Легкое дельце (СИ)

— Я думаю, место, — проворчала я. — И еще. Я предполагаю, что это, — я подбородком указала на раскрытый кейс с устройством внутри, — может быть не основным планом, а страховкой. Допустим, фарн к определенной точке не выйдет на связь, и тогда она включится автоматически…
Ирейс ошеломленно моргнул. Потом подумал и согласился со мной:
— Возможно, ты и права. Только я думаю, что все должно быть немного не так: скорее всего, передатчик запрограммирован на включение в любом случае. А фарн должен был, если все хорошо, его выключить. А если не выключит, значит, беда. Ты же столкнулась с фарном где-то здесь?
  
Звучало логично. Так что я просто кивнула. И чуть-чуть подумав, указала на место за спиной Ирейса:
— Да, вон там. В принципе, если знать, где лежит кейс, то с той стороны было бы удобнее и быстрее добраться до него.
Плечи килла как-то облегченно обмякли, что ли:
— Ну вот. Это уже похоже на правду. Давай, забираем передатчик с собой. Пусть постоянно находится перед носом. Чтобы в случае чего быстро его отключить.
Небрежно покидав назад пустые коробки и кейсы, я заперла отсек. Ирейс все это время молча стоял у меня за плечом в обнимку с передатчиком. Не сговариваясь, мы оттащили устройство в рубку управления яхтой. Я еще раз проверила курс и показания приборов, и мы пошли в столовую. Снова молча и не сговариваясь.
С того момента все изменилось. Мы мало разговаривали с Ирейсом. По большей части молчали, каждый обдумывая что-то свое. Но это было уютное молчание. Я практически моментально привыкла к присутствию килла на борту яхты, в своей жизни, в своем личном пространстве. Удивительно, но все наши разногласия остались в прошлом. Словно рядом со мной сейчас был не тот, кто планомерно отравлял мое существование на протяжении пяти лет обучения, а близкий человек. Друг. И мне стало словно легче дышать. Хотя, возможно, это была просто иллюзия. Просто килл взял на себя часть обязанностей по дежурству в рубке, давая мне возможность спокойно поспать. Выполнял другую посильную работу на яхте. Заботился обо мне в мелочах. Например, приносил по утрам кружку горячего кофе в рубку, если ночью дежурила я. Впрочем, я тоже, не задумываясь, делала то же самое и для него. И мы, опять-таки не сговариваясь, не обсуждали то, что нас ждало впереди. А впереди маячил выход из гиперпространства и Эльдеус…
Я заранее выбрала точку, в которой выведу «Шерварион» из гиперпространства. Предварительно посоветовавшись с Ирейсом. Точку я выбирала так, чтобы у яхты было лишь время и место погасить скорость перед входом в атмосферу планеты. Чем меньше мы будем болтаться на орбите, тем меньше вероятность, что кто-то заинтересуется нами и захочет сбить как спелую грушку. Впрочем, в то, что нас не ждут, я не верила. И потому приказала киллу не сводить во время дежурства глаз с передатчика. И сама делала то же самое.
Казалось, мы предусмотрели все возможные варианты событий с точки зрения пилота, с точки зрения тайника и даже с точки зрения контрабандиста. Но несмотря на все предпринятое, на выходе из гиперпространства нас поджидал сюрприз.
Килл сам настоял на том, чтобы дежурить в рубке перед выходом яхты из гиперпространства. Мол, мне необходимо хорошенечко отдохнуть, ибо от него, Ирейса, толку как от пилота ноль. А мне, скорее всего, понадобиться все мое мастерство. Я поначалу фыркнула в ответ на это заявление. Мол, нефиг подлизываться. Но потом призадумалась. Если бы я просто летела на планету-здравницу, то происшествий для такого простого рейса было бы слишком много. А вот если учесть, что «Шерварион» лезет практически в логово тигра, вернее, в логово модификантов, то долетели мы до Эльдеуса даже как-то слишком легко. Убийство фарна не в счет, вряд ли это кто-то мог предвидеть. Следовательно, вполне можно ожидать подстав и ловушек. И в таком случае Ирейс прав: я должна буду собраться и быть предельно внимательной на выходе из гиперпространства. Так что я не стала спорить.
