Прикажите мне, принцесса (СИ)

— Нет. По какой-то другой причине. Наверное, по той, по которой на тех же самых людей не действует и пожирающий разум дождь. По крайней мере, так говорит Эреол, и это звучит вполне логично. Но на обычного человека зелье подействует обязательно…
— На обычного? — перебила София. — Послушай, а он не может выяснить точнее, чем от обычных отличаются те, на кого не действует?
— Если бы мог, уже выяснил бы, — раздраженно передернула плечами Элейн. — Для этого нужны магические проверки, на которые у него недостаточно сил. Может, какая-то новая защита работы ЛʼАррадона. Но короля, когда наступит время, придется убивать не с помощью яда, а способом понадежнее. Эта защита может спасать не только от твоего зелья…
София тяжело вздохнула — видно, предположение о защите ее не слишком удовлетворило. Потом вздохнула еще тяжелее и печально склонила черноволосую голову на хрупкую руку. Элейн помнила эту манеру. Еще в детстве младшая принцесса именно так выражала свое недовольство и подчеркивала страдания из-за того, что не может получить желаемого. Старшую эти немые демонстрации немало раздражали.
Что ж, все потихоньку возвращается на круги своя.
— Зато от смены взглядов, судя по всему, эта защита не работает, — энергично продолжала Элейн. Больше всего ей сейчас хотелось, как в нежном возрасте, отвесить Софии подзатыльник и потребовать не изображать умирающего лебедя. — Ты говоришь, на Итилеана тоже не действует дождь, но это не помешало ему превратиться из солдата короля в реваншиста. А госпожа Вирузим скоро запустит тему Молионов, и многие смогут задуматься.
— А потом? — подняла голову София. Вся ее поза в большом кресле выражала смирение и достоинство.
— А потом мы еще раз докажем, что власти Кервелина не способны поддерживать былой порядок и вообще никуда не годятся, — усмехнулась Элейн. Эреол рассказал ей о готовящемся плане только вчера, обсудив его с реваншистами — она уже не обращала внимания, что ни ее, ни Софию к этим обсуждениям не привлекали. — Завтра, когда закончишь с обедом, постарайся сразу же сбежать из кухни. И приходи на постоялый двор Вардена. Эреол не может попасть во дворец, потому что там его заметит ЛʼАррадон. Так что теперь будем видеться каждый раз на разных квартирах и постоялых дворах. Тебя там встретят.
***
Софию все больше пугало происходящее.
Сначала она попала под крыло к реваншистам. Потом крыло быстро и уверенно превратилось в непроницаемую каменную стену — надежную, но не оставляющую возможности хоть как-нибудь контролировать события. А теперь оказалось, что она вовсе ни на что уже не влияет. Реваншисты уже строили планы без нее. И совершенно не принимали в расчет ее мнение. Ни нежелание убивать короля — но здесь София внутренне была готова смириться, ведь не стоило надеяться на бескровный переворот, да и сам Кервелин был захватчиком, никогда не останавливавшимся перед убийством, — ни даже неспособность править. Интересно, Итилеан откажется от своей затеи добиться престола для Софии, а не для Элейн, если ему приказать? Или это притворство для вида?
Однако на собрание она все-таки пошла. Пусть от нее ничего не зависит, но нужно хотя бы знать, что происходит.
Постоялый двор Вардена находился в людном центре Кадмара. Большое здание теплого коричневого оттенка сверкало чистыми окнами, на задний двор то и дело въезжали кареты, запряженные миспардами, а широкие двери впускали и выпускали потоки людей. Здесь было легко остаться незамеченными в общей толчее.
Войдя в сопровождении Элейн в комнату на третьем этаже, София обнаружила там странную картину. Типичное убранство постоялого двора приобрело неуловимое сходство с ритуальным залом. Дубовый стол, обитавший раньше у окна, выволокли в центр помещения. Вокруг него сидели реваншисты. Во главе стола стоял Эреол, а на пустой столешнице не было ничего, кроме массивного черного камня.
Элейн заперла комнату на ключ. София осмотрелась — на лицах читалось недоверие и нетерпение. Анеррис, Таренн, Дарн — никто не обратил внимания на открывшуюся дверь. Все смотрели на этот черный камень, как голодные собаки на миску жаркого.
 
