Бастард рода Неллеров. Книга 9 (СИ)
На крыльце нам навстречу попалось четверо молодых и однозначно небогатых дворян, хотя оружие, заметно, очень неплохое. Почему-то сразу подумал, что просто так мимо не пройдут. И точно.
— Благородные, позвольте спросить вас, вы за короля или принца? — спросил высоким голосом самый юный из них.
Они все ненамного меня старше, двадцати ещё нет. Трое выглядят вполне похожими на умелых фехтовальщиков, а вот четвёртый какой-то увалень. Тоже что ли любитель дуэлей или одарённый? После заданного вопроса четвёрка положила руки на рукояти своих мечей. Тоже мне, благородные гопники. А что, так можно было? Пьяны? Нет, разве что совсем чуть-чуть.
Василий Иванович, а ты за кого, за коммунистов аль за большевиков? Я? Я за интернационал! Господи, сто лет уж прошло, как я Чапаева смотрел, в детстве, а тут вдруг вспомнилось. Так, главное, не рассмеяться.
— Мы за принцессу Хельгу. — отвечаю со всей серьёзностью.
Ого. Оказывается, они не просто повод для дуэли искали, а в самом деле готовы сражаться за свою позицию с политическими оппонентами. Вон как растерялись и переглядываются. И руки от оружия убрали.
— А, а разве принцесса, она что, тоже претендует на…
— Извините, друзья. — развожу руками. — Вы спросили, я ответил. Сказать больше не имею права. Ну, вы же понимаете. — улыбаюсь.
— Понимаем, — ответил пухлый и первым сместился в сторону.
Следом за ним, кивнув головами, нам освободили путь и остальные трое. Когда мы поднимались на крыльцо, услышал за спиной оживлённое обсуждение дворянами полученной информации. Как бы я так вот в шутку ещё больше не накалил обстановку в королевстве.
Глава 10
В трактире, куда мы зашли втроём — я, Карл и Эрик — было шумно, а причиной тому представление, которое артисты показывали на расчищенной справа у стойки импровизированной сцене. Народу, не сказать, чтобы битком, свободные лавки имелись, но под сотню зрителей актёры тут получили, причём весьма активных и заинтересованных. Мужчины, женщины и даже несколько детей, все с удовольствием совмещали обед со зрелищем.
Вот это ничего себе! Нет, театральное искусство в новом моём мире вполне распространено, но местом его демонстрации являлись площади в городах или поселениях и загородные ярмарки. Такого, чтобы в кабаках вместо музыкантов, увидел сейчас впервые. Может где-то и театры имеются? К примеру в Союзе Одиннадцати Царств или ещё где-то подальше, к примеру на других континентах? Ну, не знаю. Читать или слышать о таком не приходилось, так я и о трактирных зрелищах ещё не знал.
— Этот табурет брат оставил мне! — важно говорил, повернувшись лицом к зрителям полный мужчина сидевшему с обручем на голове юноше. — Освободи! — артистов вижу пятерых, трёх мужского пола и двух женского, но в сценке пока задействованы двое, остальные трое с улыбками стоят у стены.
Народ засмеялся и застучал, кто ладонями, кто кружками по столам. Ого, да тут, кажется я догадываюсь, политическая сатира разыгрывается? Этот толстяк — принц Филипп, а парень с обручем на табурете — королёк Эдгар. Так ведь? Ведь так? Ох, и куда тайный сыск смотрит, или тут придраться не к чему? Формально, слышу, дядя с племянником не могут поделить мельницу. Да, не трон же Кранца, в самом-то деле.
Раз такое искусство имеется, не замахнуться ли мне на Вильяма, так сказать, нашего Шекспира? А что, моим новым землякам наверняка зайдёт его творчество, там всё доступно и просто, хорошие — это хорошие во всём, плохие — это плохие всегда. Никаких полутонов и сложных характеров, а вот сюжеты великолепные.
Да, когда-нибудь постараюсь познакомить паргейцев с этим великим драматургом. Когда время будет. Заработать-то на пьесах не получится, всё же доходы такие вот представления практически не генерируют. Артисты здесь вечно полуголодные, часто промышляют не только представлениями, а и воровством. Случалось у нас в Неллере, помню из памяти Степа.
— Господа, проходите, места есть. — негромко сказал Карлу трактирщик, худенький, невысокий дяденьга, больше похожий на рассыльного, чем на владельца кабака. — Вон пол стола свободные, — показал рукой. — И вон места. Чего желаете? Плотно пообедать или просто попить вина и эля?
