Развод. Чужая родная дочь (СИ)

- Я - твой, Оля. И у меня все серьезно, поняла?
- Но твоя жена…
- Я - твой. Запомни. Остальное обсудим потом.
И эти слова окончательно срывают предохранители. Я доверяюсь этому мужчине.
Меня перетряхивает с головы до ног от волны острого нестерпимого желания.
- Ты дрожишь. Замерзла?
Отчаянно мотаю головой, и с губ срывается тихое, отчаянное: «Хочу».
Я сама тянусь к губам Натана, растворяясь в нем. Провожу ладонями повсюду, оставляю глубокие отметины от ногтей, что только сильнее раззадоривает мужчину.
  
- Дикая, - ухмыляется, стягивая с меня майку. Куда-то исчезает его рубашка. Прижимаемся кожа к коже, сливаемся воедино. Остро, на грани. Он врывается в мой рот нагло, жестко.
А мне этого мало.
Я теряюсь в ощущениях, в каждом прикосновении. Раскрываюсь для него, отдавая себя всю без остатка.
И Натан берет.
Из легких вырывается хрип, и я выгибаюсь в сильных и умелых руках. Горячие губы Петранского исследуют шею и спускаются ниже, оставляя дорожку отметин, а у меня раз за разом срывается с губ его имя.
Я почти выпадаю из реальности от ощущений, лишь стону в кулак, чтобы, не дай Бог, не разбудить девчонок. Натан набрасывается на мои губы и собирает все стоны. Целует сладко, медленно, до головокружения.
- Мне надо в душ, - бормочу на краю сознания, обессиленная его напором.
- Потом, - отзывается лениво. - Сейчас не хочу никуда тебя отпускать…
- Одеяло…
- Что?
- Нужно укрыться, - бормочу, отчаянно борясь со сном и негой. - Вдруг девочки…
Натан понимает с полуслова, и в следующий момент меня укутывает в кокон. Мужчина крепко прижимает к себе со спины и целует в плечо.
- Что случилось? С чего ты…
- Тшшшш, - снова поцелуй в плечо, от которого все переворачивается внутри, и так сладко ноет сердце. - Завтра. Мы поговорим обо всем завтра. Сегодня я хочу просто тебя любить. Я так долго этого хотел…
  
