Фиктивный жених

‒ А если они захотят убедиться, что мы действительно пара? Вручишь им свечку и пригласишь на ночь? ‒ спросил он с явным сарказмом.
‒ Не преувеличивай, ‒ отмахнулась я. ‒ Все, в ванную не заходить.
Это было странно ‒ собираться вместе в ЗАГС вот так. Обувались в прихожей, а я ненароком смотрела в зеркало. Мы и правда выглядели колоритно. Ках в черной рубашке с закатанными рукавами и темных брюках и я.
  
Выпускное платье нежного голубого цвета, голубые открытые босоножки. Я улыбнулась отражению, и Игнат это заметил, но ничего не сказал. Он вообще был мрачен и молчал всю дорогу до ЗАГСа.
Старалась не трогать его лишний раз, чтобы не сорвался. Пока ехали, сама оплатила госпошлину через онлайн-банк, но во дворец бракосочетаний мы должны были прийти вместе.
Машина остановилась на длинной парковке перед ЗАГСом.
‒ Ты готов? ‒ спросила я и накрыла его руку своей.
Но Игнат скинул мою ладонь и первым вышел из авто.
Это задело. Стало обидно, но чего я ждала? Я принудила Каха помогать мне, потребовала безумств, и это он еще не видел весь мой план. Иначе бы точно сдал меня на руки Егору.
Забрав сумку, я вышла из машины и поравнялась с парнем. Вина в очередной раз уколола сердце. Мне стало стыдно.
‒ Если ты не хочешь мне помогать... Если тебе сложно... ‒ начала было я под его пристальным взглядом.
Голос дрожал. Только бы не расплакаться. Приходилось держать глаза широко распахнутыми. Они зудели от непролитых слез.
Удивив, Игнат мягко скользнул ладонью по моей руке и переплел наши пальцы. Сжал крепко, но не больно. Мое сердце стучало у самого горла. Контраст в его поведении был таким, как если бы меня только что кипятком ошпарили.
‒ Извини, не выспался, ‒ прокомментировал он свою резкость и тут же ответил на мой немой вопрос: ‒ Будет странно, если мы зайдем сюда как чужие.
Стыд увеличился вдвойне. Это я разбудила его посреди ночи, а потом еще и заставила себя утешать. Чтобы дать понять, что не в обиде, я улыбнулась, но на самом деле ощущала смятение.
Тот факт, что мы держались за руки посреди людной улицы, будоражил. Само прикосновение кожа к коже вызывало необъяснимое томление в груди.
‒ Нам нужна ближайшая свободная дата, ‒ напомнила я неожиданно хрипло.
Чувствовала себя растерянной все то время, пока мы поднимались по широким каменным ступенькам, занимали очередь и сидели в коридоре. Игнат незаметно поглаживал мои пальцы, отчего меня то и дело охватывало волнение. На коже появлялись предательницы-мурашки. Кажется, он делал это неосознанно, потому что его взгляд блуждал по рекламным буклетам и лишь изредка останавливался на мне.
В такие моменты меня пронзало вспышками жара.
Так и хотелось спросить: «Почему ты мне помогаешь?» Но я боялась, что, не найдя ответа на этот вопрос, Ках просто передумает. Я бы на его месте ни за что не согласилась бы на подобную авантюру.
Когда подошла наша очередь, уверенность во мне снова дрогнула. Зато Игнат был серьезен и напорист. Именно он завел меня в кабинет и подал наши паспорта. Там мы узнали, что ближайшая свободная дата для торжественного бракосочетания через полтора месяца, а для простой регистрации через месяц.
Оба варианта нам не подходили. Все знали, что заявление подается минимум за месяц до даты свадьбы. У нас этот срок уже должен был истекать, чтобы мой план сработал как надо.
‒ Можем просто расписаться, ‒ предложил Игнат.
Бросив на него быстрый взгляд, я на миг посмотрела ему за спину. На стене висела памятка для беременных при подаче заявления, и меня осенило. Вот оно!
‒ Извините, но мы не можем ждать так долго. Я беременна, ‒ произнесла я стыдливо и выпятила живот.
Приспустив очки на нос, сотрудница ЗАГСа с любопытством взглянула на мой живот. Выпятить его еще сильнее не получалось, но на слово нам никто верить и не собирался. Для подачи заявления требовалась справка от гинеколога.
