Облачно с вероятностью выпадения медведей (ЛП)

— Советую покрутиться! — крикнул ребёнок. — Они внутри!
И я закрутился. Крутился старательней, чем когда вылупился на свет. По ноге, которой давно не было, ходили мурашки, предупреждая, что скоро и вторую оттяпают. Замер от царапающих звуков в нижней части домика: было не ясно, где безопасней — внутри или снаружи, но через секунду из маленькой дырки в полу вылез ребёнок и ухватил меня за руки.
На мгновение опять ощутил себя пробкой в бутылке, а потом влетел внутрь. Ребёнок вскрикнул, когда я врезался головой ему в живот, но помог подняться и не ударил в ответ.
— Не смогла наружнюю дверь закрыть, — выдохнуло существо, — но она для них всё равно маленькая. А на домик бы слишком не расчитывала: он долго не продержится, если они действительно захотят нас слопать.
Высунул голову из круглого окошка, чтобы глянуть на медведей.
— А они именно этого и хотят, — сказал я. Вся пятёрка обнюхивала корни и землю вокруг дерева. Впечатление очень умных животных они не производили, но как раз ум им-то и не понадобится, чтобы до нас добраться.
— Ловушка, по-моему, — сказал ребёнок, — они ошивались поблизости, но не нападали, пока не появился ты.
— Не ловушка, — отозвался я, — страховка.
— Страховка от чего?
— Не лезь не в свои дела.
— Ещё как мои! Меня сожрать хотят! Хотя, пожалуй, они тебя слопать хотят, но на тебе вряд ли остановятся.
— Нет, им ты нужна, — не думая сказал я.
— Не хочу грубой показаться, — сказал ребёнок, — но как-то не сходится. Они не пытались войти, пока ты не появился.
— Вряд ли за мной охотятся, — отпарировал я, — мне дали задание, а мёртвым выполнить его не смогу.
— Так а я тут тогда зачем?
— Чтобы умереть, — сказал я. В общем-то правда.
— Интересно, знают ли Зеро и Атилас? — проговорил ребёнок.
Для существа, которое вот-вот сожрут падающие медведи, ребёнок вёл себя уж чересчур расслабленно. Неужто ожидает каких-то действий от меня или до сих пор упорно ждёт этого Зеро, о котором всё время болтает? Да уж, одной доверчивостью тут не обойдёшься.
— Мы уже приходили сюда пару дней назад, потому что местные жаловались на странные звуки и огни по ночам, ну и всякое такое.
— Значит я тут не первый, — вслух произносить я этого не собирался, но в доверчивом лице ребёнка было что-то такое, отчего я с лёгкостью говорил больше, чем собирался, — тут и другие Запредельные появлялись.
— Ага, тоже так думаю. А ещё люди пропадали.
— Люди пропадали?
Ребёнок кивнул.
— Угу. И немало. Местные, туристы, сезонные работники — все подряд в общем. Думаю, их падающие медведи убивали, но почему они вообще здесь?
Исчезающие в одном и том же месте люди? Это уже знакомая схема, в которую падающие медведи не входят. Падающие медведи — явно часть чего-то другого, но это место — источник человеческих ресурсов. Только не созданных человеком, наподобие кофе. Ресурс людей. Источник пополнения запасов людей.
Значит Allied Traders — человекозаготовительная база.
Я ухмыльнулся:
— Ага, вон как! — не то чтобы человекозаготовительные базы незаконны. Просто существуют очень конкретно прописанные правила касаемо того, как людей можно использовать: получение обязательного согласия, а также чёткие правила безопасной утилизации после завершения контракта. За хочет и дальше оставаться неизвестным.
— Что? — резко и возмущённо спросил ребёнок. — Что ты только что понял?
— Я знаю, почему твои люди пропадали, — сколько стоит сказать, чтобы оно не догадалось, что меня послали его убить? — Кто-то в За пределами ворует людей для продажи.
— Это мы ещё посмотрим! — сверкнул глазами ребёнок, — Вот расскажу обо всём Зеро! Кто-то сильно пожалеет!
— Никто не пожалеет, — рявкнул я, — кроме нас! Они не понесут никакого наказания, потому что мы умрём. Медведи снаружи, а мы всё ещё тут. Они могут просто дерево сломать или немного подождать.
Ребёнок хмыкнул, мол посмотрим, что выбешивало, потому что в такой ситуации как наша, такие звуки не к месту.