Глава 47
 
Оля
Сон сходит с меня медленно. Впервые за последние лет пять, наверно, я просыпаюсь спокойная, отдохнувшая. Выспавшаяся! Чудо, не иначе! И это несмотря на то, что мы спали от силы часа три.
А причиной моего умиротворения и тихого счастья банальна - мужчина и его нежность и любовь, которыми он меня одаривал всю ночь. Столько комплиментов, сколько шептал мне Натан, я не слышала за все десять лет брака. Не остался ни один сантиметр моего тела, которого бы не коснулись губы Петранского.
Осторожно разворачиваюсь в его объятиях и при мягком рассветном свете разглядываю лицо Натана. Даже во сне он улыбается, находит меня и подгребает под свой бок. Глубоко вдыхаю запах его кожи, и в который раз у меня кружится голова. От счастья и неверия, что этот мужчина здесь, рядом со мной. От этого осознания хочется кричать. Но я, чтобы никого не разбудить, улыбаюсь, наслаждаюсь и напитываюсь каждым мгновением.
Осторожно убираю упавшую на лоб Натана прядь волос и не удерживаюсь - провожу пальцами по щеке и губам.
Соблазн остаться и расслабиться в руках мужчины очень велик, но я выпутываюсь из тисков и сбегаю в ванную. После больницы Катюша встает рано, я бы не хотела, чтобы они с Алисой увидели нас в одной постели. Это…слишком.
Слишком быстро. Слишком зыбко и непонятно.
Что вчера такого случилось, что Натан набросился на меня с порога? А как же его жена? Как же ребёнок, который скоро родится?!
Или…
Господи, неужели случилось страшное, и он просто пытался со мной забыться?!
Самые разные, противоречивые мысли просто раздирают голову. Чтобы немного утихомирить их и привести себя в чувство, включаю воду попрохладнее. Привожу себя в порядок, надеваю домашний костюм с шортами и футболкой и иду на кухню.
По привычке достаю овсянки и яиц на две порции, но потом вспоминаю, что у нас гости, и достаю ещё на две. Убираю сковороду с готовой яичницей в сторону и подпрыгиваю на месте, когда сильные руки обвивают мою талию, а Натан упирается подбородком в мое плечо. Прикусываю язык, чтобы не закричать от испуга.
- Натан, разве так можно?! - начинаю шипеть, но мое возмущение быстро превращается в стон удовольствия, когда мужские губы оставляют дорожку горячих поцелуев на моей шее, а шаловливые пальцы проводят по низу живота.
- Не нравится? - шепчет, очерчивая языком местечко, где бешено колотится пульс. - А так? - прикусывает мочку уха.
- Боже, - прикрываю глаза и откидываю голову мужчине на плечо.
В коридоре слышится шлепанье двух пар босых ножек, и спустя секунду в ванной журчит вода.
Отпрыгиваю от Натана в сторону и торопливо привожу себя в порядок. Вот только без толку: мне кажется, любой поймет, чем мы тут только что занимались.
- Дети…Они могут увидеть…
Петранский насмешливо вздергивает бровь.
- И вообще…
- Что?
- Я…. Господи, - растираю лицо ладонями. Решаю не откладывать неприятный разговор в долгий ящик. - В общем, если ты вчера хотел со мной забыться и просто провести время, то…
- То что?
Вскидываю голову и дерзко заглядываю в лицо Натану. Он мгновенно становится серьезным, недовольство проскакивает на его лице.
Петранский подходит вплотную. Приподнимает мое лицо за подбородок, прожигая взглядом душу. Ставя клеймо.
- Если ты сейчас, Оля, скажешь, - начинает вкрадчиво, - что наша ночь была ошибкой, то я тебе дам по заднице.
И, словно в подтверждение этих слов, его широкая ладонь опускается на мою ягодицу.
- Я просто…не понимаю…А как же ребёнок? Жена?
- Больше не помеха.
Эта простая фраза вроде бы должна меня обрадовать, но имеет обратный эффект.
- Ты можешь объяснить всё нормально?! Почему я все из тебя клещами должна вытягивать?!
- Извини. Просто я, когда на тебя смотрю, больше ни о чем другом думать не могу, - Натан проводит ладонью по лицу, чешет в затылке и отходит к окну. - Развод с Марьяной - вопрос решенный, Оля. И я хочу, чтобы мы больше к нему не возвращались.
Смотрю во все глаза и медленно киваю. Вроде бы и должна радоваться, но в то же время вспоминается Анфиса, которая сейчас строит семью с моим бывшим мужем. Мне ли не знать, что на несчастье счастья не построишь?...
- Ты думаешь, я - подлец, да? - усмехается, когда я снова медленно киваю. Как привороженная. Хотя, иногда мне кажется, что так оно и есть. Слишком быстро и резко у нас все закрутилось с Петранским. - Иди сюда.
Натан обнимает меня двумя руками, бережно прижимает к себе.
- Все это время жена врала мне. Это не мой ребёнок.
- Что?
- У Марьяны все это время был любовник. Ее гинеколог. Да, звучит пошло, - кривится, как от зубной боли. - Но вот так. Это он подменил результаты анализов по указке моей жены. Ей были нужны только мои деньги. И она даже готова была лишить ребёнка родного отца, лишь бы не потерять «кошелек».
- Не верю…Не верю, что это возможно.…
- Увы, невероятно, но факт. Есть ещё кое-что.
- Что?
Натан достает из кармана спортивных штанов сложенный вчетверо лист и протягивает мне.
- Этот гинеколог подменил и первые наши анализы. Оль…Катя - моя дочь.
Мир разбивается на осколки. Его слова вышибают весь кислород из легких, и меня начинает трясти.
Да, я все для себя решила. Катюша - моя дочь. Моя, и точка!
Но…теперь меня снова мучает вопрос: что же стало с той, другой девочкой? Ту, которую я так долго и тяжело рожала? Где она, что с ней?
- Получается, Алиса и Катя - сестры? Двойняшки?
Натан кивает.
- Поэтому их так тянет друг к другу…С самого начала, - ошарашенно бормочу, глядя в пустоту перед собой. Всю левую сторону груди печет, ломает от боли. Каждый вдох - пытка. Каждая мысль - атомный взрыв. 
  
- Да. Как и меня к Катюшке.
- И они так похожи…Но где тогда моя девочка, Натан?
  
Глава 48
 
Оля
- Оль…
На кухню вбегают Алиса и Катя, держась за руки, и Натан вынужденно замолкает. От такой простой и в то же время трогательной картины и натянутых до предела нервов у меня ручьем льются слёзы, и я спешу отвернуться.