"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Френсис отступил. Меч скользнул в ладони от его горла, и разбойник по инерции сделал лишний шаг в сторону того, кого собирался прикончить. Резко выбросив вперед руку, Френсис перехватил разбойника за запястье и дернул на себя, в тот же момент разворачиваясь, одновременно прикрываясь от второго противника телом его напарника. Сделав полный разворот, он ударил разбойника в бедро, почти перерубив его ногу. Приятель раненого на мгновение замешкался, оценивая произошедшее, а затем развернулся и побежал в лес. Побежал быстро, и никакого желания гоняться за ним среди хмурых деревьев и сырого кустарника у Френсиса не возникло.
  
Коротко глянув на пораженного врага, он сделал быстрый шаг в его сторону и перерезал горло разбойника. Сейчас ему меньше всего хотелось слышать стоны раненого, его мольбы о помощи и пощаде. Сейчас ему хотелось собрать свои мысли воедино и, наконец, завершить размышление.
*
И вновь одинокий путник шел по безлюдной лесной дороге. Френсиса не пугало одиночество. Ему не нужны были собеседники для того, чтобы размышлять. Ему не нужны были напарники, чтобы защищаться от грабителей. Он был достаточно молчалив, чтобы обходиться без пустых бесед, которыми обычно пробавлялись компаньоны в дороге. И достаточно опытен, чтобы справиться с несколькими грабителями в одиночку. Поэтому он шел один и размышлял в тишине, воцарившейся на лесной дороге.
Френсис вспоминал последний бой, вспоминал много схваток, в которых участвовал до этого. Короткие стычки со степными кочевниками, в то время, когда он служил в крепости на востоке страны. Битвы, когда ему приходилось стоять плечо к плечу с товарищами и смотреть на наступающие толпы врагов. Мешанину рукопашной, в которой легко гибли даже лучшие бойцы. И вновь последний бой. Легкое движение мускулов лица разбойника, по которому опытный воин мог определить момент атаки. Шаг левой ноги, который предшествовал замаху вражеского клинка. Перенос веса на носок и небольшой разворот ступни, указывающий на то, что удар будет направлен именно в шею, а не куда-либо еще. Все это было банально и не требовало чуда – требовался только навык воина и многолетняя практика учебных боев и смертельных схваток.
Но Френсиса поглотила идея того, можно ли предугадать ход боя чуть дальше, не на один - два, а на десяток и больше ударов вперед. Можно ли, только вступая в поединок, уже знать его результат, или, вернее, знать, как следует действовать, чтобы этот результат его устраивал. Можно ли предвидеть подлый удар, который может быть нанесен с любой стороны в гуще битвы, когда большая часть воинов гибнет не оттого, что они недостаточно хорошо владеют клинком, а из-за того, что их спина оказалась в какой-то момент неприкрыта.
Дорога петляла, этой дорогой вообще нечасто пользовались, и Френсису то и дело приходилось отводить в стороны низко склоняющихся к дороге ветки елей. Поэтому он заметил путника только тогда, когда столкнулся с ним практически вплотную. Человек шел в том же направлении, что и Френсис, хотя шел значительно медленнее, и только это позволило воину догнать его на лесной дороге.
Слишком медлительное передвижение незнакомца могло быть объяснено его возрастом – мужчина действительно был в годах, хотя внимательней приглядевшись, можно было заметить, что старость никак не сказалась на его физическом состоянии.
Незнакомец выглядел как воин, недавно оставивший воинскую службу, причем изрядно на ней задержавшись. Человек явно разменял пятый десяток, однако был по-прежнему статен, под бесформенной одеждой при движениях чувствовалась сталь еще не заплывших жиром мышц, выражение, впечатавшееся в черты его лица, выдавало принадлежность к касте людей, привыкших принимать и отдавать приказы.
И, судя по всему, старик значительно лучше был приучен именно приказывать.
