Жестокий Лорд (ЛП)

К своему ужасу, я чувствую, как в уголках моих глаз скапливаются слёзы, и сильно прикусываю губу, чтобы они не потекли. Я замечаю, что двое других парней, Дин и Джексон, наблюдают за мной. Теперь я знаю их имена. Дин смотрит на меня с такой же высокомерной ухмылкой, как и Кейд, но что-то в лице Джексона удивляет меня. Не похоже, чтобы ему это доставляло такое же удовольствие, как двум другим.
  
— Ты хотел меня, — шепчу я. — Ты хотел меня достаточно сильно, чтобы заманить на свою вечеринку и попытаться принудить. Так что не говори так, будто я шлюха.
— Но ты именно такая, малышка Сейнт. — Его улыбка была жестокой и полной уверенности, что он никогда не будет расплачиваться за свои поступки. Он словно знал, что для таких девушек как я, он всегда будет объектом желаний, и которые будут отвергнуты. — Тебе бы понравилось, если бы мой член был у тебя во рту, проникал в твоё горло. Тебе бы понравилось пробовать мою сперму. Ты бы проглотила её всю, а потом попросила бы ещё.
Его голос был низким, почти хриплым, и я понимала, что он возбуждён. Я знала, что это возбуждает его, и я съёжилась от страха, но не могла уйти.
— Тебе понравилось бы и им отсасывать, — говорит он, и Джексон прочищает горло.
— Давай, Кейд, мы опоздаем, — сказал он.
Кейд не двигался.
— Скажи это громче, — подначивал он меня. — Попробуй сказать всем, что ты этого не хотела.
Мне следовало бы знать, что это бесполезно. Но я всё равно старалась. Я никогда не была из тех, кто легко сдаётся, и это не стало исключением.
— Ты пытался заставить меня! — Говорю я громче. — Я не хотела в этом участвовать. Я сказала тебе «нет»!
Кейд начинает смеяться, выпрямляется и смотрит на меня сверху вниз. Остальные ученики присоединяются к нему, и все они смеются надо мной, отчего у меня замирает сердце.
Оглянувшись в сторону, я замечаю, что Мия стоит в стороне от них, сжимая свою сумку с книгами, и по её лицу текут слёзы.
— Как будто я стал бы тратить время на попытки заигрывать с прислугой. — На его лице появляется насмешливая и презрительная улыбка. — Я могу получить любую девушку, какую захочу. Я мог бы попросить любую из них встать на колени и отсосать мне прямо в коридоре, и они бы это сделали. Никто бы не сказал «нет». Ни один учитель не попросил бы их остановиться. Никто бы не отправил меня в кабинет директора, потому что любой, кто попытался бы мне отказать, был бы уволен к концу дня. Этот город и все его жители принадлежат нашим семьям. И ты тоже, малышка Сейнт.
Его зелёные глаза пристально смотрят на меня, прижимая меня к шкафчику, пока он достаёт из кармана свой телефон.
— Смотри. Он поднимает свой iPhone, и я пытаюсь сосредоточиться на том, что вижу на экране. Мне требуется мгновение, чтобы понять, что это… Когда изображения на экране становятся более чёткими, я вижу, что на кровати, наклонившись, лежат две блондинки, всё ещё частично одетые в форму чирлидерш. Их юбки приподняты, а ноги раздвинуты, и я могу почти заглянуть внутрь их тел.
На фотографиях изображены трое парней – Кейд, Дин и Джексон, все с твёрдыми членами, которые находятся на разных стадиях сексуального контакта с двумя девушками. Они прикасаются к ним губами, руками, проникают в их тела всевозможными способами. И вот, наконец, главный кадр – фотографии, на которых трое парней кончают им на лица, забрызгивая губы и языки своей спермой.
Эта непристойная сцена разворачивается передо мной, и я чувствую, как гнев и стыд за этих девушек переполняют меня.
Возможно, им это нравилось.
— Они знали, что ты сделал эти фотографии? — Спрашиваю я, с вызовом отводя взгляд от экрана. Я одновременно хочу отвести глаза и не могу, потому что, как бы отвратительно мне ни было, по моей коже разливается странный жар, а между бёдер становится влажно при виде откровенного порно: трое мужчин делят двух девушек, и обе они выглядят восторженными испытывая оргазм.
— Конечно, — отвечает он, пожимая плечами. — Но это не имеет значения. Их отцы работают на меня. Они бы сделали всё, что мы попросим. Одна из них даже приняла меня в задницу. Она наслаждалась каждой секундой. Я был в её заднице, Дин – в её киске, а Джексон – у неё во рту. — Он похотливо улыбается, глядя на меня сверху вниз. — Ты думаешь, что справишься с этим, малышка Сейнт? Когда мы все трое будем внутри тебя одновременно? В конце концов, мы любим делиться. Большинство девочек в этой школе уже приняли по крайней мере двоих из нас, а остальные просто умирают от желания.
Я изо всех сил стараюсь не реагировать на его слова, но не могу сдержать эмоции. Моё лицо заливается краской при мысли о том, что трое мужчин прикасаются ко мне и занимаются со мной сексом, хотя у меня никогда никого не было. Моё тело кажется напряжённым и странным, и я с трудом сглатываю, чувствуя, как во рту пересыхает. Я смотрю на мускулистого парня, который возвышается надо мной, и слушаю, как он рассказывает о том, как трахался с девушками в компании своих друзей, словно это обычное дело.
— Боже мой, — говорит Кейд, глядя на меня сверху вниз, и внезапно начинает смеяться. Он делает шаг назад, его плечи всё ещё трясутся от смеха, и указывает на меня пальцем. — Ты грёбанная девственница.
— Что? Нет! — Восклицаю я, больше всего на свете желая, чтобы он не знал об этом. Я не хочу, чтобы он думал, что у меня есть что-то ценное, нетронутое, что-то, что он мог бы попытаться отнять у меня.
— Неудивительно, что ты даже в рот не смогла взять. Ты, наверное, грёбаная лесбиянка. Вот почему тебя стошнило при виде члена, — фыркает Кейд, качая головой. — А я и не знал, что девственница может быть такой шлюхой, как ты.
— Я не... я... — начинаю заикаться я, не зная, как справиться с двумя такими противоположными вещами одновременно: с его нелепым обвинением в том, что я шлюха, и с тем, что я не могу дать ему знать наверняка, действительно ли я девственница.
Но это не имеет значения, потому что он явно уже устал от этой игры.
— Прибери это дерьмо, — говорит он, указывая на мой шкафчик. — Боже, ты действительно жалкая. Пошли. — Он кивает головой Дину и Джексону, и они следуют за ним, пока он проталкивается сквозь толпу, оставляя меня стоять, прислонившись к шкафчику, в то время как другие ученики расходятся, следуя за ним, как за предводителем.
Мия спешит ко мне, но я поднимаю руку, показывая, что мне нужно немного побыть одной. Я срываю футболку со своего шкафчика, комкаю её и выбрасываю в ближайшую мусорную корзину, а затем поворачиваюсь к Мие, стиснув зубы.
— Как только я закончу школу, — уверенно говорю я, глядя вслед исчезающей толпе. — Я сделаю всё возможное, чтобы никогда больше не увидеть Кейда Сент-Винсента или кого-то из этих двоих.
  
