Дорогой сварливый босс (ЛП)

— О, черт, — повторил он.
Уэстон не позволил мне отстраниться. Он прижимал меня к себе, даже когда оттолкнулся от стены.
— Привет, Лука, — мой голос прозвучал тихо и нервно. Мое сердце сильно забилось в груди. Это может стать катастрофой. Я хотела бы быть полностью трезвой, чтобы столкнуться с этим лицом к лицу.
Лука потер лицо, затем направился к нам.
— Привет, bella. В какие неприятности ты попала?
— Это не неприятности, — Уэстон напрягся, как будто был готов сразиться с Лукой, если придется. — Это не твоя забота.
Взгляд Луки скользил взад-вперед между нами.
— Что не вызывает беспокойства? Расскажи мне, на что я наткнулся, потому что, если быть совсем честным, это не похоже на сеанс пьяных поцелуев.
Мои ресницы затрепетали, и я вздрогнула.
— Это не так. Мы… — Кем, черт возьми, мы были? Я даже не знала, как начать объяснять это Луке.
— Мы вместе, — заявил Уэстон.
Я спросила:
— Правда? — в то же время Лука завопил:
— Вы что?
— Вместе, — подтвердил Уэстон.
Лука выпрямился, стряхивая с себя часть вызванной алкоголем туманности.
— Я предполагаю, что Эллиот не знает об этом, поскольку город не горит.
— Это что-то новенькое, — сказала я ему.
Невероятно ново. Буквально минутой ранее все было по другому. А я даже ни на что не соглашалась.
Так почему же я держалась за Уэстона?
О, потому что мне понравилось, что он сказал, что мы вместе. Я хотела, чтобы это было правдой. Если бы он говорил это только ради Луки, я бы вырвала страницу из книги Ребекки и сломала ему член, только он не получил бы предупреждения.
Лука скрестил руки на груди, оценивая нас.
— Вы скажете ему. Я не буду ему лгать.
— Дай нам немного времени, — взмолилась я. — Мы не будем скрываться, но я еще не готова встретиться лицом к лицу со своим братом.
— Тебе не придется лгать, — уверенно сказал Уэстон. — Он не спросит, так что для этого не будет причин. Когда мы с Элизой почувствуем, что пришло время, мы скажем Эллиоту.
Лука долго смотрел на него, прежде чем усмехнуться.
— Он будет так зол, — он потер подбородок, как будто размышлял. — Я разозлюсь, если ты просто трахнешь ее, Уэст.
Хватка Уэстона на мне усилилась.
— Я бы никогда этого не сделал.
Лука запустил пальцы в волосы и обхватил голову руками, бормоча проклятия. Он расхаживал взад-вперед перед нами, борясь с чем-то внутри.
Наконец, он остановился и кивнул, как будто пришел к какому-то решению.
— Я никогда не предвидел, что так получится, но не могу сказать, что не в восторге от этого до смерти, за вас обоих, — он погрозил пальцем между нами. — Здесь что-то есть. Это подходит. Вы двое подходите друг другу. Хотя, я сомневаюсь во всех тех случаях, когда ты называл Элизу сестрой.
Лука усмехнулся. Уэстон — нет.
— Чувства развивались. Хотя я никогда не лгал о своих чувствах. Было время, когда она была мне как сестра, но это прошло, и теперь она нечто другое.
Юмор Луки испарился, сменившись понимающим взглядом.
— Я понимаю, Уэстон. Я знаю, что ты не пошел бы на эти отношения с Элизой, если бы у тебя не было серьезных намерений.
Я прочистила горло и оторвалась от Уэстона. Было трудно воспринимать всерьез, когда я была прижата к его груди.
— Я была бы рада, если бы вы двое не говорили об этом так, словно меня здесь нет. Дело в том, что у нас с Уэстоном еще не было возможности что-то определить, так что можешь ли ты дать нам этот шанс, Лука? Я знаю, что ты в трудном положении, и я ненавижу это, но…
Он поднял руку.
— Мне не нравится, что Эллиот находится в неведении относительно чего-то настолько важного, но если бы мы не встретились здесь, я бы никогда не догадался, что между вами что-то происходит. Итак, я беру вину за неподходящее время на себя. Вы, двое сумасшедших, разберитесь сами. Я собираюсь пойти в туалет и притвориться, что ничего не видел.
