До Невозможности Настоящая (СИ)

— Ты считаешь себя такой?
— Ну, не то чтобы…
— А если подумать…
А-а-а, он застаёт меня врасплох, что мне делать?
— Ах, ладно, твоя взяла, да, у меня есть такая проблема. Только не смейся, а просто ответь.
— Значит, дело в этом…
— Да… только давай без своих приколов, — выкрикнула безнадёжно.
— Ох, как ты всё же похожа на нас. Фил не промах! Знает толк в своём деле! Как бы это прискорбно не было осознавать, но да, вот такие мы, люди. Влюбляемся, ссоримся, расстаёмся, убиваемся, страдаем по тому, по чему не нужно страдать, а из-за чего нужно переживать, мы это даже не замечаем. Вот такие мы неблагодарные… — Спустя небольшую паузу добавил: — Не хочешь ли ты мне сказать, что ты влюбилась?
— Что? Нет. Абсурд какой-то, — возмущённо произнесла, хотя моё сердечко сказало мне обратное.
— Ты уверена? — переспросил он.
— Да, уверена. И вообще, давай сменим тему и больше к этому вопросу не возвращаемся, хорошо?
— Хорошо. Тогда что именно тебя волнует, раз ты начала этот разговор?
В моей голове возникает первая попавшаяся мысль:
— Например, ты до этого говорил, что вы, люди, неблагодарные.
— Ну да.
— А в чём это проявляется?
— В том, что мы не умеем ценить то, что у нас есть. Родных, близких, друзей, здоровье, в конце концов.
— А что делать, когда у тебя нет родных?
— Как нет? — возразил он. — А мы с Филей, мы же твоя семья, разве не так?
— Так, только, по-моему, я больше не нужна Филе, — случайно соскочила с моего языка эта фраза, и я сразу же покраснела до жути.
И тут он окончательно меня раскусил. Стоило мне только посмотреть в его глаза, как в них заискрилось всё то, что я так долго и неумело скрывала в своём сердце. Но к моему небывалому удивлению, он ничего мне не сказал. Оно и к лучшему, не хочу вновь краснеть перед ним. Потому что на сегодня достаточно моего розового личика. А может быть так, что он ничего не понял, а только догадывается?
— Почему не нужна, с чего ты это вообще решила? — промолвил он, вернув меня из моих рассуждений.
— Жень, пожалуйста, не надо… и так много лишнего уже сболтнула, давай вернёмся лучше к видам города, — завершая свою реплику, кидаю на него жалостливый взгляд.
— Хо-р-р-о-шо, — неуверенно вымолвил мой друг.
Бросая на меня обнадёживающий взгляд, проговаривает:
— Я не хочу тебя мучить, ты уже и так настрадалась за сегодня, но вот только из-за чего?
Он и вправду не понимает или дурачком прикидывается? Я так устала от всех этих рассуждений и непониманий. Поэтому падаю ему на колени. Это же не будет считаться изменой?
— Я, я так устала, — проговариваю, валясь всем телом на его ноги. Мои глаза медленно закрываются. И меня уже не волнует этот огромный город и то, что сегодня произошло.
— Эй, подъём! Просыпайся!
Чувствую, как он слегка потрясывает верх моего сонного тела.
— А-а, что? — сонливо прохрипела.
— Уже смеркается, ехать пора.
— А, что, уже? И это, извини, я что-то задремала, мне очень стыдно.
— Ой, да не извиняйся, к тому же ты не весишь сто килограмм, чтобы это было для меня большой проблемой.
— Да, ты прав. Блин, а сколько я вешу? Я даже не знаю этого, может, я толстая?
— Кто, ты? Не смеши мои подковы, пожалуйста.
— А что, может, и правда! Срочно-срочно мне нужны весы! — выкрикнула я.
— Приедем домой, дам тебе весы, где-то в вашей комнате они оставались. Правда, они врут на два-три килограмма, но это формальности.
— Как понять, врут?
— Легко! Показывают неправду. К примеру, твой вес сорок три килограмма, а они покажут сорок шесть или сорок. Я, если честно, не помню, в каком направлении они лгут, на уменьшение или прибавление. Но для тебя, думаю, это проблемой не будет.
— Как не будет? Ещё как будет!
— Да ты посмотри на себя, Филя недаром создавал тебя по своему идеалу.
— Создавал меня по своему идеалу… — слетает у меня с языка.
— Ну да. А то, как ты думаешь, почему у тебя голубые волосы, синие глаза, длинные ноги и рост метр семьдесят. Это его понятия о идеальной девушке.
 
