Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Дорога уходила вперед, постепенно забирая вверх. Там поднималась, закрывая высыпавшие на небо звезды, темная клякса города. А по бокам от нас раскинулись аккуратные прямоугольники полей. Рассмотреть, что там растят, не получилось — слишком скорость была большой, но мне и не особо интересно было.
Невысокие стены окружали город, но ворота никто закрывать не спешил, да и блоки явно давно не обновляли — где-то раскрошился раствор, в иных местах хватало глубоких трещин.
Сам город был небольшим и тянул разве что на крупное село. Но это на мой взгляд. Из памяти Киррэла я помнил, что столица Чернотопья была немногим больше.
Двухэтажные дома из белого песчаника со вставленной вместо стекла слюдой, все крыши застелены черепицей. От света, льющегося из окон и спускающегося с масляных фонарей на каждом перекрестке, казалось, будто бы город сияет. Но на самом верху холма стояла мрачная базальтовая крепость.
— Что за город? — спросил я, когда дредхорст замедлил бег перед длинной очередью груженых телег.
Крестьяне и торговцы, оглядываясь на нас, тут же расступались, но без капли страха. Видимо, обитая под крылом Аркейна, привыкли.
Единственное, ворчали, что мы без очереди лезем, но беззлобно и не слишком громко. Понимали местные, кому обязаны спокойствием. И даже стену, скорее всего, не ремонтировали потому, что орден служил куда более эффективной защитой от ужасов Катценауге.
— Смолбург, — ответила Салэм не оборачиваясь.
Мы миновали ворота, никем не остановленные. Стражники даже оттеснили въезжающих, освобождая нам путь. Впрочем, искоренительница ехала в расстегнутом пальто, и начищенный знак Аркейна сиял не хуже фонаря.
Оказавшись внутри города, Салэм сразу же свернула с главной улицы на параллельную. Мне показалось, что тащившие свои телеги люди даже вздохнули с облегчением, когда поняли, что им не придется жаться под стены, чтобы ее пропустить.
На удивление, с наступлением темноты народа на улицах не становилось меньше. После тишины и уединения Катценауге мне даже почудилось, будто я в каком-то мегаполисе, а не скромном средневековом городке на несколько тысяч жителей. Мое внимание привлекали крики зазывал, скрип телег и даже громко беседующие горожане. Про лязг со стороны кузнечных цехов и говорить нечего. Все это звучало вместе и невероятно нервировало.
Дредхорст спокойно прошел по одной улочке, свернул на другую. Салэм выбирала маршрут так, что особой толчеи не образовывалось. Перед созданием некромантки расступались, но без спешки, и никому не приходилось жаться к стенам.
Так мы и доехали до базальтовой крепости. Теперь было заметно, что ее окружает заполненный темной водой ров, а мост, сейчас лежащий на берегу, вел в черный зев толстых стен. Над аркой входа красовался знак ордена. На белом щите голова ворона, смотрящая налево, и морда волка, повернутая направо. На бляхе Салэм я до этого разобрать, что же там изображено, не мог, а теперь рассмотрел.
Дредхорст спокойно прошел по опущенному мосту и пересек длинный коридор. Никто не бежал нас встречать и даже не спрашивал, по какому праву — вокруг просто никого не было. Однако искоренительницу это ничуть не смущало, а потому и я не волновался.
Стоило доехать до конца тоннеля и выйти во внутренний двор, запустение резко сменилось толпой людей. Кто-то куда-то бежал, другие спокойно расхаживали по территории. Навскидку здесь было человек сто-сто пятьдесят. К нам никто по-прежнему не проявлял интереса, а я, пару раз окинув заполненную крепость, предоставил все своей спутнице. В конце концов, это ее коллеги, а я пока здесь никто.
Наш монстр зашагал к правой стене, где стояли не менее страшные уродцы. Отсутствие страха и удивления на въезде в город стало еще яснее — дредхорст Салэм выглядел настоящим произведением искусства на фоне уже припаркованных сородичей, мирно замерших под навесом.
Из темноты конюшни вынырнул одетый в покрытую пятнами одежду молодой белобрысый парень. Он подал руку Салэм, пока я спрыгивал на землю и снимал сумки с костяных наростов дохлого транспорта.
