Правильный ход (ЛП)

Она держит обе руки Макса над его головой, позволяя ему использовать ее для равновесия, пока он отрабатывает свои шаткие шаги в комнате.
— Посмотри на эти большие шаги! — говорит Исайя, присаживаясь на край стола.
— Отличная работа, Макси! Вмешивается Трэвис, мой кэтчер.
Спеша к двери, я опускаюсь на корточки всего в нескольких футах от него, протягивая руки. — Давай, Макс. Давай сделаем это.
Я жду, надеясь, что именно сейчас он обретет уверенность, чтобы сделать свои первые шаги.
Когда Миллер отпускает его, он останавливается и покачивается взад-вперёд, когда он пытается сделать первый самостоятельный шаг, то просто падает на задницу, его подгузник принимает на себя основную тяжесть удара, прежде чем он встает на четвереньки и ползет ко мне, радуясь за себя так же, как если бы собирался идти.
Я хихикаю, подхватывая его на руки. — Хорошая попытка, Баг. Мы сделаем это.
Миллер стоит у двери, вся мокрая и блестящая от солнца, и внезапно меня охватывает непреодолимое желание поцеловать ее. Иногда она такая красивая и такая забавная, видя ее сегодня с Максом и зная, что она привела его, чтобы у меня были две вещи которые я люблю в одном месте, я чувствую себя слишком привязанным к девушке, от которой всего пару недель назад хотел избавиться.
— Встречаемся в вестибюле в восемь, — объявляет Коди. — Монти, закрой уши, — добавляет он, обращаясь к моему тренеру, который только что вошел. — Мы сегодня напьемся, ребята. Может быть, некоторым из вас даже повезет. Мы идем танцевать и не вернемся в отель, пока не взойдет солнце.
— Я ничего не знаю, — говорит Монти, затыкая уши, прежде чем быстро поцеловать дочь в макушку и нырнуть в соседний кабинет.
— Кенни, ты идешь? — в голосе Исайи столько надежды.
— Нет.
— Круто. Круто.
Он смотрит на Миллер снизу вверх. — Горячая няня.
Его глаза встречаются с моими, и мне даже не нужно ничего говорить, чтобы он понял: если он закончит это предложение, я надеру ему задницу.
— Миллер — поправляет он. — Ты в деле?
Внимание Миллер переключается на меня. — Ты идешь?
Я киваю в сторону своего сына, позволяя этому ответить за меня.
Она поворачивается к моему брату. — Думаю, я лучше останусь дома.
Мне слишком сильно нравится идея о том, что она хочет остаться. Но ей двадцать пять лет, и я уверен, что это лето вдали от работы совсем не такое, как она себе его представляла. Последнее, чего я хочу, это чтобы она держала на нас обиду.
— Тебе стоит пойти. Все, что ты делал этим летом, — это бегал за полуторагодовалвм ребенком.
Я киваю в сторону своего брата. — Хотя это не сильно отличается.
— Пошел ты нахуй.
Он добавляет два средних пальца для драматического эффекта.
Макс смеется над своим дядей.
— Отлично, — невозмутимо отвечаю я. — Не могу дождаться, когда он добавит трахаться в свой ограниченный словарный запас.
— Все в порядке. Я помогу тебе уложить Макса на ночь. — говорит Миллер.
— Я уложу его. Тебе лучше пойти.
— Послушай Эйса, — вмешивается Трэвис. — Тебе стоит пойти с нами, Миллер.
Моя голова дергается в его сторону, мне не нравится как он произнес ее имя, так мягко и задумчиво.
Трэвис — хороший парень, надежный товарищ по команде, но мне не нужно, чтобы он так разговаривал с няней Макса. Мне так же не нужно, чтобы он так смотрел на нее, как будто она самая красивая девушка которую он когда-либо видел.
Она такая, но он не должен этого замечать.
Затем мое внимание привлекает мой брат с самой дьявольской улыбкой на лице.
Что, черт возьми, означает этот взгляд?
Миллер поворачивается ко мне. — Ты уверен, что не возражаешь?
Черт.
Я проглатываю сожаление. — Да.
— Кеннеди, — говорит она. — Ты точно не хочешь пойти?
Кеннеди колеблется, что удивительно. Она ни разу не выходила на улицу с командой, не желая стирать грань между работой и развлечениями. То, о чем никогда не приходилось беспокоиться ни одному из сотрудников.
