Моя зловредная привычка (СИ)

Оуэн слушал рассказ Карла об индейцах, но параллельно мысли его были о Даниэле. Айзек думал о нем, мечтал до боли в сердце, хотя и запретил себе это. В конце концов, не он ли хотел любимому счастья? Тогда зачем тревожить его, когда парень стал улыбаться, как прежде?
Айзек не почти заметил, как лекция подошла к концу. Карл вежливо поклонился, а со всех сторон раздались хлопки и слова благодарности за столь интересный рассказ. Циммерманна сразу же окружили, задавая вопросы то на немецком, то на английском. Оуэн долго решался, стоит ему подойти или нет, но, вспомнив про обещание своему научному руководителю, он все же дождался, когда толпа рассосется, и приблизился к Карлу, глядя на него чуть подозрительно. Циммерманн засмеялся.
- Вы все-таки подошли, - улыбнулся Карл.
- Прошу прощения, если отрываю…
Оуэн не успел закончить, как Циммерманн схватил его за край свитера на предплечье, заговорщически прошептав:
- Спасите меня от поклонников, прошу! - с шутливым страхом воскликнул он. - Пойдемте куда-нибудь, поедим. Мне так хочется есть. Вы пойдете?
Айзеку ничего не оставалось, как согласиться.
Карл Циммерманн оказался очень интересным собеседником. Айзек задавал интересующие его вопросы, а тот со всей серьезностью, но с улыбкой на губах, отвечал на них, попивая свой любимый, как он сам сказал, чай с молоком. Немец не сводил с Оуэна любопытного взгляда, как будто нашел для себя интересную зверушку.
- Со мной что-то не так? - Айзек нахмурился, прервав себя на полуслове.
- Нет! Конечно, нет! - Карл запнулся, пытаясь что-то сказать на английском, но чуть запутался в словах. - Извини, я ваш язык знаю, но когда волнуюсь, то начинаю говорить несу…
- Несуразицу? - ухмыльнулся Оуэн, подсказывая.
- Именно! - Циммерманн щелкнул пальцами, показывая жестом, что Оуэн попал в самую точку. - Кстати, не против, если мы перейдем на “ты”? Я думаю, что между нами не такая уж большая разница в возрасте.
Оуэн согласился. Ему, на удивление, стало как-то спокойно рядом с Карлом - тот словно излучал атмосферу уверенности. Айзек рассказывал о своей работе с преподавателем истории, спрашивал интересующие его факты, получая порой просто невероятные ответы. Циммерманн поинтересовался у Айзека, чем он занимается и что он делал сегодня в “Историческом Центре”.
- Я учусь на четвертом курсе высшей математики, - поделился Айзек, ловя шокированный взгляд. - Не реагируй так, пожалуйста! История мне нравилась всегда, но математика мне нравится точно так же сильно, так что выбор был сделан в пользу последней.
Карл и Айзек целый день провели вместе. Мужчина окружил его теплом и добротой, понемногу вытягивая из молчаливого и замкнутого Оуэна крупицы информации о нем. Почему-то Циммерманн был уверен, что парень не такой, каким он кажется со стороны, и ему было интересно узнать, что же из себя представляет зеленоглазый студент. Оуэн совсем потерял бдительность рядом с Карлом, вдруг начав ему рассказывать о своих переживаниях. Казалось, что с каждым произнесенным словом Айзеку становилось легче. Он не заметил, как поделился своей любовью к Даниэлю, как ему пришлось оттолкнуть его от себя и до сих пор плохо от этого. Карл слушал внимательно, не перебивал. Айзек понравился мужчине с первого взгляда, а, поскольку сам Циммерманн был бисексуалом, то ничуть не удивился любви Оуэна к представителю своего же пола. Наоборот, Карл обрадовался, что у него, возможно, появился шанс заполнить пустоту в сердце красивого юноши. Айзек же лишь потом с ужасом осознал, что он нес. Но, едва парень попытался отыграть назад и, извинившись, уйти, Карл притянул его к себе и поцеловал.
Ту ночь они провели вместе в гостинице, в которой остановился Карл по приезду в Атланту.
