Правильный ход (ЛП)
Он опирается на локти, потягивая пиво, и не смотрит на меня, когда пытается небрежно бросить: — Трэвис — хороший парень.
Поехали. — Да. Это так.
Он кивает, по-прежнему отказываясь смотреть в мою сторону. — Примерно твоего возраста.
— Что ж, это очень плохо. Как я уже говорила ранее, мне нравятся парни постарше.
Его глаза поднимаются на мои. — Ты ему нравишься.
Он хороший актер.
— Тебя это беспокоит?
Он невесело усмехается.
— Исайя спросил меня о том же.
— И что ты ответил?
Кай снова выпрямляется во весь рост, восхитительно властный, когда он стоит надо мной. — Я сказала ему, что это будет беспокоить меня только потому, что ты здесь из-за Макса.
— И это правда? Только из-за Макса?
Уголок его губ приподнимается в улыбке, которую он пытается подавить. — Если бы я сказал правду, я бы рассказал, что это беспокоит меня настолько, что я провел весь вечер наблюдая за тобой и придумывая способ заставить Монти обменять его.
Я издаю смешок, и улыбка на моих губах повторяет его улыбку. — И ты называешь меня смешной.
— У меня были свои моменты. Я был другим человеком до того, как появился Макс.
— Человеком, который бьет других игроков в середине игры.
— Человек, который защищает своего товарища по команде.
Я вопросительно поднимаю бровь. — Человек, который теперь хочет обменять того же самого товарища по команде.
— Что ж, у всех нас есть свои пределы, не так ли?
— И твой предел, я?
Его глаза обводят мое лицо, снова останавливаясь на моих губах. — Я думаю, что ты можешь быть такой.
Черт возьми, сделай шаг, Кай.
Я знаю, что он этого хочет. Я вижу это по разочарованию, которое росло весь вечер, но он как будто решил, что разумнее если бы я была увлечена Трэвисом или кем-нибудь из его товарищей по команде, с кем я танцевала, поэтому он сдерживается. И я беспокоюсь, что маленькая игра мальчиков в принуждение только показала, что Кай больше не настолько эгоистичен, чтобы брать то, что он хочет.
Это беспокойство только усиливается, когда Трэвис возвращается к столу, сжимая в пальцах горлышки бутылок. Когда он ставит их на место, Кай покидает мою сторону, возвращаясь к противоположному концу вместе со своим братом.
— Итак, мы уходим или остаемся, если Картрайт и его товарищи по команде здесь?
Спрашивает Трэвис.
— Остаемся. — Исайя пронзает его взглядом, в его речи уже чувствуется легкая невнятность. — Нахуй этого парня. Он был придурком, когда мы детьми играли в трэвел-бол, и сейчас он еще больший придурок.
— Ну, если мы остаемся, то я танцевать. — Коди протягивает свою руку к мне.
Парни поворачиваются, чтобы посмотреть на Кая, ожидая что он вмешается, но все, что он делает, это меняет свое допитое пиво на свежее.
*********************************************
Когда заканчивается одна песня и начинается следующая, один из аутфилдеров передает меня в руки следующего товарища по команде.
Только на этот раз человек, который хватает меня, не один из членов команды. Это Дин Картрайт — игрок из Атланты.
— Как тебя зовут? — спрашивает он, положив одну руку мне на поясницу, а его рот слишком близко к моему уху.
Я сглатываю, оглядывая танцпол в поисках знакомого лица, но я уже изрядно выпила, а он кружит меня слишком быстро, чтобы разглядеть кого-нибудь как следует. — Миллер.
На его губах медленно расплывается улыбка. — А ты не собираешься спросить меня о моем?
— Я уже знаю твою.
Его губы растянулись в медленной ухмылке, которую, я полагаю, большинство женщин сочли бы сексуальной. Но чрезмерная самоуверенность больше не действует на меня. Теперь у меня на уме сногсшибательный, но неуверенный в себе мужчина, и я не могу придумать ничего более привлекательного, чем мысль о том, что он обретет заслуженное доверие. Особенно со мной.
Я пытаюсь вырваться из его хватки, но его хватка только усиливается.
— Чего ты хочешь? — Спрашиваю я.
