Трофей для Хищника (СИ)

А когда Леша привозит меня в поместье, я вижу у ворот незнакомую машину. Гелендваген с красивым номером АУТ 007. Мой провожатый ведет себя совершенно спокойно, так что и я не паникую. Даже интересно, кто пожаловал.
Леша оставляет меня у дверей дома и возвращается в свой поменьше. Захожу. В гостиной сидит средней комплекции спортивный мужчина с коротким ежиком мелированных волос. У него плутоватый взгляд и глаза такой формы, что кажется, будто они постоянно улыбаются. Он сначала замирает в удивлении, видя меня, а потом прищуривается.
— А ты, стало быть, Эльвира? — спрашивает он. — Теперь, понимаю, почему Игорь отказался от карьеры холостяка.
 48 
— Я Эльвира, да, помощница Игоря, — скрещиваю руки на груди и делаю пару шагов в гостиную. — А вы кто?
— Я Юрий, — добродушно отвечает он. — Друг Игоря. Он недавно здорово выручил меня в Москве. Я освободился и приехал поблагодарить. А его и нет, говорят?
— Да, все верно, — отвечаю сдержанно. Мне не нравится этот Юрий. Пугает его напускная доброжелательность. Как волк в овечьей шкуре. — Вы можете оставить сообщение мне, я ему передам.
— Нет у меня сообщений, — Юрий втыкает в меня острый взгляд. — Когда появятся проблемы, обращайся.
Он протягивает мне визитку и уходит. Золотые буквы на бордовом фоне, бумага как бархатная в рубчик. «Юрий Мальцев. Консультант по ведению бизнеса». Ниже телефон. Не Питерский. Ну и ладно. Интересно, он о тех самых проблемах говорил? Когда появятся потерявшие Игоря партнеры?
Я так утомилась за сегодня, что даже не иду есть, поднимаюсь на второй этаж и, приняв душ, засыпаю.
А утром, проснувшись так же в семь утра, сразу иду проверять, не приехал ли Игорь, хотя уже догадываюсь, что его не будет. Естественно, кровать снова стоит заправленная, как вчера.
Пока завтракаю, Людмила со мной вообще не говорит. Обиделась, видимо. И плевать. Из больницы наконец приходит сообщение, что тело можно забирать, справка готова.
День проходит так же муторно, как вчера, однако освобождаюсь я раньше, как только договариваюсь о том, во сколько приедет катафалк. Приходится купить в ритуальных услугах и привезти в морг одежду для Михаила Павловича. На этом приготовления к похоронам заканчиваются. Остается только организовать поминки, так, вроде, это называется? Но поминать же надо с кем-то, а пока даже появление Игоря на похоронах не предполагается.
Ближе к вечеру решаюсь написать ему сообщение с вопросом о том, нужно ли устраивать поминки. Ответа закономерно не получаю. Раздражает и одновременно тревожит. И печалит. Я уже истосковалась.
***
Пятница для меня начинается до будильника. Просыпаюсь с тревогой на душе. Вроде ничего не произошло, а внутри мандраж, будто должно случиться что-то плохое. И весь день, как назло, ничего не происходит. То есть, совсем ничего. Я знаю, что завтра с самого утра у меня начнется горячая пора, когда я буду контролировать ход похорон, но пока мне нечего делать.
Последний раз звоню менеджеру ритуального агентства, удостоверяясь, что все должно пройти как по маслу. Катафалк без моего участия заберет тело из больницы и привезет в крематорий к нужному времени. Мне и приглашенным надо прибыть уже на прощание к одиннадцати утра.
А потом в голове мелькает дикая мысль, и я решаюсь на отчаянную авантюру. Направляюсь к дому охраны, и мне навстречу, как и до этого, выходит Леша. Спрашивает, куда ехать, а я отвечаю уклончиво «в город», пока мы не выезжаем на трассу.
— Леша, я хочу, чтобы ты отвез меня к Игорю, — произношу твердо, заглядывая в зеркало заднего вида. — Ты наверняка в курсе, где у него еще одна берлога.
Он бросает на меня короткий взгляд, а потом делает глазами зигзаг вверх и вбок, как случается, когда мозг придумывает ложный ответ.
— Не надо мне врать, Леш, — включаю командный тон. — Просто отвези меня к нему и все. Это несложно.
— Он меня убьет, — отвечает он, качая головой, но звучит больше как для красного словца. — Я знаю, где он может быть, но сейчас соваться к нему — что поджигать тигру хвост. Самоубийство.