— А грудь? Попа? — резко спросила я.
— Ты действительно это спрашиваешь у меня?
— Действительно спрашиваю у тебя.
— Ну, если действительно. То слушай. Это сугубо моё мнение, но ты очень красива, бывало, когда мы проходили, у парней челюсти отвисали, только ты этого не замечала. Оно и понятно в твоём-то положении, но знай это как просто факт.
— Понятно… — мило улыбнулась, пытаясь скрыть под улыбкой ошеломление.
В моей голове произошёл кавардак, значит, Филя создал меня своим идеалом? Тогда почему он нашел её? Ничего не понимаю, но одно знаю теперь точно, что я очень красивая, но признаю ли я это в глубине своей души? Это самая сложная задача, которая стоит передо мной. Потому что, если я сама не полюблю себя, полюбит ли он меня?
Снова возвращаюсь в наш мир от слов:
— Ну, так что, мы едем?
Ничего лучше придумать не могу, как ответить:
— А как же! Поехали…
  
Филипп
 
Фух, ну и денёк, конечно! Жарко было неимоверно, если бы не встреча с Наташей и её потрясающий обед, то я бы радовался только заработанной тысяче рублей. А так есть хороший бонус в виде Наташи. Она узнала, что я не халтурщик и тоже работаю, а это значит, на меня можно положиться. В современном мире это одна из тех вещей, которая привлекает девушек.
Я дома… странно, никого нет. Хм… где же они так поздно могут быть? С этой работой совсем отдалился от них. А они довольные такие, даже не посвящают меня в свои дела, миндальничают сами по себе. Нет, так не пойдёт! Завтра же, ладно, не завтра, послезавтра точно проведу время с ними, а то так дела не идут. Который сейчас час? Ах, без двадцати шесть. Хорошо поем тогда и надеюсь, дождусь этих двоих. Или они как вчера, фиг пойми, до какого времени будут? Не то что я ревную или скучаю, просто он мой лучший друг, а она… она та, которую я создал? Нет, слишком грубо. Может быть, лучшая подруга? Да-да, точно! Ведь у меня никогда не было лучших подруг, а тут вон комплект: лучшая подруга и лучший друг, что может быть круче?
Тем временем прошёл где-то час, и мне послышалось, что кто-то проходит в дверь.
А вот и они, я уже начал и волноваться.
— Где же вы пропадаете вдвоём второй день подряд. Это всё очень интересно. Рассказывайте…
— Ах да, привет, давно не виделись.
— Да-да, привет, братишка.
Нана просто подняла на меня растерянно холодный взгляд и молча прошла в ванную.
— Что с ней случилось? Жень, что с Наной?
— Да так, неважно. Просто у нас с ней день не удался.
— А ты, смотрю, весь светишься.
Смущаясь, произношу:
— Да не свечусь вовсе. У меня был обыкновенный день… — начинаю улетать в эйфорию, связанную с воспоминаниями о Наташе, и описываю во всех подробностях нашу с ней встречу.
— Так-так, интересно, а во сколько, ты говоришь, виделся с Наташей?
— Приблизительно в час. А я что, в своём рассказе о времени не говорил?
— Нет, ты не упоминал.
— Значит, примерно то время, когда я привёз Нану, чтобы она покормила Фила, теперь всё стало понятно, — произнёс Женя невнятно, из-за чего мне пришлось переспрашивать. Он почему-то ничего не ответил и лишь отмахнулся от моего повторного вопроса. Не получив ответа, решаю сменить тему.
— А где вы с ней сегодня были?
— Да так, знаешь, катались то туда, то сюда, по городу, в общем.
До меня доходит: она же так сильно любит город, по первой поездке ещё помню.
 
— Да, но знаешь, с первого раза прошло достаточно времени, так что скажу тебе честно, она уже не так сильно всему этому радуется, как в первый наш выезд.
— Ну да, это свойственно, мы же создали её какой? Правильно, очень умной, и это понятно, что она быстро адаптируется. Но меня радует то, что она всё равно оставалась ребёнком, — произношу с восторгом, — а вот какая она сейчас, совсем не нравится. Нужно её как-то подбодрить.