Вместе сильнее. Компиляция (СИ)
— Прошу вас, не надо…
— Настоящая причина, по которой все это произошло, скрывается не в моем отказе платить ту баснословную сумму денег, которую ее отец в свое время одолжила семье Инес. Тот случай лишь помог Элеанор вновь ворваться в мою жизнь. Точнее, ей помогла информация от ее знакомого полицейского, который рассказал ей про тот случай и дал ей шанс на месть. Но она угрожала мне вовсе не из-за этого.
— Пожалуйста…
— Все было гораздо хуже… Все это время Элеанор преследовала меня по другой причине.
— Не надо об этом говорить. Прошу вас.
— Нет, солнце мое, ты должна знать всю правду, — качает головой Алисия. — Всю правду о том, что произошло, когда я была еще совсем молодой… Гораздо моложе, чем ты сейчас.
— Тетя…
— Мне… — Алисия издает тихий всхлип. — Безумно стыдно говорить об этом… Но… Ты должна узнать о том, что натворила твоя тетя… Узнать, за что она до сих пор расплачивается… Что до сих пор не дает ей покоя.
— Господи… — с мокрыми глазами качает головой Ракель. — Только не говорите мне, что все сказанной Элеанор – это правда…
— Значит, она уже все тебе рассказала?
— Да, она рассказала про своего отца. Но я не хочу в это верить.
— Послушай, Ракель…
— Это ведь ложь, верно? Элеанор просто была зла на вас и захотела оклеветать в моих глазах. Прямо как Терренс МакКлайф однажды унизил меня перед всем миром.
— Н-нет, д-дорогая… — дрожащим голосом с испугом в глазах произносит Алисия, пока по нее щеках начинают течь слезы, которые она практически не пытается сдержать. — Э-это все правда …
— Нет…
— Элеанор не лгала тебе, Ракель. Эта женщина сказала чистую правду.
— Ради бога, тетя, не говорите так… — с тихим всхлипом качает головой Ракель. — Я не хочу верить, что рассказы Элеанор о ваших грехах прошлого правдивы.
— Правдивы.
— Но ведь вы на это не способны!
— Не способна, но это случилось .
— Тетушка…
— И я хочу рассказать тебе, как умудрилась до такого докатиться… Прошло уже шестнадцать лет, но я до сих пор не могу забыть об этом… Не могу сделать вид, что ничего подобного в моей жизни не случалось.
Ракель ничего не говорит и нервно сглатывает, предполагая, что Алисия может признаться ей в том, что уже давным-давно знает благодаря записям в ее дневнике.
— Почему, тетя? — тихо недоумевает Ракель. — Почему вы мне сразу ничего не сказали? Почему скрыли то, что в молодости убили человека?
— Мне было стыдно , — издает тихий всхлип Алисия, с жалостью во взгляде смотря на Ракель. — Стыдно перед тобой… Я и так сгорала от стыда, когда рассказывала тебе о том, как сбила ту девочку. Но если бы ты знала про то убийство, то мне вообще захотелось бы повеситься.
— Но ведь вы этого не хотели!
— Да, но тем не менее! Я стала убийцей! Убийцей!
— Убийства не всегда случаются по желанию.
— Я не хотела, чтобы люди начали сторониться меня, узнав, что я – убийца.
— Но вы не могли скрывать это вечно.
— Знаю, но мне было стыдно .
— Тетушка…
— Клянусь, милая, я не хотела убивать того мужчину. — Алисия тихо шмыгает носом. — Это получилось совершенно случайно.
— Я бы никому не рассказала подобное, — уверяет Ракель. — Даже дедушке, если он не знал вашу тайну.
— Твой дедушка пока что ничего не знает. Он даже не подозревает о том, что мне пришлось пережить… Но если бы знал, то мог бы запросто запретить мне общаться с тобой. Общаться с той, что убила одного человека и едва не сбила другого на смерть.
— Он – человек умный. Дедушка понял бы, что вы этого не хотели. И уж точно не причинили бы мне вреда.
— Не знаю… Не могу быть в этом уверена.
— Честно говоря, я догадывалась , что тогда вы рассказали мне не всю историю… Рассказали только лишь малую ее часть. Я не верила, что все дело лишь в случае с той самой Инес.
