Драгоценный враг (СИ)

Она отвечает не сразу. Вместо этого ее взгляд падает на колени, когда выдергивает нитку со своего пледа.
— Твой отец слишком горд, чтобы бежать из города, поджав хвост, — говорит мама. — Кроме того, общественный защитник сказал, что бегство только заставит выглядеть его виноватым. И мы обе знаем, что твой отец невиновен так же, как и в день своего рождения. Он и мухи не обидит.
— Да, но вам не кажется, что вы прожили двадцать лет в этой разрывающей душу тени?
Повернувшись ко мне, ее глаза освещает искра ясности.
— Нет. Это наш дом. Мы выросли здесь, твой дедушка вырос здесь. Мы хотели здесь вырастить наших детей, что мы и сделали. Мы не живем ни в чьей тени.
Я не поднимаю тему о моей тете. Произнести ее имя — верный способ довести маму до слёз, а она и так уже достаточно взволнованна.
— Мама, ты уже приняла свои ночные таблетки? — я меняю тему.
— Ещё нет.
Я вскакиваю и иду на кухню, доставая из органайзера пять таблеток и наливаю стакан воды из-под крана. Через минуту помогаю маме лечь в постель.
— Спокойной ночи, мама.
Я целую ее лоб и накрываю одеялом. Ее кожа прохладная под моими губами, и она вздрагивает.
— Отдохни, хорошо? У нас большие планы на субботу.
Она умудряется улыбнуться, прежде чем обхватить своей рукой мою щеку.
— Ни за что на свете не пропущу, милая.
Мама выходит из дома раз, может два в месяц. Это всегда утомительно, но стоит того, когда на ее лице расцветает улыбка. Даже если всего на несколько часов мы притворяемся, что мы обычная семья, занимающаяся тем, что для большинства семей было само собой разумеющимся.
Я закрываю за собой дверь ее комнаты и иду к себе, проверяя телефон, пока бреду по душному коридору.
Прошло четыре дня, с тех пор когда со мной связался Август. Он с таким упорством выходил на связь, а затем…от него остался только звук сверчков.
Может быть, для него это просто игра.
Некоторым парням нравится морочить людям голову.
Или может быть, он понял, что я не стану легкой добычей, и нашёл кого-то другого, за кем можно приударить.
Час спустя я все ещё не сплю, мокрая от тонкого слоя пота, и пялюсь в потолок. Белоснежная улыбка Винсента Монро застряла в голове вместе со знакомыми пронзительными серыми глазами. И то, как мама отреагировала на него — с сильной и опасной тревогой. Это лишь вызывает больше вопросов, вопросов, которые я не могла ей задать, не усугубив ее состояние.
Подобно ребёнку, которого они потеряли много лет назад, я не могу не задаться вопросом, о чем ещё они предпочли не рассказывать мне за эти годы. Что ещё было замазано и переписано ради того, чтобы оставить болезненное прошлое под толщей земли?
Когда я сажусь прямо, меня осеняет…в гостиной есть альбом.
Мама называет его memento mori — напоминанием о смерти и гибели. Своего рода храм моей тёти Синтии. Хотя она всегда просила меня не трогать его. Но это было тогда, когда я была слишком маленькой, чтобы понять.
Прокравшись на цыпочках в гостиную, достаю из шкафа, на котором стоит телевизор, выцветший альбом персикового цвета и включаю лампу возле тумбочки.
Я могу сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз родители при мне обсуждали смерть Синтии. Сначала это было потому, что я была слишком маленькой, чтобы понять. Позже, потому что было слишком больно открывать кровоточащие воспоминания. Я никогда не выпытывала. Ни разу не почувствовала необходимости копать. Я знала то, что мне нужно было знать — Винсент Монро убил мою тетю и местные власти помогли ему скрыть это, потому что его папа заплатил им.
Я не виню своих родителей за то, что подобных разговоров не было. Они уже однажды это прожили. Им не нужно проходить это снова ради меня. Но у меня есть пробелы. За всю свою жизнь я никогда не видела полной картины.
Устраиваясь на диване, открываю альбом и меня сразу же встречает милый, нежный портрет тети Синтии из школьного альбома. Он выцвел, и цвета немного не те, словно кто-то наложил на него фильтр «Инстаграма», хотя это ни что иное, как прошедшие года.
