Вернуть Боярство 13 (СИ)

— Архимаги станут ему по зубам, как же! — недовольно воскликнул Петр. — Придержи фантазии, сынок — кем ты себя возомнил? Тебя любой чародей седьмого ранга в бараний рог согнет, так что даже думать о подобном забудь!
— Учитель говорил, что эта Казнь Юсифа вполне способна прикончить Архимага! — упрямо возразил парень.
— Может, — подтвердил я. — Если ударить в спину — либо сломит ему защиту и оставит открытым, потратив на это почти всю силу и ранив его, либо, если защита вокруг этого Архимага уже кем-то серьезно просажена, то и вовсе прикончит… Но ты забыл главное, Петя — это оружие на крайний случай, для удара по отвлеченному боем противнику. Один на один с Архимагами тебе выходить рано, даже если ты идеально освоишь Казнь. Он тебя просто прикончит. Да что там — твоя Метка на него попросту не встанет, он быстро её скинет! Это оружие на крайние, экстренные случаи и хороший способ потренировать твой контроль над маной, вот и всё. Основным оружием оно ещё станет не скоро… Пока хотя бы вот так не сумеешь!
Мне потребовалось четыре секунды на плетение Казни. Метка Воздуха мигом закрепилась на ученике и он тут же попробовал её скинуть — но правильно исполненная Метка не была тем, от чего можно быстро отмахнуться даже мне. Чары делились на две основные части — первая накладывала на врага своеобразную Метку Воздуха, позволяя не беспокоиться о риске промахнуться по противнику. Вторая часть была непосредственно атакующей — соединяя Воздух, Звук и Молнии в единые, разрушительные удары в виде длинных, тонких полотен-лезвий. От них нельзя было уклониться, их приходилось принимать на защиту, и они, за счет буквально ювелирного расчета распределения маны в чарах обладали невероятной разрушительной мощью. Ты мог не целиться по врагу, даже не видеть его, тебе было плевать, даже если он сбежит на десяток-полтора километров — не останавливай чары и удары будут рождаться вокруг врага и рушиться на него.
На уровне Старшего Магистра в Казни работал лишь Воздух. На уровне Архимага можно было уже выбирать — Воздух и Звук или Воздух и Молнию. Ну и Высшие Маги моей прежней родины могли использовать все три варианта разом. Рассуждая логически, здесь высший уровень Казни был доступен лишь Магам Заклятий… Но я, почему-то, мог использовать полноценный вариант и сейчас, на своем ранге. И пока не было способа проверить — Смолову было не до изучения Казни по таким мелким причинам, а Андрею эта магия была попросту недоступна. Всё же у нежити тоже имеются свои ограничения…
Прохлаждаться и дальше нам не дали — пришел сигнал, что где-то впереди на нашу колонну готовится очередной удар, и я сорвался с места. Андрей с обоими Петрами полетели со мной — предстояло в очередной раз прикрывать своих от ударов высокоранговой магии, и помощь была не лишней. Ведь неизвестно, какой силы готовят удар…
На колонну наших солдат, что остановилась и начала растекаться в стороны от дороги, уходя назад и вбок, по земле двигалось густая, фиолетовая завеса тумана. Явно магического и переполненного отравой — Цинь всеми силами препятствовали нашему продвижению, стремясь задержать как можно дольше. В основном вражеские чары не были рассчитаны на то, что бы всерьез нанести ущерб нашим людям — действовала обычно небольшая мобильная группа примерно из пары Архимагов и круга Старших Магистров — общим числом отряд врага едва дотягивал до двадцати человек… Но от того менее опасной не становилось — опытный, слаженный Круг Старших Магистров с парой Архимагов в прямой схватке никому из нас в одиночку не одолеть. А что самое неприятное — гоняться за ними мы не могли. Ведь даже сразись против них я, Петр и Андрей все втроем, схватка выдастся тяжелой… Но мы бы сумели справиться и перебить их — пусть и схватка вышла бы тяжелой, а принимать бой там, где к нам могут прийти на помощь остальные старшие чародеи войска и «Змей» они бы не рискнули.