— Я, пожалуй, откажусь, — в конце концов решает она. — Хотя спасибо за приглашение
 
Исайя усмехается. — Я всегда приглашаю тебя, а ты никогда не благодаришь меня за предложение.
Кеннеди полностью игнорирует его.
— Ты тоже пойдешь, Эйс, — говорит Монти, выходя из своего кабинета. — Я давно хотел потусоваться с этим маленьким парнем, и сегодняшний вечер кажется мне идеальной возможностью.
— Нет, все в порядке. Я собираюсь вернуться с ним в отель.
Монти приподнимает брови, как будто безмолвно напоминает мне о нашем сегодняшнем разговоре.
Найди баланс. Наслаждайся этим, пока оно у тебя еще есть.
Я перевожу взгляд с него на его дочь.
Ее губы озорно изгибаются. — Ты хочешь это сделать.
Я давлюсь собственной слюной, потому что Миллер, блядь, Миллер, сказала это с таким количеством намеков, что было бы невозможно не уловить альтернативный смысл.
— Чертовски мерзко, — бормочет Монти.
— Давай перестанем ругаться при моем ребенке.
— Да, прекрати, блядь, материться, Монти. — кричит Исайя.
Монти бросает на него убийственный взгляд.
— Я имею в виду… вы должны говорить все, что хотите, сэр.
Мой тренер забирает у меня сына. — Сегодня вечером я буду с Максом, независимо от того, пойдешь ты куда-нибудь повеселиться или нет.
Наблюдая, как мой ребенок полностью доволен мужчиной, который обожал его с тех пор, как он появился в моей жизни, я оглядываюсь на Миллер. Ее зеленые глаза смотрят на меня и полны надежды, пока она ждет моего ответа.
В кои-то веки я не чувствую, что что-то упускаю, потому что он весь день был рядом со мной. Я не чувствую себя виноватым за то, что хочу пойти повеселиться со своими товарищами. Единственная вина, которую я испытываю, — это то, что дочь моего тренера в последнее время занимает слишком много места в моих мыслях.
— Хорошо, — говорю я, глядя прямо на нее. — Я иду.
Эта хитрая улыбка разгоняется.
— Поехали! — Вмешивается Коди. — Папочка выходит погулять! Наконец-то, блядь!
Поднимается чертовская волна шума и приветствий, слишком радостны для команды, которая только что проиграла финальную игру выездной серии, но я не был с ребятами с прошлого лета.
Энергия в тренировочном зале бушует, пока ребята собирают свои вещи, желая как можно скорее вернуться в отель, но я не спускаю глаз с Миллер, которая стоит там, бесконечно гордясь собой за то, что вытащила меня на ночь.
Глава 13
Кай
У меня чесались руки постучать в дверь между моей комнатой и комнатой Миллер, мне хотелось спуститься с ней в вестибюль, хотелось вместе предстать перед моими товарищами в надежде на то, что они поймут, сегодня она под запретом.
Она всегда под запретом.
Для них и для меня.
Вместо этого, как только Монти устроился в моей комнате, чтобы присмотреть за Максом, я спустился в вестибюль один, заставляя себя ждать ее там, притворяясь, что меня совершенно не волнует перспектива провести ночь вдали от дома или отеля с девушкой, о которой я, к своему раздражению, не могу перестать думать.
Кажется, вся команда уже здесь, пьют пиво и слишком взволнованы тем, что проведут выходной без необходимости завтра выходить на поле. Я нахожу Исайю на диване, и как только моя задница опускается на подушку рядом с ним, он протягивает мне свежее пиво с уже откупоренной крышкой.
— Никогда не думал, что это случится снова, — говорит Исайя, чокаясь своей бутылкой с моей. — Ты идешь с нами веселиться.
— Это всего лишь на один раз.
Он ничего не говорит, просто подносит пиво к губам, но я чувствую, как невысказанные слова, которые ему до смерти хочется сказать, кружатся вокруг нас.
— Что?
— Мне просто любопытно, что в ночь, когда ты решаешь присоединиться к нам, это та же ночь, что свободна и у Миллер.
— В этом нет ничего любопытного.
— Правда? Потому что я заметил как ты согласился после того, как ее пригласил Трэвис.