил диспетчеру плату за суточную стоянку пяти мест вокруг моего бота. И начал выгребать хлам, чтобы выровнять и заварить пробоины док станции. Вроде сложено в одном объёме, при вытаскивании тела дронов заняли всё свободное место. Я отрихтовал и заварил дыры. С помощью больших дронов это было легко. Всё теперь только разместить всё покомпактнее. Мелких дронов я запихал в трюм, заполнив ими пространство полностью. Остальное закинул в док станцию. А в конце завел Больших дронов. Осталось малость, мои рабочие дроны, которые всё таскали, а им места не было. Пришлось размещать их в коридорчике, и пока в кают компании. Как загрузимся, перейдут в коридорчик.
Ну всё. Можно и спать.
Утром, сразу после зарядки появилось семейство Мар. Муж в кресле-кровати на гравиплитах. И дочь которая вихрем облазила все закоулки.
Я перепроверил запас регенератора и воздуха. На всякий случай, народу то вон сколько. Но было всего с запасом, можно было ещё десять человек с собой брать на месяц. Всё через час вылет. Набрал диспетчера.
— Давай доставку оформи два стандартных контейнера, до грузовика. Третий тебе в подарок остаётся.
— Ладно, давай ещё спишемся. Погрузчик через полчаса прибудет будь готов.
— Хорошо.
Минут пятнадцать можно подышать. И походить. А то за две недели в тесноте наверно с ума сойду. Вдруг вызов.
— Командир, ты не улетел ещё?
— Нет, а вы почему здесь, вы же улететь должны были ночью.
— Вчера отметили немного, проспали.
— Сколько вас.
— Трое.
— Бегом, сюда.
Я назвал сектор и номер стоянки.
— Через двадцать минут будем, умоемся только.
— Через пятнадцать минут отлёт, пулей летите.
— Принял.
Я проверил, сколько контактов в сети, да только трое и Мар. Остальные неактивны что то я не проследил на радостях. А ведь у Лер дела в мастерской неплохо идут, раз в разных уголках известна продукция.
Да думал я что тесно будет, а тут вообще как селёдка в бочке, ничего в кают компании поспят.
Неожиданно пришёл ответ от остроухой.
— Прости.
Этот ответ меня почему то успокоил, наверно потому, что был в её стиле. Да и ясно понял что она не извиняется, а на автомате написала. У неё же это слово паразит. Сколько раз она мне его говорила по поводу и без. А вот именно это прости скорее обвинительное, как будто я что то натворил.
 
Нас шатнуло, это подхватил бот погрузчик. Я взял дочь Мар и пошёл в кабину. Отсюда хоть видно куда нас везут.
  
Глава 11
 
Нас провезли вдоль борта огромной станции, вывезли на рейд где стоят грузовики. Мелкая копия Мар сидела с открытым ртом, и завороженно смотрела как мы движемся. Вон светящиеся точки грузовиков, буквально за полминуты они разрослись до гигантской рыбин обвешанных контейнерами. Интересно чего так много прут в систему, хотя наверно это транзитный груз. Я ещё не видел чтобы грузовик зашёл в систему и разделся до скелета. Нет они только часть контейнеров скидывают, часть загружают. Нас плавно подвели и подвесили на подвеску. Но если прошлые раз меня в четвёртый ряд запихали, то сейчас нас подвесили первым рядом. Раньше обзора не было никакого, то теперь часть пространства было видно через лобовое стекло, ограничивалось впереди стоящим контейнером. И через боковую форточку видно было без ограничения. Обзор ничем не закрывался. Мелкая сразу прильнула к форточке.
Я учёный прошлым разом сразу связался с пилотами грузовика. Но не через рацию, разговор могут записать, и оштрафовать пилотов… Ведь перевозить людей на подвески груза не совсем законно. Поэтому связался через коммуникатор.
— Привет ребята, мы на месте, вылет скоро?
— Через час.
— Просьба большая, перед прыжком по рации сообщать.
— Без проблем.
— Спасибо.
Спасибо сказать никогда язык не отвалится.
Только что вот делать тут целый час, нужно пойти разместить всех, да ценные указания раздать.
— Ну что мелкая, насмотрелась? К матери пойдём?
— А можно ещё чуть посмотреть?
Да хотя какая разница где торчать, за две недели тут наговоришься, находишься, да и разругаться успеешь.
— Ладно смотри.
Одну мелкую в кабине никак нельзя оставлять, это катастрофа будет, значит с ней побуду. Только мне чем заняться? Как свободное время, так мысли об одном, точнее об одной. Что то всё больше и больше кажется что Остроухая «Прости» написала в обвинительном тоне. Как я определил по одному слову? Не знаю, знаю лишь одно что женский пол всегда иносказательно говорит. Простой пример «пойду пивка попью» «иди». Вот это «Иди» никак не обозначает что можно взять и уйти, как минимум нужно обнять, и в шею поцеловать. А как максимум нужно тяжёлую артиллерию привлекать, это сказать «М-м какой сегодня борщ вкусный сварила». И когда получишь «да вали уже». Вот тогда смело идти можно. Так и у меня что-то «Прости» не только прости значит. А сейчас узнаем, сеть то ещё ловит. Набрал Остроухой сообщение.
— Ладно, каюсь виноват, но пока не знаю в чём.
Ну минимум минут пятнадцать, пока дойдёт. Потом минут пять закипать будет, пока решит высказать всё. Значит ответ через минут двадцать ждать нужно.
Тут прорвало Мелкую, и так долго сидела молча.
— А что такое движется?
— Это погрузчик контейнер везёт.
— А почему он светится?
— Солнце от него как от зеркала отражается.
— А куда он движется.
В общем вечные детские почему. Детей понять можно они мир познают. Отвечать на вопросы надоедает всем взрослым, кому раньше кому позже. Меня хватило на пятнадцать минут подробных ответов.
— А эти куда летят?
Я начал отвечать односложно.
— По делам.
— А те?
— Тоже по делам.
— А дела у них какие?
— У каждого свои.
— А те тоже по делам летят?
— Да.
Ровно через двадцать минут пришёл видеовызов, ого видно чем то сильно задел, иначе просто написала бы.
 
— Так Мелкая сиди тихо, мне поговорить нужно.
Я принял вызов, набрав воздух в легкие сказать приветствие и пару комплиментов. Передо мной появилась голограмма Остроухой, Она была немного бледной, сидела на кровати закутанная в одеяло, лицо было по прежнему очень красиво, но болезненно одутловатое. И я вместо приветствий и комплиментов выдал.