Ответил Эрик:
— И пообедать, и попить, и решить вопрос с комнатой на пару дней. Не нам, друзья приезжают.
— Комнаты есть, — обрадовался кабатчик. — Есть комнаты. Вам какую?
— А пойдём, посмотрим. — предложил мой лейтенант.
Пока мы с Карлом заняли места за столом почти у самой стены и сделали заказ, Эрик сходил с пожилой служанкой наверх и вскоре вернулся. Нашёл то, что мне нужно. Небольшой номер с двумя топчанами и, главное с коном, выходящим точно на особняк виконта Оланского. Собственно, больше нам в трактире пока делать было нечего, но, раз уж пришли, то посидели немного и посмотрели сценки, разыгрываемые здешними служителями Мельпомены. Да, точно разыгрывается политическая сатира. Легко узнаются и король с принцем, и королевы Матильда с Люсиндой. Хельгу мою только не затронули почему-то. Видимо, нравится, не хотят высмеивать. Ох, ты ж, чёрт, уже моя? А хотя чего это я? Да, моя подруга. Ну, раз сама принцесса так считает.
— Три драхмы взял. — докладывает лейтенант Ромм, присоединяясь к трапезе. — Хотел больше, да пришлось пригрозить ему морду набить. Наглеют кабатчики. Помните того, возле Олска?
— Ага, совсем у людей совести нет. — соглашаюсь. — Одни только золото и сахар в глазах. Нет чтобы со всей душой. Козлы. И не «помните», а «помнишь». Эрик, ну сколько можно? — требую от разведчика в своей компании общаться на ты.
— Как прикажешь. — кивнул он и выразительно посмотрел на мою кружку с элем.
Едим мы из одной здоровенной сковороды, наполненной тремя жаренными видами мяса — курица, свинина и баранина — с овощами, в основном батат. А вот питьё у каждого индивидуальное, и опять моё никто не попробовал, Юльки-то, в чью обязанность это входит, с нами нет. Да, так уж получается, что невозможно всю жизнь непрерывно ходить и оглядываться. Стоило первому испугу после попытки отравления пройти, как начались послабления. Что ж, это жизнь.
Впрочем, считаю такое положение дел вполне оправданным. Слежки за мной ни Эрик с его людьми, ни мои новые разведчики в лице Фрица с Тимохой и их шайкой не обнаружили. Стопроцентной гарантии конечно они дать не могут, не Госстрах, но шансы, что кто-то вдруг в этом трактире мне что-нибудь подольёт или подсыплет, считаю нулевыми. И вообще, порой опасен не сам риск, а неадекватная реакция на него.
— Как видишь, эль хоть и дерьмо, но с половины кружки мне не поплохело. — успокаиваю соратников.
Хотел было сам лично подняться на третий этаж в снятый номер, да подумал, что ни к чему. Особняк виконта я и с крыльца трактира оценил. Бросил пару раз незаметных взглядов. Дом как дом. Покрупнее моего и каменная ограда повыше, а так-то ничего особенного. Не исключаю, что там имеются подземелья посерьёзней, чем мои подвалы, но не будет же руководитель организации наёмных убийц там жить? Это уже надо быть параноиком. Вроде, наблюдатели каких-то странностей в поведении Сергия Оланского не увидели.
Понятно, долго засиживаться в трактире не стали, дела не ждут. Моим спутникам театральное представление очень понравилось. В отличие от меня. Презрительно насмехаться над местной драматургией и её реализацией я не стал, но и восторгаться, даже на вид, посчитал лишним.
— В зале кроме нас восемь благородных присутствовали, — сказал милорд Монский на обратном пути. — Заметил, Степ, что они шутки над Эдгаром лучше воспринимали, чем над принцем Филиппом.
— Как по мне, так они вместе с простонародьем надо всеми хохотали, и над королевами в том числе. — я действительно особой разницы не заметил. — Пришли веселиться и просто получали удовольствие.
Свернули возле Любкиного парка и сразу же наткнулись на выпрашивающего милостыню однорукого мальчишку. Конечно же Фриц тут не просто так среди пустых рассохшихся бочек сидел, принёс мне очередные сведения, на этот раз текущую информацию о событиях вокруг дома моего врага. Лейтенант Ромм хотел пару своих парней направить наблюдателями, да я рассудил, что это рискованно. Глава тайной организации не может быть беспечным, наверняка у него есть люди, которые следят за обстановкой. Могли заметить наших парней. А мальчишки-голодранцы — лишь часть городского пейзажа. Кто на них внимание обращает?