— А теперь мы уже по-настоящему в Между, — ребёнок как-то хищно и криво улыбнулся, что не клеилось с обычно доверчивым выражением его лица, — падающие медведи его с собой принесли. Разве не чувствуешь?
 
Я нахмурился, потому что после слов существа тоже ощутил перемену.
— Да какая тебе разница, в Между мы, в За или человеческом мире?
— А вот, — оно всё ещё улыбалось. — Между меня любит.
— Любит… Между людей не любит.
— А, ну я тут могу всякое вытворять.
Теперь всё стало ясно: ребёнок был того, умом слабоват. Люди не могли входить в Между и тем более не могли с ним взаимодействовать.
— Не веришь?
— Неа, — ответил я и опять выглянул в окошко. Один из медведей с размаху вдарил лапой по дереву. Нас с домиком изрядно тряхнуло.
— Ну ладно, — ответил ребёнок и достал из воздуха меч, похожий на зонт. Нет, зонт, похожий на меч. А вот снова меч.
Я заморгал. И правда меч, только он не всегда им был — здесь, в мире людей, он раньше был потрёпаным зонтиком, который кто-то оставил в домике на дереве. В За он всегда был мечом. А вот в Между, в зависимости от того, как смотреть, это был или зонт или меч.
У меня что-то явно с глазами.
— Золото тебя побери! — прорычал я. — Кто тебя научил?
— Джин Ён, — ответил ребёнок, восхищённо разглядывая клинок. Существо было явно довольно собой, что вполне понятно: считалось, что человек не в состоянии достать что-либо из Между, а уж вытянуть меч и для жителя За задачка не из простых, но Зеро научил его правильно видеть.
— Я много тренировалась. Удачно, да же?
— Ага, — аж в горле пересохло.
— Хочешь тоже что-нибудь?
— Ага.
Ребёнок скептически огляделся. Выбирать в домике на дереве было особенно не из чего: смятые маленькие канистры будто бы из тонкого металла, обрывки шерстяной нитки, какой-то гибкий прут — наверное подпорка для растений — да какие-то маленькие острые штуки, состоящие из металла, стекла и дерева.
Но ребёнок и не думал нервничать.
— Подержи-ка, — сказало существо и всучило мне клинок.
«Убей ребёнка» — всплыли в голове проклятые слова — «и сможешь вернуться».
— Не нужен он мне! — прикрикнул я. — Золото тебя побери, разве не видно, что у меня руки коротковаты?
— А ещё нога твоя, — пролепетал ребёнок. Не знаю почему, он порозовел немного. — Не подумала, извини. Как у тебя со стрельбой из лука?
— Неплохо, — я повёл плечами, — и буду благодарен, если запомнишь, что я и с деревянной ногой ещё кой-на что гожусь!
— О, отлично! — ребёнок поднял прут и самый длинный кусок верёвки. Когда на них упал свет из окошка, это уже не были просто прут и верёвка, а маленький, аккуратный рекурсивный лук и тетива. — Натянуть можешь? Мне никогда силёнок не хватало, чтобы как надо лук согнуть.
За пару секунд натянул лук. Может и старался доказать свои слова, но что плохого-то. Через секунду хлипкий домик содрогнулся. Ребёнок, высунувшийся из окошка за засохшими ветками, чуть не выпал. Схватил существо за ремень — и зачем? Ведь не надо было — и изрядно поизвивавшись, ребёнок влез внутрь и сунул мне шесть стрел.
— Хватит?
— Наверное, — ответил я. При нормальных условиях одной стрелы чтобы пристреляться хватило бы, но мы влипли нехило. Да и если на то пошло, на войне нормально не бывает, а однажды я уже это проходил — Только не в случае если они сюда заберутся.
— Ага, тоже так подумала, — сказал ребёнок. — Один справишься?
— Чего?
— Ну меч же не просто так достала.
— Пользоваться-то хоть умеешь?
— Чутка, — ответил ребёнок, — как бы. Зеро меня ещё не до конца натренировал, да и обычно у меня два клинка поменьше, а не один большой.
— Если не можешь лук натянуть, то и покрошить зверюг мечом не сможешь, — сказал я. В деле не был уже давно, но это знал точно.
— Ну значит будешь их отсюда расстреливать, пойдёт?
— Чего?
— Перестреляй их, чтобы мне не слишком много работы осталось, — на этот раз ребёнок, кажется, пытался казаться бодрым, — кто-то же должен увести их от дерева. Вряд ли с такого угла ты в медведей попадёшь. Да ещё может скоро и Зеро придёт. Вряд ли он меня тут оставит.