Штрафной удар в сердце (ЛП)

Я подняла глаза — в дверном проеме стоял Винсент Лэнгли. И была между ним и его сыном разительная разница. Конечно, внешне между ним и Далтоном были схожие черты, но эта мертвая улыбка… она делала их абсолютно разными.
Благодаря исследовательскому уровню ФБР, который продемонстрировала Граси, я уже видела его фотографии в интернете, но встреча вживую заставила меня тут же выпрямиться в кресле и включить режим полной профессиональной собранности.
  
— Мистер Лэнгли, — ответила я, вставая и протягивая руку. — Очень приятно с вами познакомиться. И да, предстоит много подготовки перед стартом предсезонки.
Он вошел в офис, оглядывая все слишком оценивающим, слишком острым взглядом. Я сразу поняла — это был маневренный ход. Он заставил меня стоять с протянутой рукой, не торопясь отвечать. Мне стоило огромных усилий не закатить глаза и сохранить вежливую улыбку, когда он, наконец, пожал мою руку, сжав ее так, будто мы проводили тест на силу хвата.
Я уважаю крепкое рукопожатие, как и любой другой человек. Но если ты сжимаешь руку другому настолько сильно, будто компенсируешь что-то, это уже перебор.
Его челюсть дернулась, когда я не дрогнула и не уступила, но он все же отпустил руку, и я вернулась на свое место.
«Ты пытаешься сохранить работу, Ари, а не потерять ее».
— Понимаю, почему Далтон так много о вас говорит. Очень преданная. Упорная, — Слова звучали как комплимент, но что-то в них резануло, будто скрытая язвительность. — Немногие здесь проявляют такую трудовую дисциплину. Это… освежает.
Я сохраняла нейтральное выражение лица, но внутри почувствовала легкое беспокойство. Далтон никогда плохо не отзывался о своем отце, и команда в целом не говорила о мистере Лэнгли вообще, так что у меня не было причин держать оборону.
Тем не менее… тревога поселилась в груди, и я знала, что лучше не игнорировать свою интуицию.
Что-то подсказывало мне, Винсент Лэнгли не из тех, кто просто так наведывается в кабинеты сотрудников. Я проработала здесь три недели, и он ни разу не удосужился встретиться со мной.
Я ожидала вызова к нему в офис после ситуации с отделом кадров, или хотя бы после того, как разлетелись слухи о наших с Далтоном отношениях.
Но ничего не было.
И вот он явился сейчас?
— Спасибо. Мой приоритет — обеспечить команде наилучшую поддержку вне льда, чтобы они могли показывать максимум на льду.
— О, безусловно, — кивнул он, прислоняясь к краю моего стола слишком близко. — Это достойно уважения, правда. Вы напоминаете мне меня самого: решительность, стремление доводить все до конца.
Под обаянием, которое он резко усилил, я почти задохнулась, когда он посмотрел на меня сверху вниз.
Что, черт возьми, здесь происходит?
— Спасибо, сэр. Для меня честь быть частью команды «Десперадос» и показать, что я могу дать этой команде.
Слабая улыбка скользнула по его губам, в глазах блеснул хитрый огонек. Этот человек чего-то хотел, и теперь я полностью перешла в режим обороны.
— Знаете, я не был уверен, но думаю, неплохо, что Далтон так к вам привязался, — усмехнулся он, как будто это была какая-то внутренняя шутка. — Ему не помешает тот, кто напомнит, что такое настоящая работа и сосредоточенность.
Моя спина выпрямилась сама собой при этом двусмысленном комплименте, но лицо я старалась сохранить максимально нейтральным. Он проверял, скажу ли я что-нибудь по поводу того, как он говорит о своем сыне? Или он просто мудак?
Скорее всего — и то, и другое.
— С уважением, мистер Лэнгли, но думаю, ему не нужно никаких напоминаний с моей стороны. Далтон один из самых трудолюбивых людей, с кем мне доводилось работать. Он прирожденный лидер, и его преданность делу вдохновляет. Вам стоит гордиться.
В последней фразе прозвучало чуть больше резкости, чем я планировала, поэтому я натянула свою самую милую улыбку, надеясь, что он этого не заметит. Потому что, как бы ни раздражал меня его тон, этот человек все еще держал мою карьеру в своих руках.