Он начал поворачиваться, но я окликнула его. Его бровь вопросительно изогнулась.
— У меня день рождения в следующие выходные, — сказала я.
Его усмешка была слабой, но искренней.
  
— Я знаю это, bella.
— Ну, Сирша устраивает мне небольшую вечеринку у нас на крыше. Тебе стоит прийти.
Он покачнулся на каблуках.
— Как бы мне ни хотелось быть там, не только ради тебя, но и ради встречи с твоим неуловимым другом после стольких лет, я буду у своих родителей на следующих выходных на сороковую годовщину их свадьбы.
— Нам будет тебя не хватать, — невозмутимо произнес Уэстон.
Я подумала, что, возможно, он не рад, что Лука теперь в этом замешан. Или, может быть, он был искренен. Врожденная сварливость Уэстона временами делала его непонятным.
Лука исчез в туалете, оставив нас с Уэстоном наедине.
Я тяжело вздохнула, беспокойство зародилось в моем животе. Уэстон наклонился, касаясь своими губами моих. Когда он отстранился, на его губах было подобие усмешки.
— Пойдем со мной домой.
Я кивнула.
Мы действительно делали это.
ГЛАВА 24
Как только Уэстон закрыл дверь своей квартиры, он оказался на мне, его руки в моих волосах, его рот наклонился к моему. То, как он целовал меня, было совсем не похоже на сладкие поцелуи в баре. Он освободился от оков. Все правила, которым он следовал, отпали. Его зубы царапнули мои губы. Его язык лизнул мой рот, глубоко, пробуя на вкус. Я застонала и ударилась о стену. Уэстон последовал за мной, прижимаясь вплотную.
Мои ногти впились в его грудь, дикость захлестнула меня, все в происходящем захлестнуло меня. Мы покончили с этой стороной наших отношений. Просто друзья. Потом все изменилось.
Я пыталась наверстать упущенное, но Уэстон не дал мне ни секунды на раздумья.
Хотела ли я этого вообще?
Этот мужчина был тем, кого я хотела. Дружбы никогда не было достаточно, учитывая, насколько мы стали близки и насколько сильны были мои чувства к нему.
— Уэст, — простонала я ему в губы.
— Да, — он потянул меня за волосы и толкнул свой толстый член в мой живот. — Я ждал, чтобы услышать это снова.
— Уэст, — мои ресницы затрепетали. Он поцеловал меня в нос, затем наклонил голову, чтобы лизнуть линию сбоку на моей шее. У меня подкашивались колени, но он прислонил меня к стене. Поддерживая.
Его рука была в моем платье, под лифчиком, сжимая и потирая мой сосок. Я возилась с пуговицами на его рубашке, расстроенная, что их было так чертовски много. Я была близка к тому, чтобы сорвать ее, когда расстегнула последнюю и смогла провести ладонями по его разгоряченной коже.
Внезапно он выпрямился, встретившись со мной взглядом. Он взял мою голову обеими руками и долго смотрел на меня. Я почувствовала тяжесть его взгляда в своей груди, такого тяжелого и наполненного тысячей слов. В нем была уязвимость, которую Уэстон почти никогда не показывал. Это сильно ударило меня.
— Я буду твоим другом, Элиза, но я не могу быть только им. Это невозможно.
Я приподнялась на цыпочки и прижалась губами к его губам.
— Я так по тебе скучала.
— Я тоже по тебе скучал. Ты даже не представляешь.
Мы проводили каждую свободную минуту вместе, но держались особняком. Теперь это закончилось.
Уэстон отвел меня в свою спальню, сбрасывая по пути одежду, как старую кожу. За все время, что мы провели вместе, мы избегали его спальни. Я даже ногой не заходила внутрь. Позже я изучу ее. Прямо сейчас мужчина, сидящий на краю своей кровати и держащий меня между своих раздвинутых колен, был полностью в центре моего внимания.
Уэстон потянул за бант на моем бедре, и мое платье с запахом распахнулось. Он снял его до конца, оставив меня в черном атласном лифчике и изумрудно-зеленых кружевных шортиках.
Он обхватил мои бедра и потерся лбом о мой живот, прерывисто выдохнув. Затем он поцеловал впадинку у моего пупка. Мне никогда не было комфортно, когда другой мужчина обращал хоть какое-то внимание на мой живот, но с Уэстоном все было по-другому.