Вызов от Ирейса пришел примерно за час до начала моего дежурства и за пару часов до запланированного выхода из гиперпространства. Я как раз собиралась сходить перекусить, когда мой комм ожил и нервным голосом килла потребовал:
— Тина, живо сюда!
Ирейс больше ничего не добавил. А я и не подумала требовать подробности по коммуникатору. Проще пробежаться в течение минуты до рубки и увидеть проблему собственными глазами, чем тратить драгоценное время на пререкания. Так что я ринулась в рубку, глухо бухая привычными мне летными ботинками с магнитной подошвой по устланному ковром коридору космической яхты. А дверь в рубку распахнула с такой силой, что в металле переборки, наверное, остались вмятины.
— Что случилось?
Запыхаться я не успела, слишком кротким был мой путь. Но от нервозности голос звучал рвано, как я ни старалась. Сидящий на моем месте Ирейс мельком оглянулся на меня через плечо:
— Смотри сама! — и он широким жестом указал на проклятый передатчик. Я чуть не выругалась. Значит, мы угадали верно. Он был запрограммирован заранее, и включился сам.
Со смешанными чувствами облегчения, гадливости и обреченности я приблизилась к раскрытому кейсу с передатчиком, который стоял на полу между двумя креслами, и заглянула внутрь.
— Непоняла?.. — подняла спустя пару секунд изумленный взгляд на килла. — Это ты так надо мной пошутил?
Передатчик был мертв. Как в тот миг, когда я только-только открыла в первый раз кейс с ним. Что за приколы?
— Если бы, — мрачно отозвался Ирейс, не глядя на меня. Он был занят какими-то странными расчетами. — Эта дрянь включилась ровно на пятнадцать секунд. И отрубилась сразу же, как я позвал тебя в рубку. Я просто уже не стал перезванивать и тебе и говорить об этом. Все равно ты бежала в мою сторону, я слышал твои шаги.
— Чем ты занимаешься? — поинтересовалась, шагнув ближе. Меня одолевало жуткое желание отвесить киллу подзатыльник. И я бы так и поступила бы. Если бы не осознавала: сигнал о том, что мы уже на подходе, что нас нужно встречать, уже ушел. Жаль, что до этого никто из нас не додумался. А сейчас уже бесполезно ругаться или раздавать плюхи. Этим я ничего не изменю, кроме того, что мы с Ирейсом разругаемся в пух и прах перед серьезным делом.
— Пытаюсь просчитать, что теперь будет, — кратко отчитался килл.
Я только головой покачала. Сама я в таких делах электронному прогнозированию не доверяла. Только личному опыту и чутью.
— Я и без прогноза тебе скажу, что будет, — пробурчала, опускаясь в соседнее кресло. — На выходе нас либо уже будут ждать, либо встретят тогда, когда мы будем менее всего к этому готовы.
Ирейс замер в причудливой позе с поднятыми над клавиатурой руками. Взгляд его на несколько секунд стал бессмысленным, рассредоточенным. А потом он остро взглянул на меня:
— А не выходить из гиперпространства ты сможешь? Просто продолжить дальше путь, желательно не в заданном направлении?
Я фыркнула:
— Это сможет любой, кто знаком с принципом прыжков. А продолжить в заданном направлении не выйдет ни у кого: у нас вектор на приземление.
— То есть, они там, внизу, понимают, что ты сейчас выйдешь из гиперпространства и пойдешь на посадку? — уточнил килл.
— Ирейс… — Под убийственным взглядом килла я торопливо исправилась: — Эрв, ты что, основы пилотирования тупо все прогулял?
Слегка успокоившийся килл равнодушно пожал плечами:
— Приходилось выбирать и чем-то жертвовать. Я же тебе говорил: я с самого начала знал, чем буду заниматься. В отличие от остальных сокурсников. У меня было много дополнительных занятий, не входящих в программу курса. Поэтому тем, что в теории не могло мне пригодиться, пришлось пожертвовать. Да и где ты видела нелегального дельца, умеющего все подряд?
  
Мне показалось, что мои слова задели килла. Но извиняться я не стала. Постаралась закрыть неприятную тему:
— Да, если они за нами следят, то по вектору для них не составит труда понять, что я собираюсь сесть на планете.