‒ Если принесете справку, расписать сможем прямо завтра, ‒ заявила женщина, пролистав записи в толстой белой книге. ‒ А если свадьбу хотите, свободно место на третье июля. Пока. Этим утром одна пара отказалась.
‒ Нам свадьбу! ‒ выпалила я, обрадовавшись. ‒ Никому это место не отдавайте. Мы за справкой и обратно!
Игнат незаметно сжал мою руку, но я лишь улыбнулась ему. Дата свадьбы через шесть дней меня полностью устраивала. Оставалось дело за малым: получить справку и подать заявление.
Следовало поторопиться. Сотрудница ЗАГСа не могла записать это место за нами, и я практически тащила Игната на улицу, а затем к машине. Подгоняла его, потому что времени оставалось все меньше.
Гинеколог, у которого я наблюдалась с тринадцати лет, принимала до двенадцати и только по будням. Я надеялась, что она не откажет. Хотелось покончить с этим вопросом сегодня. Но Ках, как назло, медлил и не заводил своего скакуна.
‒ Поля, ты беременна? ‒ спросил Игнат глухо.
Он выглядел растерянным и в то же время злым. Скулы заострились, а синие глаза источали гнев.
‒ Что? ‒ опешила я и возмутилась: ‒ Ты чего там себе надумал?
‒ Но ты сказала... ‒ возразил он, крепко сжимая руль.
‒ Конечно, сказала, ‒ хмыкнула я весело. ‒ Ты разве не понял? Так нам дадут ближайшую дату.
Кажется, Ках с облегчением выдохнул. Но все еще не улыбался и выглядел сердитым.
‒ Тогда как ты собираешься достать справку? ‒ не понял он.
‒ Оставь это дело мне, ‒ улыбнулась я загадочно и достала из сумки телефон.
Мобильник вибрировал от звонка. Это был Егор. Неужели вспомнил о существовании сестры?
‒ Ты где? ‒ спросил он, не здороваясь, стоило мне ответить.
‒ У одноклассницы. У которой ночевала. У нас второй день праздника, я же говорила, ‒ соврала я, точно зная, что он не уличит в обмане.
Егор вообще редко меня слушал и все чаще витал в облаках. Однажды на вопрос «Ты дурак?» он ответил «Да, конечно» и продолжил с кем-то переписываться. С кем-то из своих многочисленных пассий, которые частенько из-за него драли друг другу волосы.
‒ Могла бы и позвонить, ‒ выдохнул брат раздраженно.
Я усмехнулась. Будто он волновался.
Звонок резко оборвался. Вот так всегда: ни здравствуй, дорогая сестра, ни прощай.
Глава 4. Справка 
– Почему ты соврала ему? – спросил Игнат глухо.
Он и сам не хотел, чтобы Егор узнал, у кого на самом деле ночевала Полина. Но мысль о вранье лучшему другу раздражала. Они дружили с раннего детства и никогда ничего друг от друга не скрывали.
Почти. В сексуальные фантазии о Мультяшке он Егора никогда не посвящал. Знал, что друг не оценит и на этом их дружба закончится.
– Меньше знает, крепче спит, – парировала Поля и закинула мобильник обратно в сумку. – Нам на Димитрова.
– Подожди.
Игнат крепче сжал руль, собираясь с мыслями. Новость о том, что Мультяшка, возможно, беременна от бросившего ее придурка, на какое-то время парализовала.
Он не думал, что Поля умеет врать. Тем более так правдоподобно. В висках назойливо застучало. Он поверил ее словам. Идиота, сделавшего с ней это, мгновенно захотелось разобрать на запчасти.
– Чего ждать? – искренне удивилась она. – Кабинет закроется через сорок минут, а там всегда очереди. Или... Не говори мне, что ты передумал.
– Не передумал. Но не понимаю, зачем так заморачиваться? – Ках покачал головой. – Пойдем попросим бланки, заполним их для росписи на ближайшую дату, сфотаем, а в фотошопе проставишь что хочешь.
Незаметно сжав пальцы в кулаки, Полина медленно закипала. Не от злости. От нахлынувшего отчаяния. Она всегда болезненно воспринимала, когда что-то шло вразрез с ее планами.
  
– Ты и правда не понимаешь, – вспыхнула она. – Все должно быть максимально реалистично. Чтобы не подкопаться.
– Никто не станет проверять.
– Это ты так думаешь!
Ее глаза увлажнились, а Игнат почувствовал себя мудаком. Никогда не умел утешать. Чужие слезы ставили его в ступор.