Наследница старой башни (СИ)
Во-первых, стол был сервирован достаточно изысканно. Не зря Леста отводила в сторонку глаза, когда признавалась в том, что позаимствовала из замка чайные ложечки. Судя по тому, что ждало нас на столе, экспроприация была гораздо более масштабной. И уж точно не зря компаньонка на мои взволнованные слова: «Леста, солнышко, у нас приборов на всех не хватит. Что же делать, Леста?» только ласково улыбнулась и пообещала, что все будет в порядке.
В фарфоровой супнице на столе обнаружился легкий прозрачный супчик. В каждую тарелку была добавлена половинка яйца, и когда Леста аккуратно разлила горячее, я заметила, что морковь не просто настрогана соломкой или кубиками, как было принято, а вырезана крошечными изящными звездочками. По сути, суп был самым обыкновенным, но как подано!
На второе мы получили запеченную с яблоками курицу и румяный картофель, жареный на сливочном масле. К картошке были предложены на выбор два соуса. Один, как я поняла, собрали из маринованных помидор, второй был белый, сметанный.
А вот десерт поразил меня до глубины души: тарелка с сырной нарезкой, довольно роскошная ваза с алыми яблоками, яркость которых смягчала серовато-желтая кожица зимних груш, и бисквит, пропитанный крепким ароматным ромом и украшенный горками взбитых сливок.
Я уже не говорю о том, что на столе стояли тонкие стеклянные бокалы с чистой водой и фужеры, в которые Леста наливала откуда-то взятое красное вино. Гости расслабились и ели с аппетитом. А я сидела и размышляла о том, что слишком мало знаю свою наперсницу.
Глава 38
Обед в целом прошел вполне благополучно. Меня немного удивило то, что пожилая графиня захотела познакомиться с Элли. Мужчина в это время уже поднялись в кабинет.
Нора привела девочку и осталась за дверью. Я улыбнулась оробевшей малышке, взяла ее за руку и подвела с сидящей даме. Элли не подвела: чуть неуклюже она сделала книксен и вопросительно глянула на меня, ожидая одобрения. Я слегка улыбнулась ей и еле заметно кивнула головой, подтверждая, что все правильно.
Кажется, и манеры Элли, и ее туалет произвели на графиню хорошее впечатление. На малышке было теплое шерстяное платье синего цвета и белым воротничком, фартучек с кружевной отделкой, белые чулочки на крепких ножках и мягкие домашние туфельки с крошечным атласным бантиком. Густые волосы аккуратно расчесаны и уложены локонами с помощью заколок.
Дама улыбнулась девочке и приняла ее расспрашивать. В основном вопросы касались того, чему малышку обучают. Сперва малышка говорила очень робко, стесняясь, но потом, чувствуя одобрение важной персоны, повела речь уже смелее. Даже похвасталась баронессе той самой куклой. Беседа продолжалась минут десять, и когда Элли ушла, графиня с любопытством глянула на меня и спросила:
-- Девочка действительно учится читать сейчас? Вам не кажется, что она мала для этого?
-- Ваше сиятельство, она очень смышленая, и пусть я не в состоянии нанять ей учителя, но мы вполне справляемся. Думаю, к весне она будет читать уже достаточно хорошо.
-- Ну что ж, раз у нее есть хотя бы маленькое приданое, думаю, вопрос о подтверждении титула решится благополучно для вас.
-- До этого еще много времени, и я очень надеюсь, что к назначенному часу смогу увеличить приданное Элли.
Графиня одобрительно кивнула головой, но говорить вслух ничего не стала и поднялась со стула.
После подписания бумаг вся эта компания уехала, а я вздохнула с облегчением. Осталось одно дело, которое я не хотела откладывать в долгий ящик.
Несмотря на некоторое сопротивление, Лесту я с кухни забрала и увела в кабинет. Заставила сесть, а не стоять в дверях, как она любила делать, переминаясь с ноги на ногу и всем видом показывая, что сейчас уйдет: у нее, мол, дела и заботы.
-- Тебе не кажется, что нам давно пора поговорить?
Не знаю, права ли я была, что вытрясла из Лесты всю подноготную. История случилась довольно печальная, и вряд ли ей было приятно вспоминать. С другой стороны, это дало мне гораздо более четкое представление о тех, с кем рядом я живу.
Много лет назад, практически на другом конце страны, в крошечном баронстве работала красивая, но не очень умная горничная Фисета. Когда овдовевший барон стал оказывать ей знаки внимания, девица только радовалась, что может позволить себе работать поменьше. Связь эта, как ни странно, продлилась довольно долго. Возможно потому, что через год с начала знакомства горничная родила дочку.
Барон, польщенный таким доказательством своей мужской состоятельности, девочку признал и даже пообещал в завещании выделить ей приданое. Мама малышки для приличия из горничных была переведена в экономки, а старик-отец, к удивлению давно знавшей его прислуги, с удовольствием возился с этой самой малышкой и даже нанял ей учителя, когда пришел возраст.
Будь матушка Лесты чуть поумнее, жизнь девочки была бы устроена вполне сносно, но увы, это был тот случай, когда боги пожалели сложить два подарка в одну корзинку, и красота Фисеты полностью заменяла ей ум. Живя в господском доме, имея личную прислугу, которая по сути и вела все хозяйство, получая довольно приличное жалованье экономки, прекрасный стол и два платья в год, Фисета ухитрялась полностью тратить зарплату, ничего не откладывая. Она покупала безделушки и ленты, иногда ухитрялась накопить на серебряное колечко или меховую накидку, но в целом спускала деньги не глядя.
Когда барон умер, Лесте исполнилось тринадцать лет. Земли перешли по наследству старшему сыну, с которым отец давным-давно был в ссоре. И новоявленный наследник, с брезгливостью глянув на расплывшуюся от господских харчей Фисету и понимая, что не то что экономкой, а даже толковой горничной женщина быть не сможет, охотно подписал опекунское соглашение. Четыреста золотых были выданы на руки обленившейся мамаше. Наследник был так добр, что даже не стал проверять сундуки с личными вещами, куда упаковали бесчисленные одежки экономки.
Сама Фисета родом была деревенская, и с ужасом вспоминая сельхозработы, коровник и прочее, решила в деревню не возвращаться. Тем более что на руках у нее первый раз в жизни была такая огромная сумма.
Первое время ей сильно везло: её не обманули при покупке домика на окраине Венторна, принимали за купеческую вдову: все видели, сколько сундуков с добром привезла с собой эта дородная женщина. Переезжала вдова зимой, потому никто не знал, какой хозяйкой она будет для самого дома и крошечного огорода. Так что через некоторое время в крошечный домик на три комнаты заглянула местная сваха, тетка Кантина, и ближе к весне была назначена свадьба.
Небогатый сосед-торговец женился на пышнотелой красавице. Домик вдовы он продал и деньги эти пустил на расширение собственной лавочки.
В середине весны, когда уже требовалась работа на огороде, красавицу-жену сразил неизвестный недуг. Торговец даже приводил к жене лекаря, но тот ничего не нашел и посоветовал ей больше отдыхать. И вот этому-то совету матушка Лесты истово следовала всю жизнь. Эта странная “болезнь” нисколько не помешала ей в промежутках между «страданиями» родить троих наследников мужу.