Граф (СИ)
— А его мост из воды?
— Понимаете, ваше величество, если есть меч, то есть и щит. Развеивание Магии — свиток дорогой, но эффективный. Вероятность далеко не сто процентов, так ведь и свитков можно несколько запасти.
— То есть, шансов взять крепость у герцога не было?
— Без Тихого были, ваше величество. Но пришлось бы завалить мясом. По моим прикидкам, не менее двух полков понадобилось бы списать. С архимагом в крепости количество солдат роли не играет, он поднял бы купол, а там магия против магии. Крушитель точно бы не потянул вскрытие купола.
— Но ведь имелся какой-то артефакт?
— Артефакт хорош, ваше величество, но вскрыть защитный купол, стоящий на Источнике Силы? Не реально!
— И что нужно делать, если требуется взять такой объект?
— Длительная осада, ваше величество. Длительная — это годы. Пока у гарнизона не закончатся припасы. Архимаг на сильнейшем собственном Источнике может сидеть вечно. Если вылазок делать не будет.
— Как Стах в Сланто?
— Что вы, ваше величество! Тихий обошёлся армейскими заклинаниями 7-ого Круга. А есть 9-й!
Совет
Регентский совет собрался для решения, в общем-то мелкой и не особо важной, но срочной проблемы: Герцог Сланто объявил войну Тихому баронству, попытался вторгнуться, но так получил по зубам, как никто никогда и не слышал, что можно было получить. Понятно, герцог сам виноват, да и повёл себя очень неправильно.
Во-первых, его люди подожгли столичный дом Тихого. Так делать не принято! В чужой земле надо бы спросить разрешение хозяина домена, но в столице хозяйствует Корона, и здесь держат нейтралитет. Королева рассердится обязательно, хотя в случае победы можно было бы отделаться формальным наказанием. Но это в случае победы, а герцог с треском проиграл. Кстати, поджог стал первым и единственным успехом герцога.
Вторым его делом стала попытка захватить Чёртов Камень, развалины в Везене. Пусть вылазка была неплохо подготовлена, пусть наёмники не пошли через портал, а высадились с речной торговой барки, захват не удался — все умерли. Да! Все! Налётчики решили, что там древние клады хранятся, а почему их до сей поры не растащили, не домыслили. Полезли внутрь, видать, что-то не так сделали, вот защита и сработала. Отряд погиб полностью, включая лошадей.
Была попытка поджога графского дворца и в Везене, но боевая группа натолкнулась на компанию аус Хансалов, те привезли приятелей показать свои новые имения. Бой длился очень недолго, а похороны диверсантов прошли по сильно упрощённой программе.
Ещё хуже получилось в Гоуи. Видимо, кто-то что-то сболтнул какому-нибудь священнику. Потому диверсантов сразу на выходе из портала встретили боевые братья-монахи. Здесь тоже бой не задался, но обошлось без жертв. Связанных пришельцев отечески опросили и сразу препроводили в суд.
Судья полистал Свод законов, подумал и приговорил всех подсудимых к повешению. Простолюдины хотели учинить поджог графского замка — бунт с отягощающими обстоятельствами. Был герцог заказчиком, не был — отдельный разговор, но в любом случае графскому суду герцоги не подсудны, а потому взывания к отсрочке для уведомления не помогли.
Через час осуждённых повесили, и только тогда вспомнили, что надо бы запросить утверждения приговора у нового графа. Посетовали на свою забывчивость и послали ему письмо с извинениями.
В открытом бою герцогские войска тоже проявили себя не очень. Первая колонна сбежала после первого же обстрела, вторая попала под рукотворную лавину и осталась лежать в долине.
На командный пункт налетел лично барон Тихий, так сказать, обороняющаяся сторона, и, не мудрствуя лукаво, без всякой магии порубил там всех в капусту. Сам. Один.
Громко об этом не говорят, но ходят слухи, что вестник из Дворянского собрания принёс сообщение о начале войны именно тогда, когда Тихий поправлялся после вчерашнего. Как выражаются лекари, лечил подобное подобным. Сами понимаете, похмелье хорошему настроению не способствует, а тут ещё такое известие. Вот молодая кровь и взыграла. Схватил вьюнош меч и излил дурные чувства на тех, до кого добрался. А в штабе, между прочим, кроме других волшебников даже архимаг был. А вот не надо мешать человеку спокойно приходить в себя!
