Дикая птица

Рогнеда обвела взглядом зал. Все здесь только и делали, что проигрывали. В кости, в карты, в городки.
– Я попал, я же попал! Почему фигура не упала?! – вопил мужик, размахивая палкой над «городом» из деревяшек. А Рогнеда заметила за его спиной одноглазого чародея, который, судя по всему, владел чарами воздуха и не давал «городу» рухнуть даже тогда, когда по нему честно попадали палкой.
– Значит, не попал, – хихикнул одноглазый. – Деньги давай! Кто следующий попытает счастье и продемонстрирует меткость?
– А по-моему, ты плут! – мужик занёс над чародеем палку.
– Охрана! – завопил одноглазый.
Рогнеда, не желая быть втянутой в драку, поспешила вглубь комнаты к ещё одной двери. На этот раз чёрной. Но тут ей преградили путь.
Роза – распорядительница игорного дома – шла навстречу, раскинув руки. Высокая, широкоплечая, в синей мужской рубахе и красных шароварах. Короткие каштановые кудри едва прикрывали уши с массивными золотыми кольцами, на запястьях звенел десяток золотых браслетов.
– О, какая редкая птица залетела в наши края. Рогнеда! – она растянула губы в широкой улыбке. – Пришла очередное колечко заложить?
Рогнеда скривилась.
– Сегодня я по другому делу, – ответила она, а Роза со всей силы хлопнула её по плечам так, что ноги подогнулись. Глаза Розы сверкнули.
– Княгине Чароградской больше не нужны деньги? – гоготнула она, перехватывая ладонь Рогнеды и целуя пальцы с перстнями. – Али благоверный твой подарки дарить перестал?
Рогнеда высвободила руку и вытерла о юбку.
– Не твоего ума дело. Сегодня есть бои?
Роза шутливо пригрозила ей пальцем с длинным острым ногтем.
– Решилась-таки поучаствовать? С твоими талантами, быстро…
– Так есть или нет?
Роза схватила Рогнеду за подбородок и приблизилась почти вплотную.
– Если бы не твоя милая мордашка, я бы за такой тон уже выпустила тебе кишки, – процедила она.
– Дёрнешься, и кишки тебе выпущу я, – огрызнулась Рогнеда. Роза вздрогнула и удивлённо перевела взгляд вниз. Острое, почти невидимое лезвие из плотного воздуха вспороло ей рубаху на животе и дрожало у самой кожи, обдавая холодом.
Роза внимательно посмотрела на Рогнеду, плечи её задрожали, и распорядительница расхохоталась.
– А ты умеешь удивлять. За это я тебя и люблю! – она сжала подбородок сильнее, позволяя ногтям впиться в кожу, и хотела было сказать что-то ещё, но не успела.
– Всё в порядке? – знакомый голос заставил поморщиться. Вот леший, его ещё тут не хватало. Роза разжала пальцы, отпуская Рогнеду, и та неторопливо обернулась.
– Дарен, – она выдавила кислую улыбку. – Вижу, тебе уже лучше.
– Твоими стараниями, – Дарен подарил ей не менее кислую улыбку. – У тебя всё, – он перевёл взгляд на Розу, – хорошо?
Роза прыснула и, звеня браслетами, скрестила руки на груди. С балки на её плечо спрыгнул чёрт и, обвив хвостом шею, взялся маленькими лапками за серьгу в ухе. Роза недовольно дёрнула головой, но прогонять духа не стала.
– Так ты сегодня не одна? – вскинула брови она.
– Впервые его вижу, – бросила Рогнеда и, не прощаясь, прошла мимо, надеясь затеряться в толпе. Роза позади снова расхохоталась.
Рогнеда не посчитала нужным обернуться.
– Не думал, что ты завсегдатай таких… мест, – Дарен догнал её почти сразу.
– Да? Могу сказать тебе то же самое. Как ты вошёл? Только не говори, что просто угадал пароль.
– А ты?
– Я первая спросила.
Дарен недовольно вздохнул, но всё же ответил:
– Я пару лет назад выручил одного человека, он меня и провёл. Я здесь впервые.
– Конечно, – усмехнулась Рогнеда. Не потому что не верила, а потому что хотела поддразнить.
– Это правда.
– Не сомневаюсь.
– А ты как прошла?
– Не твоего ума дело, царевич. Иди лучше в картишки сыграй.
Дарен вдруг развернулся и преградил ей путь. Рогнеда едва успела остановиться, чтобы не врезаться ему в грудь от неожиданности.
– Я сюда не развлекаться пришёл, к твоему сведению, – серьёзно сказал Дарен.
