По ту сторону закона (СИ)

12
Следующие три дня хозяин, как и обещал, в казино не показывался. Вообще. А я, как и обещала, старалась о нём не думать, целиком сосредоточившись на задании… Что, к сожалению, результатов не принесло. Потому что клиенты ни в какую не хотели обнажать предплечья! Спустить штаны — запросто. Вывалить причиндалы не могло и не представляло проблемы для посетителей борделя. В принципе. В том числе на виду у всех. Расстегнуть рубашку, выставив на всеобщее обозрение грудь или волосатый живот (зачастую обвислый) — тем более. Особенно для усиления собственного удовольствия… А вот дальше никак. Сколько ни уговаривай. Впрочем, никто из девушек их об этом и не просил, а крупье, как я поняла, не имели даже права заикаться о чём-то большем. Мне оставалось только запастись терпением и ждать, пока распорядитель переведёт меня обратно в официантки. Чего без одобрения начальства он сделать никак не мог — а хозяин, как назло, возвращаться не спешил. Он объявился только на четвёртые сутки, в самый разгар рабочего дня — и сразу прошёл в свой любимый угол, где просидел до самого вечера, угрюмо наблюдая за происходящим в зале… Ну как, «наблюдая». Скорее, бессмысленно водя глазами от одного предмета к другому. Из чего следовало, что мыслями он находился совсем не в казино… Нет. Его явно что-то беспокоило. Глодало изнутри — и не позволяло расслабиться. Он словно пытался решить крайне трудную задачу, которая никак ему не давалась… И обо мне, разумеется, не вспоминал. Хотя пару раз я всё же ловила на себе его взгляд. Но это был очень странный взгляд. Пустой и пугающий… А потом мне стало несколько не до хозяйских проблем с комиссией — или чем там были вызваны подобные метаморфозы. Потому что за моим столом разыгралась нешуточная карточная битва. И она вот-вот грозила перейти в банальную драку… Обстановка стремительно накалялась, а распорядитель почему-то не торопился вмешиваться. Пришлось брать дело в свои руки и со словами: «Как же здесь жарко!» расстёгивать блузку до ужасающе, просто позорно неприличного декольте… Что молниеносно разрядило обстановку, ощутимо снизив градус напряжения и переключив внимание проигравших на мои практически вывалившиеся наружу груди. А следом подоспели задержавшиеся официантки, ненавязчиво разведя противников по разным концам зала — и день потёк своим чередом… С единственной разницей — толпа возле меня увеличилась вдвое и не иссякала до самого закрытия. Ведь застегнуться мне никто не позволил. На моей рабочей нагрузке это тоже отразилось, как и на необходимости разруливать спорные ситуации. И в итоге я устала так, будто таскала мешки с цементом. Часов шесть или восемь подряд. Без перерыва на обед. Какие уж тут мысли о недосягаемом хозяине?..
Одно благо — за проявленную находчивость распорядитель освободил меня от общественно-полезных работ. На которых, кстати, отправили проштрафившихся — то есть поздно пришедших мне на помощь — девушек. Жаль, что этот факт не добавил тепла в наши отношения — и на выходе из душа меня ждала недовольная группа поддержки (большая часть которой не имела никакого отношения к уборке) во главе с задиристой русоволосой толстушкой. И мнимая простота её типично деревенского лица не внушала ни малейшего оптимизма.
— Ну что, получила от ворот поворот? — преградив мне путь, с вызовом осведомилась она.
Прямо как была — с охапкой мятого постельного белья, совершенно не скрывающего её объёмные формы… И абсолютно голая. Собственно, как и столпившиеся за её спиной девушки. Словно одежда им чем-то мешала!
Эх. Если бы клиенты казино раздевались с той же лёгкостью, как его сотрудницы, проблем было бы в разы меньше… Впрочем, кто знает, как они вели себя в закрытых комнатах? Уж точно не я.
— Не понимаю, о чём ты, — отогнав печальные мысли, рефлекторно поправила сползающее с груди полотенце и попыталась прошмыгнуть мимо собеседницы.
Но не тут-то было.
— О хозяине, — шагнув в ту же сторону, уточнила толстушка.
И наши коллеги, доселе якобы безучастно разбирающие стиральные машинки, молниеносно навострили уши, уже предвкушая сладкий скандал. Правда, вмешиваться пока не спешили, опасаясь попасть под горячую руку задиры… В то время как мне деваться было уже некуда.
 
— А что с ним не так?.. — невинно вскинула брови, использовав свой последний шанс решить конфликт миром.
Хотя прекрасно понимала — не получится.
