Вместе сильнее. Компиляция (СИ)
— И насколько я понимаю, дедушка Тимоти и бабушка Тиффани ничего об этом не знали?
— Верно… Моя семья не знала, что я каждый вечер подрабатываю танцовщицей в клубе. Они думали, что я работаю в приличном месте и зарабатываю хорошие деньги себе на учебу в университете.
— Они позволили вам работать ночью?
— Да, я сказала им, что нашла работу, где надо работать в ночное время. Но не сказала, какую именно… Да, они задавали мне очень много вопросов. Но видя, сколько денег я приносила домой после каждого рабочего дня, они как-то забывали об этом. Так что очень скоро мать и отец перестали возражать против работы в ночное время. Хотя и переживали, что я могу очень сильно уставать. Ведь днем я ходила на учебу, а вечером отправлялась на работу.
— Неужели вас никто не узнавал?
— Мне повезло, что меня и правда никто и не узнавал в тех костюмах, которые я носила.
— Ясно…
— Я тратила свою зарплату не только на оплату обучения, но еще и на покупку одежды, в которой танцевала в том клубе. Также у меня были разные маски, парики и какие-то аксессуары.
— Вот как.
— И скажу тебе по секрету, все эти вещи до сих пор есть у меня дома.
— У вас дома? — слегка хмурится Ракель.
— В том чулане, куда ты однажды зашла без моего ведома.
— Ах, вот оно что… Вы боялись, что я найду эти костюмы и подумаю что-то нехорошее?
— Верно.
— А почему вы до сих пор от них не избавились?
— Я уже давно хочу, но у меня нет времени навести порядок в чулане. Хотя там много чего надо выбросить. Много того, чем я уже никогда не пользуюсь. Все то, что напоминает мне о том периоде жизни, который я хочу забыть.
— Значит, в том чулане есть еще что-то, что связано с вашей профессией?
— Да, некоторые подарки Гильберта.
— Подарки Гильберта?
— Ювелирные украшения, духи, привезенные из многих стран, брендовая одежда и еще много чего…
— Надо же…
— Однажды я уже выбросила часть из них, а остальное сохранила на случай, если мне будут нужны деньги. Он был щедрым человеком и не скупался на подарки. Продав многие его украшения, я могла получить за них большие деньги.
— И вы до сих пор ничего не продали?
— Нет. Те вещи до сих пор лежат в больших коробках мертвым грузом.
— Теперь я понимаю, почему вы так разозлись. Почему все это время запирали ту комнату.
— Я каждый год обещаю себе навести там порядок, но до сих пор не добралась до чулана. Хотя мне давно пора избавиться ото всех тех вещей. Либо выбросить, либо отдать, либо продать и отложить вырученные деньги.
— Я вас поняла.
В воздухе на пару секунд воцаряется пауза.
— А правда, что вас знали под псевдонимом Шерил? — интересуется Ракель.
— Правда, — уверенно кивает Алисия. — Этот псевдоним придумал для меня владелец клуба. А я подумала, что он звучит красиво, и согласилась взять его. Тем более, что я сразу решила работать не под своим настоящим именем, а под псевдонимом.
— Ясно…
— Так что… В университете я была для всех скромной девушкой по имени Алисия Томпсон, которая хоть и не была зубрилкой, но вела себя очень скромно и хорошо училась. А вечером превращалась в роковую девушку по имени Шерил. Меня называли стройной куколкой Шерил.
— Почему?
— Потому что я всегда была очень худой. Вот за мной и закрепилось это прозвище.
— А разве вы ни разу не думали о том, что совершайте ошибку? — удивляется Ракель. — Разве у вас было мужество совершенно спокойно танцевать перед чужими мужчинами практически полуголой и брать деньги за то, что они на вас смотрят?
— Увы, девочка… — Алисия замолкает на пару секунд и шмыгает носом. — Тогда я была молодой и глупой и не знала, что это плохо. Да я и не думала о стыде. Как ты уже, наверняка, поняла, услышав, как я сбежала после того, как сбила подругу Элеанор.
— Неужели вы делали это лишь ради учебы в университете? — недоумевает Ракель.