 
Я смотрю на черты ее лица, запоминаю их и пытаюсь понять, действительно ли мы похожи. Я уже видела эту фотографию в доме моих бабушки и дедушки. Папа говорит, что я вылитая она. Хотя я всегда была похожа на сторону Роуз. Мы обе унаследовали одинаковые светлые волнистые волосы. Такие же глубоко посаженные глаза цвета океана. Тот же острый подбородок и вздернутый нос.
Хотела бы я встретиться с ней.
Мама говорила, что у тети Синтии был такой характер, который чувствовался прежде, чем она заходила в комнату. И самый заразительный смех, который надрывал животы. И длинные ноги. Она говорила, что все мальчики хотели встречаться с Синтией, но ее сердце принадлежало только Винсенту, лучшему другу ее брата.
Вздыхая, я переворачиваю страницу, чтобы встретить вырезку из некролога, напечатанного в газете.
СИНТИЯ ГЛЭДИС РОУЗ. 17 ЛЕТ.
Синтия Глэдис Роуз неожиданно скончалась восемнадцатого октября в четверг. Синтия, ученица средней школы Кларка, преуспела в драматическом искусстве, особенно увлекаясь театром и дискуссионным клубом. В качестве досуга она любила проводить лето в коттедже бабушки и дедушки в Вермонте и каждый год отправляться в семейные походы по бесплодным землям Южной Дакоты. Синтия недавно посетила Государственный Университет Грейт Вестерна, в будущем планируя поступить к ним на подготовительную программу.
Она покинула своих родителей — Конрада и Лорелай, своего брата Рича. Своих бабушку и дедушку по материнской линии. Пятнадцать двоюродных братьев и сестёр, множество близких друзей и своего любимца — собаку-спасателя по кличке Винни, который был помесью терьера.
На глаза наворачиваются слёзы, которые я смахиваю сразу же, как только они скатываются по щекам.
Моя бедная милая тетя. Несправедливо то, что она не смогла прожить достаточно долго, чтобы увидеть взрослую жизнь. Или то, что вся ее жизнь заняла лишь два абзаца.
Мое сердце сжимается и болит за родителей, за бабушку и дедушку, за Синтию.
Глубоко вздохнув, я перелистываю альбом и на следующей странице находится очередная вырезка из газеты. Краткая и неясная.
Тело местной жительницы было обнаружено поздним субботним вечером в «Карьере Монро». Полиция установила, что причиной ее смерти стало удушение. Ведётся следствие, официально данные подозреваемых не раскрываются.
Следующая статья скомканная и местами заляпанная. Может быть слезами?
Полиция опознала жертву убийства, которое произошло на прошлой неделе, ей стала семнадцатилетняя Синтия Роуз, ученица местной школы Кларк. Коронер округа подтвердил, что причиной ее смерти стало удушение. Начальник полиции Род Холбах заявил: «За последнюю неделю мы значительно сократили список подозреваемых, и я уверен, что убийца Синтии скоро предстанет перед судом».
У меня сжимается желудок, когда я добираюсь до четвёртой страницы альбома, на котором изображена фотография моего отца вместе с заголовком: МЕСТНЫЙ МУЖЧИНА АРЕСТОВАН ЗА УБИЙСТВО ПОДРОСТКА ИЗ МЕРЕДИТ ХИЛЛС.
Полиция Мередит Хиллс произвела арест по делу об убийстве семнадцатилетней Синтии Роуз. После тщательного расследования они установили, что г-жу Роуз заманил в каменоломню ее старший брат Рич, где последовала ссора с применением насилия, после чего она была задушена. Свидетель подтвердил — эти двое не разговаривали друг с другом и спорили о владении личным имуществом. Многочисленные очевидцы также подтвердили, что в ночь убийства Рич Роуз употреблял запрещённые вещества на местной вечеринке. На кадрах, снятых камерами видеонаблюдения «Карьера Монро», на месте преступления замечен сине-белый пикап марки «Форд» 1976 года выпуска, принадлежащий Ричу Роузу.
За все эти года родители ни разу не сказали мне, что папу действительно арестовывали за убийство Синтии…
Зная отца и то, какой он человек, а я не сомневаюсь, насколько сильно он любил свою младшую сестрёнку, он никак не мог совершить что-то подобное.