Его глаза прищурились, на мгновение треснула вежливая маска, но затем он быстро собрался, словно ничего не произошло. Смех, который он выдал, был таким фальшивым, что мне стало неловко.
— Конечно. Я всего лишь имел в виду, что Далтон всегда был… ну, склонен к определенным отвлекающим факторам, и я уверен, вы хотите для него и команды только лучшего. Вы же понимаете, как отношения могут все усложнить… — его слова повисли в воздухе.
Возможно, я перечитала слишком много книг про мафию, потому что то, как он это сказал, заставило меня почувствовать, будто мне только что завуалированно пригрозили.
— Не волнуйтесь, мистер Лэнгли. Наши отношения не помешают нашей работе.
Он кивнул, но по виду было ясно — ответ его не удовлетворил.
— Это бывает непросто — удержать баланс. Эмма справлялась великолепно. Она была… та еще женщина. Вы же знаете все о Далтоне и Эмме, верно?
Жар разлился по шее. Отец Далтона точно мудак.
Я сжала челюсть, изо всех сил стараясь не ляпнуть, насколько мерзко с его стороны сейчас вспоминать бывшую своего сына. Хотя, ему и не надо было это слышать, он прекрасно знал, что делает. Самодовольная ухмылка на его лице светилась, как неоновая вывеска с надписью — «виновен».
— Да, мы виделись, кстати. Я дала ей совет по зрению.
— Она была идеальна для него, — продолжал он, будто я ничего и не сказала. — Эмма понимала хоккейный мир, ведь она была успешной спортивной журналисткой. Всегда на трибуне, в его футболке, знала, как вести себя перед прессой. Конечно, высокая, красивая… Они отлично смотрелись вместе.
Он бросил на меня взгляд, оценивая реакцию. Но если он надеялся увидеть слезы или сомнение — он выбрал не ту женщину.
— Ого. Значит, она действительно сильно облажалась, если ваш сын не захотел быть с такой идеальной.
Я незаметно показала ему средний палец под столом.
Он кашлянул, явно не ожидая, что я не развалюсь от неуверенности. Часть меня даже хотела узнать, что бы он сказал, если бы я сникла и начала себя жалеть. Неудивительно, что он так обожал Эмму, они с ней, похоже, были из одного теста, судя по тому, как обращались с людьми.
— Да, ну, я просто хотел предупредить. СМИ ее обожают. Она — одна из них. Все любили смотреть на Эмму и Далтона, и, скорее всего, начнут сравнивать вас, как только вы появитесь вместе завтра.
Чушь. Он не ради благородного предупреждения ее вспомнил.
— Спасибо за информацию, мистер Лэнгли, — произнесла я ровно и спокойно. —Но я уверена, что справлюсь с любыми сравнениями. Как женщина в мужской среде, я научилась не обращать внимания на подобное и полагаться только на свои силы. А если честно, мнение, которое для меня действительно важно — это мнение Далтона.
Его улыбка замерла на долю секунды, прежде чем он кивнул, и его собранная маска чуть-чуть подернулась.
— Х… хорошо. Рад это слышать. Если вам понадобятся ресурсы или дополнительная поддержка, просто скажите. Мы заботимся о своих.
— Спасибо, я учту, — ответила я вежливо, хоть и почувствовала, что за этим предложением тянется целый клубок условий.
— Я, конечно, буду на Медиа-дне, — добавил он, поправляя пиджак. — С нетерпением жду, как вы с Далтоном себя проявите. Теперь вы часть семьи «Десперадос», мисс Контрерас. Уверен, вы нас достойно представите.
Я встала, кивнула, не рискуя снова пожимать ему руку.
— Обязательно.
Я встретила его взгляд, пока он окончательно не оценил меня, а затем развернулся и вышел прочь.
Тишина снова заполнила кабинет, и я с облегчением выдохнула, чувствуя, что наконец могу думать ясно.
  
Вот же наглость — приплести бывшую Далтона.
Все это общение ощущалось как тест на уязвимость. Если он думал, что я развалюсь при одном упоминании высокой блондинки, которая ведет себя как стерва, то он явно не знал, с кем имеет дело.
Блять, мне срочно нужно что-то потягать.