Развод. Чужая родная дочь (СИ)
Марьяна снова принимается рыдать.
- Игорь был ошибкой! - роняет лицо в ладони и так отчаянно воет. - Одной-единственной ошибкой! Я тебя люблю! Я думала, что…ну…когда увидишь малыша, ты полюбишь его, потому что он от меня…
- Самое частое женское заблуждение, - выдыхаю в потолок, пряча ладони в карманы брюк. - Мужчины любят детей, неважно, своих или чужих, только от любимой женщины. А нелюбимая даже родным удержать не сможет. Меня так точно.
- Неправда, - мотает головой, резко садясь и пытаясь встать на ноги. Морщится, хватается за живот, но все равно идет, становясь почти вплотную. - Я полюбила сначала тебя. Серьезного, умного, красивого, привлекательного. Такого сильного, - ведет пальцем по груди, опасно приближаясь к ремню. Перехватываю ее руку и заставляю ее повиснуть вдоль тела. - А твое финансовое состояние - лишь приятный бонус.
- Вот снова ты врешь, - усмехаюсь, глядя в наглые глаза. В них - ни тени раскаяния. Лишь море лжи и лести, которую Марьяна готова щедро лить мне в уши. - Ты даже от дочери моей пыталась избавиться, чтобы не делить с ней мое финансовое состояние. Хотя я ни разу за эти годы ни в чем тебе не отказал. Любая прихоть, любое желание, любая сумма…Но тебе и этого оказалось мало.
- Прости…Пожалуйста…Что я должна сделать? На колени встать? Отказаться от ребёнка? Давай уедем и начнем все сначала?
- Как у тебя все просто…Я не то, что простить… Смотреть и находиться с тобой в одном помещении не могу…
- Просто дай мне ещё один шанс, - жена воет, скуля и хватаясь за мою руку.
- Прекрати, - выдергиваю и отхожу на шаг назад. - Подумай хотя бы о ребёнке. Он же не виноват, что у него такая никчемная мать. Хотя бы о своем подумай и прекрати истерить.
Марьяна замирает. Глаза вспыхивают пониманием.
- Ты не представляешь, каких усилий мне стоит не придушить тебя голыми руками.
- Натан, - отшатывается. Ее начинает мелко трусить, и я всерьез опасаюсь за ее здоровье. Хватаю за предплечье и усаживаю на кровать.
- Ты понимаешь, что ты натворила, Марьяна? Если я дам отмашку своим юристам, поверь, они вывернут это дело наизнанку так, что тебе пришьют покушение на убийство!
- Что?! Я никого не хотела убить! Никого, слышишь?! Я просто не хотела тебя терять! Я не хотела, чтобы ты ушел к этой! К матери Кати!
- Дура! - взрываюсь так, что, кажется стекла дребезжат. - А если бы донор не нашелся?! А если бы я не успел?! Ты понимаешь, что моя дочь могла умереть?! А ты ради сраных бабок подменила результат теста ДНК! Какая же ты конченная идиотка!
- Прости…Пожалуйста, простииии…
Наклоняюсь и нажимаю кнопку вызова медперсонала. Я сказал все, что хотел, и поэтому молча направляюсь на выход.
- Натан! - без пяти минут бывшая жена взрывается в крике отчаяния.
Оборачиваюсь, смеряю взглядом эту жалкую женщину.
- Твой доктор нормальный мужик. Правильный и честный. Любит тебя до безумия. Собери остатки мозгов и не упусти его. Ты же сама говорила: ребёнок должен расти в полной семье. Так не лишай отца хотя бы этого. Конечно, это не тот уровень дохода, к которому ты привыкла, но кто знает… Может, твое «да» простимулирует его к новым высотам. Подумай.
- Натан! Не бросай меня, прошу.…
- Надеюсь, ты успокоишься, все обдумаешь и дашь мне развод. Потому что лучше на свободе и с небольшим содержанием, чем клеймо на всю жизнь в виде тюремного срока. А я устрою тебе это, Марьяна. За своих детей я порву и уничтожу.
Пропускаю медсестру в палату, коротко киваю всем присутствующим на прощание и наконец покидаю больницу.
Сажусь в машину, завожу мотор и, даже не прогрев его, трогаюсь с места.
Скорее, к моим девочкам.
Глава 46
Оля
Вздрагиваю и резко сажусь. Растираю лицо ладонями и обнаруживаю, что не заметила, как уснула прямо на диване. Улыбаюсь, сжимая плед: заботливые девчонки укрыли меня и дали отдохнуть.