— Да, верно… — Алисия шмыгает носом и на секунду прикрывает рот рукой. — Мне было страшно… Страшно признаваться в таком тяжком грехе. Я хотела всеми способами скрыть эту правду из страха, что от меня отвернутся все мои друзья и близкие.
— Но вы ведь должны были понимать, что рано или поздно все раскроется, — отмечает Ракель.
— Я понимала … Но все равно хотела все скрыть.
— Поэтому вы так и не хотели, чтобы я решала ваши проблемы? Вы боялись, что я обо всем узнаю?
— Не только поэтому. Мне вообще не хотелось заставлять тебя решать мои проблемы.
— Тетя Алисия…
— Ты и так была вся на нервах из-за ситуации с тем типом. А тут я еще заставила бы тебя помогать мне бороться с Элеанор.
— Сейчас я понимаю, что мои проблемы – пустяки в отличие от ваших.
— Я думала, что сама решу эту проблему.
— Без помощи полиции?
— А какой был бы толк обращаться в полицию? Ты ведь и сама убедилась в том, что она покончила бы со мной и тобой, если бы я обратилась в полицию. Ты привела сотрудников полиции сюда, а Элеанор пришла в ярость и чуть не убила тебя. Да и кто бы стал слушать ту, что однажды убила человека?
— Да, но одна бы вы точно не справились!
— Может быть… И возможно, ты правильно поступила, что обратилась за помощью. Все-таки полицейские как-то тянули время и защищали тебя.
— Вы правы… Без них мне было бы намного страшнее.
— Однако если бы кто-то из них не выстрелил, то все было бы закончиться печально.
— Знаю… Элеанор очень зла на вас за то, что вы убили того мужчину. Даже будучи раненой и истекая кровью, она все время повторяла, что не может умереть до тех пор, пока не отомстит вам.
— Ее можно понять. Ведь она потеряла близкого ей человека по моей вине. И я едва не лишила ее лучшей подруги. — Алисия со слезами на глазах качает головой. — Элеанор мстила мне за то, что я убила ее отца.
— Гильберт Вудхам? — уточняет Ракель и бросает короткий взгляд на один из портретов Гильберта в гостиной. — На тех фотографиях он?
— Да, он. Гильберт Вудхам… Он был очень хорошо известен и глубоко уважаем во всей Англии. Еще в восьмидесятые года он открыл несколько магазинов, которые до сих пор работают и пользуются огромной популярностью у людей. После его смерти Элеанор взяла управление в свои руки.
— Да-да, Элеанор говорила… И должна признаться, что в той стране о нем никто никогда не говорил. По крайней мере, я не слышала об этом мужчине.
— Верно. Его знали только здесь. Хотя при жизни Гильберт планировал расширять границы и открывать свои магазины за границей.
— И… — Ракель бросает короткий взгляд на свои руки. — Та история вашего знакомства… Она… Правдива ?
— Правдива, — кивает Алисия.
— То есть, Элеанор не соврала, когда рассказала о том, как вы познакомились с тем мужчиной?
— Нет… Все началось в конце восьмидесятых… Мне едва исполнилось двадцать лет… — Алисия тихо шмыгает носом. — Будучи совсем молодой, глупой и наивной девочкой, я работала в одном клубе… В котором я танцевала…
Алисия, сильно покраснев от стыда, закрывает лицо руками на несколько секунд и издает негромкий всхлип, но быстро находит в себе силы посмотреть Ракель в глаза.
— Не очень хорошие танцы … — с испугом в глазах признается Алисия. — За которые мне платили деньги.
— В ночном клубе? — уточняет Ракель.
— Да… Я пошла туда после уговоров одной своей подруги… Которая сказала, что у меня очень красивое тело, которое я могу выгодно продавать… Поначалу я сомневалась и обижалась на такое предложение, но потом… Решила согласиться . Тем более, что мне нужны были деньги на обучение в университете. К сожалению, мои родители не могли оплатить обучение.
— О, боже мой…
— Я была настоящей красавицей в свои юные года. Парни не давали мне проходу и считали меня очень привлекательной. Они говорили, что я притягиваю их к себе словно магнит.
— Я знаю.
— И я не побоюсь показаться нескромной – это правда . Мной восхищались так же, как сейчас все мужчины восхищаются тобой. Они считают тебя невероятно красивой и готовы пройти огонь и воду ради того, чтобы быть с тобой.