– Какое совпадение, я тоже. А теперь прошу меня простить, царевич, – Рогнеда выдавила подобие вежливой улыбки, обошла его и продолжила идти к заветной чёрной двери в конце зала. – Но мне надо найти своего убийцу, пока он не преуспел.
  
– Значит, мы тут по одной и той же причине. – Дарен не отставал.
Рогнеда бросила на него насмешливый взгляд.
– С каких пор ты обо мне беспокоишься?
Издевательский тон не смутил Дарена.
– Говорил же, смерти ты не заслужила. Да и этот негодяй оказался достаточно глуп, чтобы покуситься и на мою жизнь. Не привык спускать подобное с рук.
Рогнеда усмехнулась. Отлично, не помнит, что она сболтнула ему про птиц, яд сработал как надо. Ну, почти.
– Очень мило с твоей стороны, – Рогнеда повернула дверную ручку, и они оказались в огромном тёмном помещении, полном людей.
В центре зала в пятне красного света, который испускал подвешенный под потолком осколок камня-багреца, располагалась круглая арена. Люди сгрудились вокруг неё, звенели голоса и монеты.
– Последний шанс сделать ставку! – кричал мальчишка в дырявой шапке. На шее у него висела деревянная коробка, в которую люди кидали деньги, а взамен монет он раздавал клочки пергамента. – Не стесняемся! Кто победит? Великан или Серая Бестия? Не упустите свой выигрыш, сделайте ставку!
На арену вынесли две огромные клетки, в которых метались, кидались на прутья, рычали и скулили псы. Один был чёрный, лохматый, усыпанный шрамами, а второй подозрительно походил на волка.
– И почему Гвардия не прикроет это место? – пробормотал Дарен, останавливаясь.
– Потому что всё законно, – Рогнеда пожала плечами. – К тому же игорные дома вроде этого платят очень щедрые налоги в царскую казну.
– Одно дело облапошивать дураков в карты, но это… – Дарен кивнул на клетки. Лицо его стало бледным.
– Контролировать сознание людей и нечисти запрещено. Про собак и других мелких животных, насколько мне известно, в законе ничего не сказано. Пока они не вредят людям, разумеется.
– Чтобы контролировать чей-то разум, надо быть чернокнижником. А поклоняться Чернобогу значит преступать закон.
Рогнеда в ответ фыркнула.
– Глупости. Чтобы использовать силу Чернобога, не обязательно ему поклоняться. Он того и не требует. Можно просто взять то, что он даёт, и использовать по-своему. Быть может, даже на благо. Можно, например, спасать невинных, пользуясь даром тёмного бога. За это тоже стоит казнить?
– Если таков закон, – ответил Дарен, впрочем, уже не так уверенно.
– Законы несовершенны, царевич.
– Не тебе это решать.
– А кому? Тебе? – Дарен замешкался с ответом, и Рогнеда продолжила: – Законы несправедливы и защищают тех, кто их придумал. Тех, у кого власть, даже если они этой власти недостойны. Особенно, если они её недостойны.
Дарен нахмурился, глядя на неё настороженно.
– А достойна ли та княгиня, из уст которой льётся такая крамола?
Рогнеда выдержала его взгляд и лишь пожала плечами в ответ.
На арену вышли двое мужчин. Один высокий и лысый в чёрном плаще, другой – маленький, с длинной бородой до колен. Они встали каждый у своей клетки и приветственно замахали толпе.
Толпа встретила их возбуждёнными криками. Затрубил рог, и мужчины синхронно ударили сапогами по клеткам. Дверцы распахнулись, но псы не торопились наружу, наоборот, забились в дальний угол, скуля.
Мужчины сели на пол и закрыли глаза. Задрожали всем телом, и в следующий миг псы выскочили из клеток. Пёс лысого – большой и серый, тот, что напоминал волка. Серая Бестия – догадалась Рогнеда. Значит, чёрный и лохматый пёс бородача – Великан.
Псы скалились, рычали, но не торопились нападать – ходили по кругу, изучая друг друга.
Толпа нетерпеливо гудела. Она хотела крови. И псы не заставили их долго ждать. Бестия кинулся на Великана. Пёс метил точно в шею, но Великан успел отскочить, с неожиданной для собаки его размеров прытью. Великан обежал клетку и изо всех сил пнул её в сторону противника, но Бестия ловко увернулся и снова пошёл в наступление. Великан, кажется, только этого и ждал. Пропустив Бестию мимо, он перекатился влево и тут же прыгнул на спину противнику. Острые клыки впились в загривок. Пёс заскулил, а лысый мужик, хозяин пса, закричал.