Аделаида ночевала в свободной комнате квартиры Шелтонов, только Даниэль не ощутил волнения по этому поводу. Родители попытались деликатно сбежать в гости, но блондин остановил их. Он пока не собирался переводить отношения с Адди в такое русло. К тому же… еще слишком свежо помнил руки Айзека, его поцелуи, горячие, откровенные ласки. Даниэлю было сложно, а подчас невозможно, смотреть на кого-то еще. Он ничего не чувствовал.
  
Утром Аделаида вышла в новом наряде, сочетающим в себе бело-кофейные оттенки, с бежевыми вставками. В нем она была еще очаровательнее - настоящая француженка! Даниэль улыбнулся ей и галантно поцеловал руку, чем вызвал легкую краску на нежных щечках и одобрительный мамин взгляд.
Прогулка по Музею Джимми Картера прошла за несколько часов. Посетили и знаменитую Библиотеку, и оранжерею. Аделаида долго восхищалась розами и множеством других растений. Она заявила, что хотела бы вернуться сюда летом, когда зацветут сады, тогда можно будет наблюдать эту красоту на открытом воздухе громадного пространства, насчитывающего тридцать пять акров. Даниэль сфотографировал ее на фоне великолепного озера, подернутого льдом и сияющего в лучах солнца, как бриллиант.
Отлет Адди был поспешным - они, все таки, задержались и пришлось торопиться. Мистер Шелтон привез вещи Аделаиды, после чего оба проводили ее на самолет. Даниэль поцеловал девушку в щеку и тепло попрощался.
На обратном пути, в машине, Шелтон-старший сказал, что нашел отличный вариант уютной квартирки неподалеку от университета. Спальня, гостиная, смежная с кухней, ванная; просторные комнаты, большие окна. Все в светлых, пастельных тонах, как любит Даниэль. Если сын хочет, можно посмотреть прямо сейчас.
Дани хотел, поэтому маршрут отцовского авто тут же изменился.
Квартира привела Даниэля в восторг. Она действительно была такой, как нравилось блондину. Об аренде договорились немедленно, заключив договор у нотариуса. Времени было еще предостаточно, поэтому Даниэль вознамерился собрать вещи - он пожелал переехать вечером следующего дня, после учебы. Отец пообещал предоставить ему машину с водителем, попутно намекнув, что сыну пора бы и самому сдавать на права. Сын покивал пепельной макушкой и озадаченно почесал ее, как только родитель ушел в другую комнату. Зачем ему машина, когда можно вызвать такси? С личным автотранспортом столько возни…
Понедельник порадовал всего двумя парами, отсидев которые, Даниэль немедленно затеребил Рэя Гранта. Приятель согласился помочь с переездом, поэтому оба тот час принялись воплощать план в реальность. Вещей у Даниэля было много, особенно из-за нужных книг. Абсолютно всё он перевозить не собирался, но даже выбранное заняло почти весь подъехавший минивэн. Перетащив привезенное в квартиру, оба труженика сделали перерыв и перекусили купленной выпечкой. Затем последовала вторая часть Марлезонского Балета - раскладка вещей по нужным и ненужным, и даже совсем для этого не предназначенным, местам. Даниэль, вопреки прежним привычкам, стремился захламить квартиру как можно сильнее. Он и сам не догадывался, что перенял вкусы Айзека, впитав их в сердце вместе с любовью…
Следующим вечером решили отметить новоселье. Дани позвал нескольких одногруппников и одногруппниц. В столовой как раз шло бурное обсуждение намеченного мероприятия, когда появилась Кира. Она прислушалась к разговору и прошла мимо. Ее лицо стало бледнее мела. Габриэль заметила это и, встав, протянула девушке стакан воды. Та судорожно выпила и сдавленно поблагодарила. Даниэль не видел ничего - Рэй как раз делился новостями про свою рыжую Лилиан, радуясь, что друг наконец-то слушает с живым вниманием, а не лицом мраморного Будды.
После ночи, проведенной вместе с Циммерманном, Айзек пришел в университет лишь ко второй паре, думая о том, что он переспал с человеком, о котором почти ничего не знал. Карл стал первым, с кем у Айзека был секс, после расставания с Даниэлем. Мук совести совсем не было, но Оуэн знал, что еще не вечер. Курт ему мозги точно вынесет, ведь он звонил ему за ночь несколько раз, а друг так и не ответил.