— Вы увлеклись, господа, — насмешливо заметил Итилеан, вставая и отодвигая для Софии стул. — Гипнотизируйте взглядами вадрит, сколько захотите, вам все равно не дадут больше, чем собирались.
Так это и есть тот вадрит, на котором собирались фиксировать условия? Впрочем, София не стала долго рассматривать булыжник. Ее место за столом оказалось рядом с Итилеаном, а она еще не виделась с ним после прошлого собрания, и теперь ей было откровенно неловко. Как полагается вести себя в обществе человека, перед которым тебе стыдно за свою неподобающую воспитанной девице пылкость и уступчивость?..
— А он сделал клятвенный вадрит раньше, чем мы ожидали, — шепнул ей Итилеан. — Теперь каждый получит свою порцию посулов, и все пойдет быстрее.
София моргнула. Она не совсем поняла, как скорость развития событий может зависеть от взаимных гарантий и фиксации договоренностей, зато уяснила другое. Все, что казалось неподобающим, существовало только в ее сознании…
— Начнем с того, чего вы ждете с таким нетерпением, — чуть пренебрежительно заговорил Эреол, и перешептывания прекратились. — Я готов активировать клятвенный вадрит и гарантировать каждому определенный уровень прав и привилегий, на который вы сможете рассчитывать в случае нашей победы.
Он положил ладони на камень, полностью скрывая его от глаз.
— Но учтите: мы делим то, что еще не отвоевали. Так что если в будущем вы не получите обещанного, действие вадрита будет гарантией, что это произошло не по моей вине и не по вине Элейн. Кстати, вам придется тоже принести обет верности.
— Начинайте, — сказал Анеррис.
Черный камень под руками Эреола полыхнул таким же темным огнем. Но вспышка все равно слепила глаза. На секунду комната погрузилась в сверкающий молниями мрак, а потом в окно снова заглянул дневной свет. Колдун убрал ладони, и Софии показалось, что он чуть побледнел.
Камень искрился тонкими разрядами. Анеррис первым протянул руку и бестрепетно положил ее на сверкающий бок.
— Я, Эдельмар Анеррис, распорядитель двора Угларского королевства, клянусь всеми силами содействовать вам, господин Эреол, и вам, ваше высочество принцесса Элейн Молион, в достижении той цели, ради которой мы здесь собрались.
Скрытая за нагромождением имен формулировка показалась Софии туманной. Разве магия не требует точности? Хотя, с другой стороны, так еще точнее. Пообещать содействовать в том, тонкости чего уже давно известны присутствующим…
— И я требую для себя взамен после достижения этой цели, — продолжал Анеррис, — сохранения за собой и всеми способными выполнять эту работу потомками до десятого колена должности распорядителя королевского двора, а также любой титул на ваше усмотрение и дополнительный стандартный земельный надел в придачу к тому поместью, которым владею сейчас. Моя клятва отдана.
Половина вадрита, на которой лежала ладонь Анерриса, погасла. Элейн положила руку на вторую часть.
— Ваша клятва принята. Ваши условия будут выполнены.
Теперь погас весь камень. София с любопытством наблюдала. Что, и это все?
Эреол со своего места во главе стола протянул руку и накрыл ею верхушку вадрита, касаясь ладоней Элейн и Анерриса:
— Условия приняты и неизменны.
В следующее мгновение камень полыхнул резко и неожиданно. Синевато-стальная молния ударила из него в потолок, пройдя сквозь ладонь Эреола. София невольно вскрикнула, но на лице колдуна не промелькнуло и тени боли. Наоборот — теперь он выглядел, казалось, еще увереннее, чем раньше. Черные глаза, в которых не отражались вспышки, расчетливо щурились.
 
Молнии с легким потрескиванием втянулись обратно в вадрит. Все трое убрали руки. Анеррис потер бороду, пряча улыбку.
Вот, значит, как все это происходит… И этого все они ждали с таким нетерпением? Земли, титулы… Ради этого стоило становиться реваншистами? Хотя отношение к титулам на суше всегда изумляло Детей моря.