Очевидно, что внеплановое дежурство пришлось девушке не по вкусу. И теперь ей позарез требовалось выместить на ком-нибудь свою злость… А я, увы, подходила для этой роли лучше всего — всё-таки началось всё именно с меня. И как бы сильно мне ни хотелось уйти от неприятной темы, выбора не было…
— Он вернулся, а тебя к себе не позвал, — почуяв слабину, услужливо пояснила собеседница.
Вот только сбить меня с толку оказалось не так просто!
— Если не ошибаюсь, он никого не звал, — безразлично пожала плечами. — И весь вечер просидел один. Я-то тут при чём?
— При том, что до тебя он ни разу ни с кем не уединялся. Вообще. А уж несколько раз подряд — и подавно!
И по телу растеклось приятное согревающее тепло, чудом не вылившись в глупую улыбку.
Знали бы они, что ещё случилось несколько раз подряд…
— Просто сегодня его голова была занята более важными делами — вот и всё, — парировала с максимально отстранённым видом.
В работе разведчика нет места посторонним чувствам!
— Делами? — фыркнула толстушка. И демонстративно оглядела собравшихся зрителей: — Что-то не припомню, чтобы дела мешали мужчинам получать удовольствие. Наоборот, мне всегда казалось, что именно отвлечься от них они сюда и приходят… Или я ошибаюсь?
Естественно, принять мою сторону никто не рискнул. Пришлось брать инициативу в свои руки. Не спускать же подобное на тормозах! В дружном женском коллективе без умения огрызаться обычно не выживают. Главное — отстаивать своё мнение аргументированно и с холодным разумом. Иначе будет только хуже.
— Сомневаюсь, что владелец заведения приходит на работу отдыхать и развлекаться, — ответила с лёгким упрёком. — Его задача — контролировать бизнес…
— Но насильно его сюда никто не тянет! — не унималась толстушка. — А для контроля существует распорядитель. Как показывает практика, присутствие хозяина совсем необязательно. И без него здесь ничего не разваливается.
Поспорить было сложно. И последние дни это только подтверждали.
— Так что на самом деле ты ему просто надоела, — не дождавшись возражений, припечатала задира. — Признай это.
И столько ненависти несли её слова, столько злости и зависти, что меня ощутимо передёрнуло.
— Если бы я ему надоела, он бы снова сделал меня официанткой! — выплюнула, не удержавшись. — Как и тебя в своё время. А я по-прежнему числюсь крупье. Наверное, это что-нибудь да значит.
Своим замечанием девушка умудрилась наступить на мою самую большую мозоль. Неудивительно, что меня занесло. Я ведь тоже не понимала причин, по которым хозяин медлил с переводом. И лишь робкая надежда на взаимность ещё держала меня на плаву, не позволяя сдаться и опустить руки… Хотя, по-хорошему, эти мечты мне следовало гнать из своей головы поганой метлой. А ещё лучше — похоронить где-нибудь на заднем дворе. Заживо, как насильники когда-то планировали сделать со мной… Но передумали. На моё счастье и свою беду. И повторять их ошибок не стоило.
— Разумеется, значит, — приторно улыбнувшись, согласилась толстушка. После чего презрительно хмыкнула и с нажимом, стремясь посильнее меня унизить, добавила: — Что ты его не впечатлила и он счёл тебя негодной для другой работы!
— …или действительно был сегодня не в настроении, — вдруг влезла невесть откуда взявшаяся блондинка, отряжённая распорядителем убирать общий зал. — А завтра хозяин, возможно, придёт в прежнее расположение духа и непременно вспомнит о своей новой игрушке.
— Вот завтра и проверим, — сбавив обороты, уязвлённо буркнула задира.
Не то недовольная появлением у меня заступницы, не то осознав, что её извечная соперница уже закончила с работой, в то время как самой толстушке до долгожданного отдыха было ещё далеко… Лично я больше склонялась ко второму варианту — иначе одной репликой блондинка бы не отделалась. Вон, в прошлый раз они вообще вдвоём меня осаждали. По очереди. Да и теперь я бы не сказала, что девушки заняли позиции по разные стороны баррикад — слишком брезгливую формулировку для описания моего статуса выбрала блондинка… Однако мне всё равно было, за что её благодарить. Потому что без участия соперницы толстушка бы вряд ли вспомнила о своих непосредственных обязанностях. По крайней мере, в ближайшее время. А так она загрузила в одну из освободившихся машинок постельное бельё и гордо удалилась, наконец-то оставив меня в покое. Блондинка, как ни странно, тоже не стала усердствовать, довольствовавшись единственной фразой — видимо, сильно устала. Что позволило мне благополучно перевести дух и отправиться спать. Впервые за неделю — до восхода солнца, а не после.