Мятежники (СИ)

Лорд Кай красиво поклонился и увлёк Агнею прочь. Он проводил её до спальни и позаботился, чтобы принесли вина с мёдом. Расстроенная размолвкой Агнея безучастно принимала ухаживания и с радостью зарылась под меховое покрывало, когда её наконец оставили в покое.
Утром, едва Агнея покинула свою комнату, ей повстречался Малыш Хилль с Розамундой, двумя молодыми драконами из Долигвальсокой горной деревни, и новым другом Малыша, Севом из Высоки. Все одетые в полётные плащи. Хилль приветствовал её коротким кивком:
— Всё готово, миледи. Мы летим с вами.
— Малыш! — Агнея бросилась к нему и хотела обнять, юноша уклонился.
— Миледи. Меня зовут Хилльберт, если вам угодно. — Он выглядел усталым, лицо осунулось, черты заострились, пропал задорный блеск в глазах. — Я давно не младший, я последний Хилль.
Агнея в смущении поникла, стало стыдно за свою чёрствость. Она робко взяла его за ладонь.
— Тот парень, Сиг, сказал, что не знает, как получилось с жителями. Они же могли скрыться в горах, уйти в Воздушный замок. Надо надееться. Я верю…
— Не нужно сейчас, миледи. — Хилльберт пожал ей пальцы, но убрал руку. — Нам пора. Лететь долго.
Остальные юноши, которые решили сопровождать леди на Север, тоже выглядели притихшими, с тёмными кругами под глазами, и с такой ожесточённой решимостью во взгляде, что Агнея внезапно поняла: они летели не с ней. Они хотели первыми встретить драконов герцога. Что ж, они имели на это право.
— Розамунда, ты тоже с нами?
Вот кто ничуть не изменился, та же насмешка в глазах, разве что прищур их теперь стал злее. Розамунда ответила, как обычно, словно подбрасывая, играла со словами:
— Может, я ещё вернусь к штурму столицы. Но раз уж мы летим спасать девочек, будем вместе. Вдруг присмотрю себе там тёплое местечко. А то эти охломоны ещё наведут шороху в женском монастыре без присмотра.
Агнея искренне порадовалась её поддержке, улыбнувшись взглядом. Она не видела Розамунду после бала ни разу. Малыш тогда пошутил, что Агатовая пошла топиться в колодце, потому как локти давно искусала. Агнея не до конца поняла его, но сейчас в Розе не было ничего, что намекало бы на разбитое сердце или мечты, и даже сожаление о потерянном доме.
Явился и лорд Кай со своими головорезами.
— Личный эскорт от Его Высочества? — он спрашивал, не ожидая ответа, только осмотрел молодых солдат, что-то прикидывая, потом сам себе дал согласие, и указал всем рукой в сторону широкого балкона.
Агнея с Розамундой отошли в сторону, чтобы подготовиться без помех, Кай на момент последовал за ними. Он встал рядом и стряхнул снежинки, упавшие на ворот плаща Агнеи. Его цепкий лисий взгляд скользнул по лицу, и Агнее стало неловко от того, как он смотрит. Она хотела отстраниться, Кай подхватил её под локоть. Теперь он оказался так близко, что тёплое дыхание само оставляло капельки на тонких иглах меха.
— В снегопад путешествовать неудобно. Мы летим быстро, постарайтесь не отставать. Не рискуйте потерять меня из виду, если снег пойдёт гуще. Если устанете, то дайте знать, не геройствуйте.
Его спокойные будничные наставления никак не вязались с мягким, ласкающим взглядом. Агнея чуть нахмурилась, лорд Кай тут же отошёл, поднеся палец к губам, подмигнул:
— Простите, Его Высочество так забавно вас ревнует, что меня тянет вас поцеловать. Не удержался.
Агнея глупо раскрыла рот, когда лорд Кай уже последовал за своими солдатами. И только подставив Розамунде серебристую спину, чтобы подтянуть пряжки седельной сумки, Агнея догадалась оглянуться на окна замка. Она никого не увидела, седое утро отражалось в бледных стёклах, анфилады пустовали. Не зная, сердиться ли на свою глупость или наглость лорда, Агнея сокрушённо помотала мордой и спрыгнула вниз.
Не было ни солнца, ни ветра, снегопад валил неторопливо, основательно, скрывая горы за нежным кисейным покрывалом, тихий и размеренный. В такие дня приятно стоять во дворе и слушать зиму.
Драконы летели тоже молча и стали похожи на тёмных призраков в мире, лишившемся красок. Снег падал на глаза, забивался в нос. Серое утро сменился чуть более светлым днём. И когда колокола посёлков внизу стали перекликаться в час чтений, нарушив далёким гулом монотонность полёта, Агнея подумала, что всё же охотно променяла бы сейчас зимние красоты на жар и смолистый запах камина. Летели долго. К обеду драконы приземлились на голом уступе. Воины Кая тотчас же поймали горную козу, графиня предпочла воздержаться от дикой трапезы. Она дрожала от холода; оборачиваться на голых камнях хотелось ещё меньше, уж лучше было лететь.
 