Однако драться с нами никто не собирался — циньцы лишь старательно тянули время. Наносили заранее заготовленный удар — какие-нибудь ритуальные чары или ещё какая гадость — да сразу отступали, даже не дожидаясь результатов. Но мы всё равно не высовывались по одиночке — Сахаров не желал подвергать нашу троицу даже малейшему риску и потому настаивал, что бы мы действовали исключительно втроем. И он был полностью прав.
 
— Я займусь туманом, — вызвался Смолов.
Фиолетовому мареву было плевать на попытки младших и средних чародеев остановить его продвижение — ни потоки воздуха, ни иные чары наших товарищей не были в силах поколебать неумолимое, полное презрения ко всему шествие порождения враждебной волшбы. Заклинание, на вскидку, нижней планки седьмого ранга — но силы в него влито столько, что этого хватило бы перетравить как минимум треть нашего войска. Большая часть усилий вражеских магов ушла не на убийственность этой мерзкой хмари, а на то, что бы сделать её максимально устойчивой и плотной. И двигалась она с каждым мигом всё быстрее…
Петр стрелой приземлился на дорогу, преградив путь фиолетовой мерзости. Вокруг чародея замелькали потоки воздуха, складываясь в его элементаля — после работы за пределами возможного под Тойском, их связь усилилась в разы, позволяя моему Старейшине выйти на новый уровень использования совместных сил.
Ветер, бродяга ветер, что вольно бродит где хочет, откликнулся на зов моего Старейшины и его напарника. Потоки воздуха не обернулись всеуничтожающим штормом, не стали диким, могучим торнадо, что впитал бы в себя весь туман, не обрушились, ревя и бушуя, нет. Ветерок, что поднял Смолов, выглядел как самое простое, неспешное движение воздуха, порыв, который максимум может закружить на несколько секунд десяток осенних листьев, не более того…
Однако там, где спасовали совсем недавно визуально куда более впечатляющие чары наших младших коллег, зачарованный дуэтом мага и элементаля воздух показал себя более чем отлично. Ветер просто разрывал клубы густого тумана, рассеивал его, вбивал в землю и теснил — словно пламя, что пожирает стога сухой соломы. Однако наполненные магическим ядом клубы не сдавались, яростно кидаясь вперед, в самоубийственные и напрасные атаки, замедляя вольный танец летнего ветра, ведомого искусным дуэтом чародея и элементаля.
И пока шла эта борьба, враг решил нанести новый удар. Там, ближе к хвосту той части колонны, где были солдаты, где поток людей военных постепенно переходил в наш медлительный, набитый обозниками, шлюхами, перекупщиками и прочим народом гигантский хвост, я ощутил возникновение чар. К счастью, пока ещё защитных — кто-то из наших Старших Магистров присутствовал там и оперативно поставил защиту. Что ж, вот и ответ — эта двадцатка диверсантов там, а не здесь.
— Петя, остаешься здесь и страхуешь его, — кивнул я на Смолова. — Андрей, мы в хвост!
У нас сейчас было лишь одиннадцать Старших Магистров — забравший Полянскую и её людей канцелярист привез отряд магов как подкрепление, и среди них было пятеро обладателей шестого ранга. И все они были относительно равномерно распределены среди войск, дабы в случае угрозы вместе с чародеями рангом пониже выиграть немного времени нам, Архимагам, дабы мы успели прибыть на помощь. Вот и сейчас — помимо магии Старшего Магистра я ощутил работу и тройки Младших, и почти дюжины Мастеров. Боевые маги нашего войска тоже не лаптем щи хлебали — среди тех, кто выступил из Магадана в эту кампанию, каждый с полным на то право уже мог считаться ветераном. И действовали они быстро и решительно…
Здесь на барьеры наших чародеев обрушилось полноценное небольшое цунами — длина метров в четыреста длиной и от шести до местами девяти метров высотой. И вода была явно непростой — сероватая, покрытая мерзкой пеной, источающая мерзкое зловоние, до которого даже солдатским нужникам на жаре было далеко, ничего хорошего живым она не сулила.
На этот раз работать пришлось мне. Андрей, к сожалению, в таких ситуациях помощник никудышный — массовыми защитными чарами он хоть и владел, но по меркам седьмого ранга довольно посредственными. Что поделать — рыцарь смерти это больше про нападение и разрушение, а не оборону и защиту союзников. Ну а его чары, усиливающие подвластную нежить, и вовсе были неприменимы к людям…