Мятежники (СИ)

— Всё не так! — голос оборвался на хриплый шёпот.
Агнея задохнулась от осознания того, как ладно она сыграла свою роль в этом спектакле. Она осмотрелась и наткнулась взглядом на Розамунду, которая насмешливо разглядывала подругу. Собственная слепота и бессилие злили всё больше.
— Вы! Это вы настоящее чудовище, а не он! Такие, как вы, разжигаете войны ради кучки золота.
— А, а, а, — перебил лорд Кай, погрозив пальцем. На руке сверкнул перстень с изумрудом. Он ткнул в грудь Агнеи. — Кто всё затеял? Мечтатели, верящие в свободу, добытую огнём и кровью. Войны разжигают такие, как вы, милая. А такие, как я, их выигрывают.
Агнея поднялась, Кай поймал её за руку:
— Куда же вы? Неужели всерьёз думаете, что я теперь вас отпущу?
Агнея попыталась вырваться, дерзко вздёрнула подбородок, а внутри всё оборвалось. Мельком глянув на Розамунду, Агнея поняла, что та давно в курсе планов Наёмника и помогать ей не будет.
— Вы мне угрожаете?
— Пока нет. Впрочем, — Кай отставил кубок и поднялся, встал вплотную к Агнее. Руки у него оказались невероятно сильными, как стальная цепь. Он положил ладонь ей на плечо, не позволяя двинуться и на полшага в сторону, и наклонился почти к самому лицу. — Вы и сейчас можете полететь на юг. Со мной.
— Чего вы хотите?
— Вас. Удивлены? Вы владеете прекрасными землями, молоды и недурны собой. Ваша кровь обеспечит сильных наследников. Я, конечно, мог бы разыграть внезапную влюблённость как Рагнар, но боюсь, что во второй раз вы на эту уловку не купитесь. — Агнея не могла прийти в себя, обида и страх сдавили тисками. Кай принял её оцепенения за покорность и поцеловал в лоб. — Будьте умничкой. Я слышал, что вас с Рагнаром связывает не только слово, но я не так трепетно отношусь к чести будущей невесты, как остальные, а в постели вас не разочарую. Для меня это не самый выгодный расклад, но я великодушен. Со мной вы в любом случае будете на стороне победителя.
— Не боитесь злить Севериана? — прошептала Агнея и закрыла глаза.
— Нашему принцу нужна дружба Юга, моё золото и наёмники. Так что я найду способ договориться. Тем более, леди Рианна будет на моей стороне. А мстить за то, что женщина предпочла другого, Серр никогда не будет. Хм. Иначе на Рагнаре давно не осталось бы живого места.
— А если победит герцог? Хардальфу вы тоже найдёте чем угодить? Об этом ваши люди договаривались с сэром Титосом?
— Своя цена есть у всех.
— Чего же хочет герцог?
Агнея стояла, опустив голову, обмякнув под руками Кая. Он скользнул губами к уху и выдохнул:
— Вы умнеете на глазах. Угадайте.
Он так и не дождался ответа и положил ладонь на скулу, намереваясь поцеловать в этот раз в губы.
— Нет! — Жар прикосновения прокатился по телу, превращаясь в колкий лёд. Агнея отпрянула. — Вы всё знали? С самого начала? Знали про Чёрного дракона! Вы же сделали Сверра королём!
— Я? Что вы, миледи. Это всё старая королева и Хэмминг. А герцог и сам был не уверен, что напал на верный след. Не бойтесь, я предпочту короля-дракона. Я ведь буду сражаться рядом с ним, рисковать наравне со всеми. Победит Сверр, и все договоры потеряют силу. А если лорд Хардальф одержит верх, Сверр, уж простите, никогда не сдастся живым, и от меня это не зависит. Я лишь обещал горячую встречу. Зато драконы-то не окажутся за бортом. Лорду Хардальфу придется выплачивать долги.
Агнея яростно вырывалась, замахнулась, Кай перехватил занесенную для пощечины ладонь.
— Уверены?
— Сверр узнает обо всём! О короле, герцоге, о тебе…
Она дёрнулась назад, Кай рывком вернул её. Агнея присела от боли, пытаясь освободить запястье, и закричала.
— Хилль! Стража! Роза.
Кай улыбнулся.
— А ведь я был честен. Все свидетели, я уговаривал вас улететь на Север, а вы заупрямились и сами пожелали сражаться с герцогом. Жаль принца. Боги и духи, каково мне будет сообщать, что герцог сделал с его милым Серебряным Драконом? В какой он будет ярости!
В руке Кая сверкнул четырёхгранный клинок кинжала.
Агнея не смогла увернуться, она попыталась раскрыть крылья, но прежде лезвие успело впиться в плечо, короткий гранёный панцбрехер в руках Кая мог бы пробить и чешую дракона. Она упала.
 