 
— Скажешь, что я пригрозила уйти, — бросаю как ни в чем не бывало. — Или устроить мне эту встречу, или помахать ручкой на прощание.
Леша втыкает в меня новый взгляд, в котором теперь читаются сомнения. Надо еще чуть поднажать.
— Все под мою ответственность, Леш, — подталкиваю его к нужному решению. — Я выгорожу тебя. Скажу, что Мальцев мне шепнул.
— Не ври, Малёк не знает, — мрачно поправляет Леша. — Я тебя отвезу. Если ты сможешь его вернуть в строй, всем будет проще.
Леша довозит меня до одной из четырех красивых стел на Пионерской, которые стоят на площади Мациевича. Я была здесь, и они мне запомнились Относительно новый дом, построенный, правда, когда меня не было даже в проекте. Машина тормозит у единственного подъезда самой ближней к проспекту высотки. Леша сообщает мне код дверного замка и номер квартиры. Квартира оказывается на самом верхнем этаже.
Поднимаюсь туда — пентхаус. На лестничной клетке всего две квартиры из положенных по плану эвакуации шести. Нажимаю на педальку звонка — за дверью раздается перезвон колокольчиков. И больше ничего. Тишина. Даже шагов нет. А вдруг с Игорем что-то случилось? Вдруг ему нужна помощь?
Звоню еще раз. Снова ноль реакции.
Тогда принимаюсь стучать в металлическое полотно руками. Наклоняюсь к дверному замку и отчетливо произношу туда, что это Эльвира, и я не уйду.
Так проходит минут пятнадцать. У меня уже болит ладонь. Но я пока не хочу сдаваться. Леша должен дожидаться меня внизу, но я не готова вот так уехать. Слишком рано. Я использовала не все способы.
Разворачиваюсь спиной и стучу в дверь уже каблуком. Злюсь и нервничаю все сильнее. Можно, наверное, вызвать МЧС, но у меня даже паспорта с собой нет, не говоря уже о том, что мне нечем обосновывать свое желание проникнуть в чужую квартиру.
Поворачиваюсь, кричу через дверь, что не уйду, и за спиной вдруг раздается раздраженный мужской голос:
— Еще чуть-чуть, и ты правда отсюда не уйдешь!
 49 
Оборачиваюсь почти в прыжке. Становится жутко. Кому-то, видимо, надоело слушать шум, который я создаю. Черт, вот же попала!
Мужик, вышедший из квартиры напротив, меня пугает до мурашек. Огромный, бородатый, страшный, со шрамом на щеке и татуировкой, которая тянет свои черные щупальца по его шее из ворота светлой мятой футболки и по рукам из-под рукавов.
— Ты чего устроила, дура? — амбал надвигается грозовой тучей. Чувство, что он сейчас разок меня стукнет, на том моя жизнь и закончится. — Не видишь, человека дома нет? Совсем с головой не дружишь? Орешь тут уже полчаса!
Хочется возмутиться, что и двадцати минут не прошло, но я понимаю, что время тут как раз играет последнюю роль.
Я пячусь от угрожающего мужика, пока не сталкиваюсь со стеной. Путь к лифту отрезан. В душе клубится паника.
— Чего притихла, коза? — продолжает распаляться звероподобный мужик. — Давай, иди еще подубась в дверь! Может, тогда мой сосед наконец материализуется из воздуха?
Складываю влажные ладони вместе и открываю рот, чтобы попросить прощения, как вдруг с громкими проворотами замка дверь квартиры Игоря открывается. На лестничную площадку выходит сам Игорь. В брюках и рубашке, но явно заметно, что он их все это время не снимал.
— Я дома, Валентин, просто спал, — рычит он со слабо сдерживаемой агрессией в голосе. — Оставь девочку в покое. Как я понял, ты чем-то недоволен?
Бугай мгновенно сдувается. Опускает плечи. А я проскальзываю в квартиру Игоря, стараясь не отлипать от стены. Выдыхаю, оказавшись в безопасной, хоть и темной просторной прихожей.
— Не, Игорь, все в порядке, — за спиной раздается бубнеж здоровяка. — Подумал, какая-то полоумная фанатка твоя… Мало ли. Извини.
— Вопрос исчерпан? — слышится строгий голос Игоря, хотя я смутно улавливаю в нем усталые нотки.