Сказ о Владе-Вороне (СИ)
— Погоди, — тот остановился, и Влад вынужденно тоже встал. — И отпусти.
Вернувшись назад на несколько шагов, Кощей прочертил факельным пламенем по полу, стене, потолку и снова стене линию, ведя рукой в направлении, противоположном движению Хорса.
— Как на море-окияне стоит остров да Буян; как на острове на Буяне стоит дуб зеленый с сундуком, на ветвях раскачивающимся. Как нет ходу туда никому из живых и из мертвых, так и эту границу неможно переступить, — быстро-быстро проговорил Кощей, пошатнулся, вовремя о стену оперся и добавил: — Пока горит факел сей, — и сразу же под ноги его кинул. Тотчас почернела проведенная им линия и пошла алыми и синими искрами.
Влад подошел к нему, снова закинул руку к себе на плечи.
— Теперь у нас есть минут двадцать, — прошептал ему Кощей. — Коли повезет.
…Подозрительный треск и шипение они расслышали уже через пять, если, конечно, Влад правильно отсчитал время по стуку собственного сердца. Подземный ход казался бесконечным.
«Может быть, он и вовсе не имеет конца и ведет по кругу», — подумал Влад, ужаснулся и отвесил себе мысленную оплеуху.
— А далече ли осталось? — спросил он. Зачем изводить себя понапрасну, когда рядом есть тот, кто здесь уже хаживал?
— Далече, птица моя, — откликнулся Кощей, — но ты не страшись, Моревне нынче дольше нашего бежать придется.
«Как так, если путь один?» — подумал Влад, но спрашивать уж не стал. Видно, в лабиринте этом бесконечном свои законы существовали. Гораздо сильнее беспокоил его мерно нарастающий гул позади.
Через некоторое время Кощей снова остановился, Владу в глаза глянул и приказал:
— Не мешай.
Тот и не понял поначалу, что Кощей задумал, а тот потянул меч из ножен у него на поясе, но так и не вытащил, приподнял лишь. Сверкнула в пламени факела стальная полоска. Кощей тотчас пальцами ее обнял и сжал.
Влад вскрикнул, словно меч его самого живьем резал, дернулся было, однако пуще плети стегнул его приказ:
— Стой, где стоишь!
Кощей обождал немного, второй рукой помог себе разжать пальцы, клинок стиснувшие, и направился в темноту, клубившуюся позади. Влад и хотел его сопровождать, но ноги словно вросли в каменные плиты, пол мостившие: не сумел ни шагнуть, ни даже просто пошевелиться. Что уж делал Кощей, какие произносил слова, осталось неизвестным; вернулся он, за стену придерживаясь и едва волоча ноги.
— Неужели не мог ты взять мою кровь? — спросил Влад, когда к нему возвратилась способность двигаться. За то, что Кощей сотворил, очень многое хотелось ему высказать, но оставил на потом: выберутся отсюда, в себя придут, тогда и успеют наругаться вдоволь и поссориться сызнова.
— Не мог, — ответил Кощей.
— Наши волхвы иной раз, когда нужно, жертвуют богам быков. Потому не говори, будто лишь твоя кровь возымела бы действие, — разозлился Влад.
— А я и не ваши волхвы, — заметил Кощей язвительно, — или не разглядел еще?
Влад хотел ответить ему, да вовремя язык прикусил. Совестно стало изможденному человеку выказывать недовольство. Кощей неведомо как шел вообще.
— Прав ты, Ворон мой… конечно же, прав, — проронил Кощей через десяток долгих шагов. — Вещий ты у меня, потому, не учась, очень многое на лету схватываешь. Вот бы еще разумом пользоваться научился — цены бы не было. Ведь не в том важность, чья кровь, а в том, что, пока могу, все сделаю, дабы защитить нас обоих. Я же, случись с тобой нехорошее, унести не сумею и сам вряд ли далеко уйду. А вот ты меня — да, потащишь, и верю, не бросишь. Иначе зачем бы пробирался в эту местность проклятущую.
Влад помолчал, губу прикусив почти до крови, лишь затем прошептал:
— Прости, — добавив: — Какой же я дурак… Куда уж мне до сказочных Иванов… Я хуже них в сто тысяч раз.
— Просто шибко молод ты еще, — ответил Кощей, — но я не жалуюсь.
Глава 10
Чернота впереди чудилась густой и плотной, живой, но так было уже несколько раз — Влад даже за меч хватался. Вот и сейчас все прошло без происшествий. Гул позади тоже как будто отступил. Повисшая тишина колебалась лишь от частого и сиплого дыхания — его и Кощея, который теперь опирался на Влада всем весом и, похоже, дремал на ходу.
— Запомни главное, — вдруг прошептал он. — Что бы ни случилось, в бой лезть не смей.
— Это еще почему?.. — спросил Влад и поморщился, наступив на острый камень. — Я тебе не дитя малолетнее и не девица с длинной косой, а воин.
— С Моревной тебе не совладать силой, как не удастся подобного вовеки ни одному смертному. Для того, чтобы противостоять ей на равных, бессмертным быть надобно.
— Потому как она смерть олицетворенная?
— Именно, птица моя, — усмехнулся Кощей. — Я, признаться, сильно удивлен, что ты морок ее скинул и меня выбрал.
— Зря удивляешься, — Влад тоже попытался улыбнуться, пусть криво и вымученно, но хоть как-то. Вряд ли сумел, однако Кощей почувствовал, фыркнул. — Прав ты был, когда рассказывал про Иванов, которым путь в Явь заказан. Сжег я там все мосты и возвращаться не горю желанием. А раз людской мир мне не интересен, то и Моревна не столь мила, как для других. Смерть не привлекательна для того, кто бессмертие выбрал.
Кощей хмыкнул, качнул головой и ничего не ответил.
Долго шли молча. Мрак будто бы поредел, но нигде так и не нашлось ни одного источника света — видимо, просто глаза привыкли. Через несколько поворотов образовался впереди перекресток. Словно по всем сказочным законам (а может, по ним и есть), тоннель троился, а в непосредственной близости вырос огромный — с высокого человека размером — сталактит, светящийся сиреневым и золотым. Правда, не содержал он никаких надписей.
— Налево пойдешь… — начал было Влад шутливо, но Кощей его одернул и прошипел почти зло:
— Вот именно налево нам и надобно. И на всех развилках — налево. Крепко запомни!
— Запомню… — пообещал Влад и закашлялся: горло перехватило предчувствие скорой беды. — Кощей…
— Хватит! — велел тот резко, Влад аж вздрогнул. — Слушай внимательно, Ворон, на ус мотай, а спорить не думай. У меня нынче каждое мгновение на счету, и точно не с руки на тебя время и силы тратить. Как настигнет нас Моревна, ты в сторону отойдешь. Сбежишь — винить не стану.
— Кощ…
— Не смей перечить! Слушай! Всегда налево сворачивай — ошибешься хоть раз, и блуждать тебе под землей сорок сороков.
Влад до крови губу прикусил и кивнул.
— В битву не лезь! Мне не выстоять. Ни без тебя, ни с тобой. Однако, если ты жив и на свободе останешься, шанс будет. Нет — погибнем оба. Я постараюсь ее задержать, оттеснить, а упаду — действуй как знаешь, беги один или со мной.