Крыло прострелило такой болью, что толчок в момент оборота отозвался в затылке, ослепил и оглушил. В другой момент Агнея бы вспомнила, что с раненым крылом оборот слишком болезненный и опасный, сейчас было всё равно. Не видя ничего перед собой, Агнея подпалила комнату. Подняться не получилось. Раненое крыло подломилось. Пёстрый дракон оказался сверху, ударил у основания крыла, где застрял клинок. В яркий миг, охвативший ледяным ужасом, Агнея поняла, что с Каем ей не справится. Удар сбоку не дал Пёстрому дракону завершить дело. Агатовый дракон вмешалась, то ли спасая Агнею, то ли решив добить, суматоха позволила увернуться и сжаться, пряча уязвимую полосу горла.
Двери распахнулись. В коридоре тоже шла драка. За дрожащим пламенем силуэты расплывались, Агнея узнала Хилля. Один из наёмников сорвал со стены горящий гобелен, хлопающий огненными языками у входа, и шагнул в комнату.
— Милорд. Герцог здесь!
Пёстрый дракон зашипел и превратился в лорда Кая, с разбитым виском и ухом. Значит, Агнея его всё же зацепила? Лорд сорвал с офицера плащ и накинул на себя:
— Уходим.
Он перешагнул через чьё-то тело в дверях и скрылся в завесе дыма.
— Кай! — в крике Розамунды смешалось отчаяние и злость. Она обернулась, замешкалась выбраться из комнаты и оказалась между дерущимися драконами. — Ты обещал! Ты же обещал. Я все делала, как ты говорил! Мерзавец!
Кричали стражники, пожар грозил вырваться в коридор. Набат загудел, отдаваясь гулом в каменных стенах, возвещая о битве. Агнея смотрела только на офицера, оставленного Каем, который решал, стоит ли ему оборачиваться драконом или достаточно будет меча. Она встретила его вспышкой, короткое пламя не достало до противника. Воин взял кинжал во вторую руку. Агнея попятилась и опрокинула стол, опять задев больное крыло. Она клацнула зубами, когда наёмник попытался напасть сбоку, тот увернулся, чуть не достав лезвием до шеи.
В узких коридорах оборотням было не развернуться и в двери не протиснуться. Когда наёмник опять поднял меч, сзади к нему на спину прыгнул Сев, и оба упали. Закашлявшись, за ним в комнату ворвался Хилль и двое стражников из гарнизона ордена. Наёмник стряхнул с себя парня и поднялся на колене. Агнея ударила его сгибом крыла, зубы скользнули у плеча. Хилль встретил воина с другого бока, вонзив меч. Наёмник завалился вперёд, пытаясь зажать руками рану. Хилльберт шагнул назад, шальной азарт битвы и потрясение смешались, приковывая взгляд к мокрому от крови клинку. Руки у него дрожали. Затем он глянул на Агнею и бросился к отлетевшему в сторону мечу наемника, одновременно спрашивая:
— Что происходит? Вы ранены?
Агнея беспомощно огляделась в горящей комнате. Тревожно гудел колокол и где-то кричали. Хилльберт помог освободиться от клинка Кая, застрявшего в плече:
— Миледи, нам бы выбраться отсюда.
Сев побежал наружу, очень скоро вернулся:
— Миледи, там драконы! Герцога. Что делать?
Шум драки приблизился, двор заполнился шумом. Агнея отошла вглубь комнаты. Оборачиваться смысла уже не было, сражаться в одном плаще, даже с мечом в руке для неё было бессмысленно. Выбираться на улицу с повреждённым крылом — тоже.
Когда королевские рыцари поднялись в комнату, четыре дракона встретили их вместе.
Сила дракона в полёте. На земле, в стенах, как бы ни был опасен дракон, против длинных мечей и топоров не устоять. Они знали это.
 
Огонь дал небольшую передышку, вскоре герцогские охотники осмелели и стали теснить молодых оборотней. Первым упал Сев, и Агнее показалось, что меч прошил её, а не парня. Тошнота подкатила к горлу. Она рванулась вперёд. Сжимающий леденящий страх уступил место отчаянной храбрости.
Двое рыцарей, прикрываясь щитами, подошли ближе, Агнея столкнула одного с ног, лязгнула зубами по нагрудной пластине. Длинное лезвие меча второго вычертило опасную дугу.