К вечеру, когда ветер стал крепчать и всё больше трепал истерзанные снегом и уставшие до ломоты крылья, Кай подал сигнал, и отряд спустился в узком ущелье, где резвая речка пробивала себе путь сквозь серые шмотки льда и покрытые морозной глазурью камни. Агнея с отрешённой тоской думала, что их ждёт ночь под пологом палатки, но лорд Кай приказал спрятать в пещере сумки, вытащив только одежду и оружие. Агнея послушно поплелась за солдатами. Её эскорт тащился с ней рядом, едва переставляя ноги, и это немного грело самолюбие. Деревенские оборотни вымотались не меньше неё. Только наёмники шли неутомимо, как деревянные солдатики, перекидываясь шуточками и подтрунивая над мальчишками. Один из людей Кая знал эти места и привёл их в городок, с самым обыкновенным трактиром.
Красные с мороза, мокрые от растаявшего снега, они нагрянули в гостиницу всей гурьбой. Кай велел Агнее не высовывать носа из-под плаща. Трактирщик смотрел на них с подозрением. Парни вроде Хилля вполне могли сойти за странников или крестьян, уходивших на зимовку, но не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы разгадать воинов в наёмниках. С хозяином харчевни договаривался один из них, Кай предпочёл держаться в стороне, хотя его холеные ловкие пальцы и манеры за столом сразу выдавали дворянина. Как и привычки Агнеи; когда она потянулась за платком, чтобы вытереть губы и не оставлять жирных следов на кубке, и столкнулась с насмешливым взглядом лорда. Однако держались драконы довольно свободно. К их явно небезопасной компании никто не цеплялся.
Они были уже у Северных земель, в харчевне все горячо обсуждали выходку Нордварда. К радости Агнеи, нашлись те, и немало, кто возмущался предателями. Люди Кая охотно участвовали в разговорах и несли полную чушь про драконов на Юге. Агнея сначала удивилась, а потом едва не постучала себе по лбу. Новости о Чёрном Принце доползут сюда не раньше, чем через неделю, а то и две. Рассказывать о том, что два дня как вернулся законный наследник за три сотни миль отсюда было бы странно.
Хотя трактирщик опасался их компании недаром. Перед тем как ускользнуть в комнаты, лорд Кай поиграл в прорицателя, возвестив, что кровь доброго короля Северина Странного воззовёт из небытия дабы покарать род братоубийцы. А один из каевских офицеров подначил здоровенного пьяного детину, по виду кузнеца или кожевника, который ратовал за верность Норвальду, наброситься с кулаками на двоих добровольцев, ехавших на юг в Синее Копьё.
В большом зале разгорелась потасовка, Агнея с Розамундой поторопились уйти и устроились в комнате на пыльных тюфяках под шерстяными покрывалами. Агнея с трудом перебарывала отвращение, она бы с большей радостью заснула на полу с Хиллем.
Отвернувшись к стене, она думала о словах лорда Кая. Она видела, что Сверр не одобряет её общения с Наёмником, и знала о старой вражде между ними, ещё с тех пор, когда Сверр, оруженосец Рагнара, сцепился с южанином и получил глубокий шрам на пояснице в напоминание о том, что не следует слишком задирать нос и недооценивать противника. Однако никогда Агнея не думала об их неприязни раньше, как о ревности.
 
Лорд держал себя как ни в чём не бывало. Для него такие шутки в порядке вещей. Розамунда ни о чём не расспрашивала, хотя, несомненно, обратила внимание. Хилль наверняка что-нибудь знал, но сейчас он ни с кем не разговаривал. И Агнее оставалось только лежать, рассматривая сырую заплесневевшую стенку, и тоскливо перебирать в памяти обрывки разговоров.