Ладно. Дальше — больше. Налёт отбит, тут бы герцогу начать договариваться. Тем более, герцогиня Зеленоземская, сюзерен барона Тихого, согласилась стать посредницей и написала вассалу письмо с гарантиями безопасности. Ну, как водится в таких делах. Однако сама того не зная, заманила вчерашнего победителя в коварную ловушку.
На следующий день, на место переговоров герцог привёз убийц, но вот опять архимаг Тихий Ужас вывернулся. Вместо себя он послал мажеские иллюзии, точь-в-точь похожие на него самого. Убийцы напали, двойники развеялись, Сланто вновь показал свою гнилую сущность. Тихий ушёл, а на несчастную герцогиню Зеленоземскую обрушилось Божественное Проклятие.
Казалось бы, тупик, но обиженный волшебник начал жечь дома тех начальников, которые принимали участие в нападении. Первым был разрушен герцогский дворец, а затем вспыхнули другие. И ведь даже ничего не скажешь! Его дом в столице сожгли, он только отвечает.
Пришлось вмешаться королеве лично. Приказала обеим сторонам прекратить боевые действия и объявить перемирие до принятия решения Регентским советом. Прямо сказала герцогу, что ещё одна провокация и её терпение иссякнет. Оба должны сидеть по домам и ждать вызова во Дворец.
Первым вызвали барона Тихого. Это значит, что его сочли победителем, проигравших опрашивают последними. Главный вопрос один: «На каких условиях барон готов подписать мировую?» Тут молодой человек выложил пакет на стол и заявил:
— Я требую возмещения всех своих убытков и аналога того, что от меня потребовал герцог Сланто, когда объявил войну.
— Логично, — заметил канцлер, тоже входящий в Совет, взял послание и поинтересовался: — Почему конверт не вскрыт?
— Виноват! Не счёл важным. Сначала был занят, потом закрутился, а затем просто забыл.
— Ну… Надо было прочесть, вдруг миром бы удалось договорится.
— Я не торгуюсь! Не купец, чай. А отдавать что-либо своё, не желаю.
— Сгоревший дом, скажем, отстроят. Убытки покроют. Компенсацию с герцога вы получите. Надеюсь, на этом всё? Вопрос будет закрыт? Так сказать, кто старое помянет, тому глаз вон?
— А кто забудет, тому оба долой. Герцог напал без предварительных разговоров. Сжёг мой дом, а я его от покойного государя подарком получил. Опять же, раньше у меня врагов не было. Живых… Но сейчас они появились! Зачем мне ходить постоянно оглядываясь?
В зале как будто потянуло холодом. Формально возразить барону нечего, но все поняли, если сейчас не разрулить ситуацию, то случится кровная месть до уничтожения рода. И не похоже, что на руках у герцога есть хоть какие-то козыри. Да и дворянство поддержит скорее барона. По крайней мере, сейчас, пока коварство Сланто у всех на слуху.
— Тааак… А вот этого не надо! Давайте отложим вопрос для дальнейшего обдумывания. И что с вас потребовал герцог?
— Не знаю. Я же сказал, что не читал письмо.
— Давайте, мы вместе посмотрим.
Конверт был вскрыт, и вызов зачитан вслух. Конечно, кое-кто… почти все, кроме барона, уже имели представление, о чём идёт речь в послании, но «иметь представление» одно дело, а знать точные требования другое.
После прочтения весь Совет остался в недовольном недоумении. Хочешь вернуть свои земли? Обычное дело. Хотя ты и сам их подарил. С этим понятно — перехотел дарить, желаешь возврата. Но зачем требовать шесть сотен десятин пашни, которые сам же продал, давно получил и потратил деньги? Это даже не жлобство, это пованивает значительно гаже. Так ведь здесь написано и полное непотребство! На свою коронацию король подарил Тихому поместье Ровенка, а какой-то герцог Сланто требует землю себе⁈ Себе! Королевский подарок! Королевские земли! Это как же, извините, понимать? Сейчас через барона домогается, а потом прямиком от Короны потребует?