В квартире царит абсолютная тишина, только слышно, как капает вода с крана на кухне. Взволнованная, подскакиваю на ноги, срываюсь в комнату и замираю, прислонившись к косяку.
Девчонки так трогательно спят, прижавшись друг к другу, обнявшись и держась за руки, что невозможно смотреть на эту картину без слез счастья и улыбки. Я очень рада, что у Катюши появилась такая близкая подружка. В конце концов, как говорит Мира, сестрами не всегда рождаются, чаще ими становятся
Осторожно накрываю девчонок тем самым пледом и выскальзываю из комнаты, прикрыв за собой дверь. Прохожу мимо зала и замираю, заслышав вибрацию телефона. Но она раздается издалека, как будто вообще у соседей сверху.
Показалось?...
Но уже в следующую секунду понимаю, что нет.
Кидаюсь на звук и пытаюсь отыскать мобильный. Совершенно не помню, куда его засунула. Наконец нахожу под подушкой и торопливо провожу по зеленой кнопке.
- Алло?
- Дверь открой, - раздается короткий приказ, и я скорее спешу в коридор.
Торможу перед зеркалом, цепляясь за свои порозовевшие щеки и бешено сверкающие глаза. Поправляю растрепанные волосы, резко выдыхаю весь воздух в легких и отщелкиваю замок.
За дверью Натан. Уставший, вымотанный, с растрепанными волосами в небрежно наброшенном пальто и расстегнутой рубашке. Но все равно такой красивый. Меня накрывает неожиданное желание обнять и прижаться к нему. Оно настолько сильное, что начинает кружиться голова.
Петранский молчит и медленно скользит по мне взглядом, оставляя ожоги в местах «прикосновений».
Все также молча переступает порог и привлекает к себе. Одной рукой крепко прижимает, как будто я могу хоть куда-то сбежать, а второй нежно, едва уловимо касается щеки и гладит скулу.
- Ты не представляешь, как я соскучился, - хрипит, обнимая мое лицо ладонями.
- Тебя не было всего несколько часов…
- Это все равно ужасно много.
Вспыхиваю от такого внезапного и откровенного признания и прикусываю губу.
Натан реагирует мгновенно.
Проводит по ней большим пальцем, высвобождая из плена. Наклоняется и медленно, тягуче проводит по ней языком.
- Натан…, - срывается на выдохе. Сердце делает кульбит и срывается в галоп.
И этого оказывается достаточно, чтобы мужчина потерял контроль.
Я успеваю только глотнуть воздуха, как на меня обрушивается жадный поцелуй. По телу проносится волна дрожи, когда ладони уверенно проводят по спине, замирая на пояснице, на границе приличия. От жадных собственнических поцелуев и уверенных, сводящих с ума прикосновений мне окончательно сносит крышу, и я теряю связь с реальностью.
Остаются лишь желания: касаться, целовать, брать, отдаваться без остатка и… любить. Забыв на несколько волшебных минут про его жену, про ребёнка и про то, как я буду себя ненавидеть.
Но это будет после. Позже.
А сейчас касаться и принадлежать Натану становится просто жизненно необходимо.
Привстаю на носочки и возвращаю ему поцелуй, слегка прикусывая нижнюю губу. Его сильная ладонь чуть хлопает меня по ягодице, и я не могу сдержать улыбки.
- Охрененная…Такая отзывчивая…
Натан подталкивает меня к залу, по пути сбрасывая обувь и пальто. Роняет на диван, нависая сверху. Прикусывает мою шею, заставляя крупно вздрогнуть всем телом от предвкушения.
- Красивая….
- Натан…
Внизу все пульсирует от желания. Настолько сильно, что я сама впервые готова наброситься на мужчину. Густо краснею и замираю от подобных мыслей.
Я хочу Натана. Но в то же время боюсь. Боюсь себя отпустить. Это неправильно! Он чужой мужчина! Не мой!
Вспоминаю о возможных последствиях нашей связи и зажимаюсь. Вовремя цепляюсь взглядом за обручальное кольцо и пытаюсь выпутаться.
Но Натан не позволяет.
Заводит мои руки за голову. Целует, оставляет метки на моем теле, касается губами везде, куда только может дотянуться.
- Оля, посмотри на меня.
Натан заставляет повернуть голову. Встречаюсь с темными омутами, полным желания.
И я понимаю, что лечу в бездну. Что уже не смогу остановиться, несмотря на все свои внутренние установки.