3
 
КЕЙД
НАШИ ДНИ
Иногда я ненавижу свою грёбаную жизнь.
Сейчас конец лета, и остальные недавно освободившиеся старшеклассники развлекаются, загорают на пляжах Ньюпорта, катаются на лодках, напиваются с поддельными документами, устраивают вечеринки в Бостоне.
Но делаю ли я что-нибудь из этого?
Нет. Я сижу на заднем сиденье отцовского автомобиля, по бокам от меня Дин и Джексон, и меня везут в район складов, чтобы, цитирую, «подготовиться занять своё законное место в семейном бизнесе».
Я чувствую напряжение в машине, по крайней мере, с одной стороны от меня. Мой отец, как всегда, холоден и суров, он сидит напротив нас и смотрит в окно, ни разу не взглянув в мою сторону. Джексон сидит слева от меня, и, похоже, ему абсолютно наплевать на происходящее. Но Дин, сидящий справа от меня, практически дрожит, сидя прямо и напряженно.
  
Я всегда знал, что так и будет, что после окончания школы между мной и Дином возникнет напряжённость, которой раньше не было. Тяжесть ожиданий наших семей, которые тянули нас в разные стороны, сделала это неизбежным. Но правда в том, что я ненавижу это. Дин такой же мой друг, как и Джексон, и я бы хотел, чтобы это никогда не менялось.