 
— Идем за мной, — негромко сказала Салэм и двинулась в сторону центральной башни.
Без проблем пройдя через запруженный людьми внутренний двор, мы вошли в распахнутые ворота донжона.
Здесь с потолка струился ровный белый свет, не режущий взгляд, но и не слишком слабый. Все было прекрасно видно.
Разглядывать висящие на стенах полотна эпических сражений я не стал — как и на всякие картины, на них надо смотреть с расстояния, а мне не хотелось терять время.
Прямой короткий коридор вывел нас в круглый широкий зал с высоким потолком. Путь нам преградили столы, за которыми сидели местные писари в простых серых рубахах со знаком ордена на груди. Не занят был лишь один клерк, к нему-то мы и направились.
— Искоренительница Салэм, — представилась моя спутница и, сняв свою бляху, протянула ее писарю.
Тот приложил небольшую пластину с зеленым камнем в центре. Между артефактами пробежала короткая искра, и клерк дружелюбно улыбнулся.
— Что привело вас в Смолбург? — спросил он.
Их обоих внезапно окружила полупрозрачная сфера, и я перестал слышать, о чем они говорят. Салэм что-то рассказывала клерку, эмоционально размахивая руками, а тот хмурился, но делал пометки в листе, взятом из ящика стола.
Воспользовавшись вынужденной паузой, я присмотрелся к другим столам. На удивление, там этих сфер тишины не имелось. Хотя, может быть, я просто их не вижу с расстояния?
За следующие пять минут, что я ждал окончания диалога между писарем и искоренительницей, за другими столами успели смениться несколько человек. Ночь и здесь не останавливала темпа жизни. Народ двигался быстро, но при этом без суеты, чем-то напоминая москвичей, которые тоже вечно куда-то бегут, чтобы не опоздать.
Усмехнувшись этому сравнению, я принялся рассматривать портреты на стенах. Импозантные мужчины, утонченные женщины. Кто-то в нарядных одеждах с гроздьями украшений, другие в забрызганной кровью и пылью униформе. Да, теперь я мог заметить, что Салэм одета не в свои шмотки, а носит типовой костюм — еще несколько так же одетых персон шныряли по залу, занимаясь своими делами.
На меня до сих пор никто не обратил внимания, и это казалось странным. Все-таки чужак бродит по крепости, созданной для защиты. Пожалуй, если бы враг задумал пробраться в анклав и подготовиться к захвату, ему удалось бы без труда — никакого контроля я не заметил.
— Ничего не получилось бы, — заявил внезапно возникший рядом мужчина в форме искоренителя.
— Похоже, мне нужно поработать над мимикой, — сказал я с улыбкой, — иначе все вокруг читают мои мысли, только взглянув в лицо.
У него было совершенно обычное лицо. Если бы не форма, такого запросто примешь за обыкновенного горожанина, а если переодеть в дорогой костюм — за аристократа. Безликого в толпе невыразительных лиц. Наши спецслужбы точно предложили бы ему поработать на благо родины, с такой незапоминающейся внешностью ему бы цены в агентах не было.
— Просто ты еще молод. Да и практически каждый, кто впервые оказывается в стенах анклава, думает об этом, — ответил на мою реплику искоренитель. — Итак, ты новый ученик ордена.
Такой переход меня удивил. Впрочем, если от меня закрыт клерк, это не значит, что нет способа связаться с другими членами анклава. Банальная кнопка вызова — и всего делов.
Не дожидаясь моего ответа, собеседник потянул носом, принюхиваясь ко мне.
— Демонолог, — хмыкнул он. — И вправду, редкий дар. Вот только нормальной учебы тебе не видать.
Его бесцеремонность подкупала. В том, что передо мной не рядовой функционер, сомнений не было. Наверняка кто-то из сотрудников внутренней безопасности. Или даже — глава местного ее отделения.
— Почему же? — спросил я, бросая взгляд на все еще закрывающую стол сферу.
— Увы, в ордене не найдется для тебя учителя.
— А как же Марцин, декан? — вспомнив имя старого мага, уточнил я.
— Отошел от дел полгода назад, — вздохнул он. — А в прошлом месяце пришло сообщение о его смерти. Так что в нашей академии тебе, к сожалению, делать нечего. Сочувствую, парень.