— Я просто хочу потанцевать. Я наблюдал за тобой весь вечер и задавался вопросом, какого черта ты делаешь здесь с Воинами Города Ветров.
Я смотрю ему прямо в глаза. — Мой отец — полевой менеджер.
Его брови приподнимаются. — Дочь Монти? Моя сделка сорвалась, потому что твой отец не подписал со мной контракт.
— Имеет смысл. У него всегда был хороший вкус.
Его смех искренен. — Язвительная маленькая штучка, да?
— Теперь я могу идти? — Спрашиваю я, снова безуспешно пытаясь высвободиться из его хватки, не устраивая сцен.
— Один танец, Миллер Монтгомери.
Колебание занимает у меня мгновение, но я сдаюсь. — Прекрасно. Но только если ты скажешь мне, почему вся команда так сильно тебя ненавидит.
Его улыбка становится коварной, когда мы снова начинаем двигаться. — Я знаю Роудсов с тех пор, как мы детьми играли в мяч. Я мог переспать, а мог и не переспать с одной или двумя подружками Исайи в старших классах.
— У Исайи нет подруг.
— Раньше ббыли. И это был действительно простой способ выбить его из игры еще до того, как мы выходили на поле.
Я не могу сдержать недоверчивый смех. — Так ты просто дерьмовый человек, да?
— Я конкурент. Если что-то настолько тривиальное, как это, может заставить моего соперника сыграть плохо, это его вина.
— Ты вроде как худший, ты знаешь это? Я надеюсь, подача, с которой Кай ударил тебя, была быстрой, и прямо по яйцам.
Улыбка скользит по его губам. — Спасибо, куколка.
Я поворачиваю голову, высматривая команду, и наконец нахожу их всех собравшимися за столом, устремившими на нас взгляды.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я. — Разве у тебя нет игры завтра?
— Ты уже знаешь мое расписание? Мило с твоей стороны. Моя сводная сестра остановилась неподалеку. Подумал, что смогу забрать ее из отеля сегодня вечером. Возможно, ты знаешь ее на самом деле.
Внимание Дина перемещается за мое плечо. — Ого.
Его рука опускается ниже, кончики пальцев касаются верхней части моей задницы. — У меня никогда не было возможности взбесить Эйса.
— Я веду себя прилично, но не смей больше опускать руку.
Он просто улыбается. — Я должен был сказать, что до сегодняшнего вечера мне никогда не удавалось столкнуться с Эйсом из — за девушки.
А?
Я чувствую присутствие Кая задолго до того, как вижу его. Когда он добирается до нас, он толкает Дина грудью в толпу, разрывая его хватку на мне.
— Убери от нее свои гребаные руки.
Глава 15
Кай
Признаюсь, я всю ночь барахтался, как маленькая сучка. Я знаю, что Исайя просто издевается надо мной, пытаясь заставить меня вести себя как ненормальный пещерный человек, перекинуть Миллер через плечо или что-то в этом роде. Но все это лишь подтверждает то, что я уже знаю — я не могу позволить себе роскошь быть таким парнем, которого она хотела бы.
На ее накрашенных красным губах весь вечер была заразительная улыбка. Она почти не покидала танцпол. Она веселая и притягательная, и я хочу чтобы она втянула меня в свою орбиту, но завтра я проснусь и вспомню, кто я такой. Отец-одиночка, у которого нет свободного времени, чтобы бегать за двадцатипятилетней девушкой.
Я не сводил с нее глаз. Я отслеживал каждое ее движение, как одержимый преследователь, и, возможно, так оно и есть. Боже, я чувствую себя подонком, но ничего не могу с собой поделать.
Я мог справиться с тем, что Исайя танцевал с ней, потому что знал, что он издевается надо мной. На самом деле, я мог бы справиться с большинством танцующих с ней членов команды, хотя и наблюдал за ними с неослабевающим вниманием, следя за тем, чтобы ни одна из их рук не опустилась слишком низко. До меня даже дошло, что Трэвис играл со мной, и большая часть меня переполнена желанием оттрахать их всех за это.
Но вместо этого я пойду домой и займусь своими обязанностями.
Я хлопаю брата по спине, когда один из наших игроков танцует с Миллер. — Я ухожу. Присмотри за ней для меня и убедись, что она доберется до отеля, хорошо?