— Не только. Я также хотела помочь своей семье, которой часто не хватало денег. К тому же, моя младшая сестра, которой тогда только исполнилось восемнадцать, должна была куда-то устраиваться после школы. Родители планировали, что она тоже должна была получить высшее образование. Но к сожалению, эти планы могли не сбыться, поскольку твой дедушка зарабатывал очень мало.
— Вы и вы решили рисковать своей репутацией?
— Да.
— Разве моя мама тоже ничего об этом не знала? Или же она была в курсе, но вы попросили ее ничего не говорить дедушке с бабушкой?
— Нет-нет, твоя мама ничего не знала про мою тайную работу. Я бы ни за что не рассказала ей ничего подобного! Потому что хотела оставаться для нее примером. Быть хорошей старшей сестрой. И делала все возможное, чтобы никто из знакомых Элизабет не узнал о том, что я работала танцовщицей и принимала деньги от состоятельных мужчин, с которыми даже могла вступить в… Интим …
— И неужели ни у кого не было никаких подозрений?
— К счастью, нет. Две мои стороны очень сильно отличались. Алисия и Шерил никак не были похожи друг на друга. Например, настоящая я никогда не делала себе слишком яркий макияж и не носила откровенную одежду. А фальшивая – наоборот.
— Это что-то вроде двойной жизни?
— Да… Я жила двойной жизнью ради того, чтобы раздобыть деньги на учебу и умудриться немного помочь родным. Вместо того чтобы найти какую-нибудь подработку в кафе или магазине, в котором мне вряд ли бы платили хорошие деньги. Именно большие деньги и заставляли меня продолжать заниматься этим ужасным делом.
— Ничего себе…
— Наверное, я бы так вела двойную жизнь: днем была бы скромницей для семьи, друзей и преподавателей в университете, но носила откровенные костюмы, едва прикрывающие некоторые места, и извивалась перед шестом, точно кошка, по вечерам и ночам. Однако в один прекрасный день все изменилось…
— Что именно?
— Дело в том, что… — Алисия замолкает на пару секунд, чтобы перевести дыхание. — Однажды в том клубе я познакомилась с Гильбертом, отцом Элеанор. Этот человек заприметил меня и стал очень часто наведываться в то заведение, чтобы немного расслабиться после работы, как он сказал. А я была обязана исполнить любой его каприз. И я делала это… Ради тех баснословных денег, которые он мне платил.
— Элеанор сказала, что на тот момент он еще был женат на ее матери.
— Да, верно. Правда, он говорил, что планировал развестись с ней, потому что устал жить под одной крышей с женщиной, которая совсем перестала его привлекать.
— И вы согласились стать его любовницей?
— Мы начали много общаться и вскоре подружились. К тому же, Гильберт предложил мне приезжать к нему домой, чтобы я ублажала его за деньги.
— Он приводил вас тайно?
— Да, Элеанор и ее мать не догадывались, что Гильберт изменял своей жене. А вот охранники, прислуга и другие люди, работающие в этом доме, все знали.
— Ясно…
— Ну а чуть позже мы стали любовниками. Правда, инициатива стать парой шла от него… А я его никогда не любила, хотя и не отказывалась от его ухаживаний и дорогих подарков. Которые, однако, практически никогда не использовала. Просто складывала их у себя в комнате.
— Это все из-за денег?
— Да. Он буквально был готов озолотить меня и покупал мне все, о чем я просила.
— И… Тот модный бизнес… Он…
— Все верно. Именно Гильберт был человеком, который открыл его для меня.
— Теперь ясно, как вы вообще смогли поработать в модной сфере.
— Это произошло после того как я просто сказала отцу Элеанор, что учусь на дизайнера и увлекаюсь модой. Спустя некоторое время он без моего ведома оформил все документы и набрал хороших сотрудников. Мне оставалось лишь начать контролировать процесс и воплощать свои идеи в реальность.
— И вы так легко приняли этот подарок?
— Я пыталась отказаться от него, но он настоял и буквально насильно всучил мне документы. — Алисия пожимает плечами. — Так что мне пришлось принять его. И в двадцать лет стать полноправной владелицей модного бизнеса, у которой не было никакого опыта в руководстве. Хотя с помощью Гильберта мне удалось разобраться во всем. Модный бизнес начал приносить хорошую прибыль, а мое имя стало известным некоторым людям.