Странник лишь мимоходом взглянул на Френсиса, никак не показывая, что удивлен встрече. Как будто это был многолюдный тракт, а не пустынная лесная дорога, на которой встретить еще одного путника, тем более такого же одинокого, было крайней редкостью. Френсису подумалось, что даже разбойников можно было встретить значительно проще и чаще, чем одиночку, бредущего по заросшей тропе.
Так или иначе – они встретились, и Френсис, слегка наклонив голову, произнес:
- Приветствую тебя, незнакомец.
- Рад видеть и тебя, воин, - негромко произнес старик, даже не останавливаясь и все так же неспешно продвигаясь вперед. – Куда лежит твоя дорога?
- В столицу, уважаемый, и дальше на запад по гномьему тракту.
- И где она закачивается? – вопрос старика, как бы обыденно он не звучал, неожиданно резонансом откликнулся в душе Френсиса. С одной стороны, он знал, куда лежит его путь и где должно закончиться его путешествие. Где-то на западе находился маг, к которому, после многочисленных рекомендаций и долгих раздумий его самого, он собирался поступить на службу. Среди всех воинов королевства, особенно тех, кто находился на службе короля, но не только них, попасть в охрану мага было, наверное, самой почетной возможностью. Доказательством того, что воин достиг вершины мастерства, выходом на пик карьеры, которую только мог себе позволить солдат.
Всегда оставалась, конечно, еще возможность подниматься в званиях и рангах, даже чего-то добиться на этом поприще – но это была уже не карьера воина. Френсис же всегда верил, что его призвание – в мастерстве владения клинком, а не в том, чтобы вести в бой других.
- Говорят, что на западе есть маг, - отвлекся воин от своих размышлений. – Говорят, что это сильный и хороший маг, который делает очень много добрых дел для людей. Говорят, что у этого мага есть охрана, воины, которые защищают волшебника от того, от чего неспособна спасти его магия. Говорят, что служить в охране мага – высшая честь и единственное подтверждение мастерства истинного воина.
Френсис и сам не знал, почему он так неожиданно поддержал беседу. С любым другим попутчиком он мог пройти многие мили и не сказать ни слова, не ответить вразумительно ни на один вопрос. Может, воинская выправка, может – внимательный и доброжелательный взгляд старика, но Френсис отвечал, как будто разговаривал со старым другом.
- И говорят, что попасть даже во внешний круг защиты этого мага крайне тяжело, - подхватил старик. – Говорят также, что служба в охране мага - крайне рискованное занятие. Не потому, что маг не заботится о своих телохранителях, но потому, что жизнь мага крайне опасна, и порой и ему, и его охранникам приходится попадать в очень серьезные переделки.
- Я слышал и об этом, - кивнул Френсис. – Но сначала нужно попасть к нему на службу, а потом можно будет волноваться об остальном.
- Это так, - согласился старик. - Так почему же ты думаешь, что сможешь пройти все испытания?
- Я хороший воин, - спокойно ответил Френсис.
- Хороший, - слегка кивнул старик, коротко, почти небрежно взглянув на воина, - но достаточно ли этого? Каждый год наниматься к магу приходят сотни воинов. А берут только нескольких, а иногда и вообще никого. Тысячи воинов, которые тоже считали себя хорошими, тем не менее - ушли ни с чем. Что есть в тебе, чтобы ты не оказался среди них?
- Я умею предвидеть, - неожиданно для себя сказал Френсис. - Я предвижу действия и поступки врага, иногда даже на несколько ударов вперед. Это поможет мне пройти испытания.
Старик взглянул на воина внимательнее. Вздохнул. В разговоре возникла неожиданная пауза, а старика, казалось, целиком поглотило разглядывание дороги под ногами. Они шли молча долго, пока не дошли до развилки дорог. Только тогда старик остановился и вновь заговорил.
  
- Здесь наши дороги разойдутся. Но я хотел бы кое-что сказать тебе, поэтому прошу – присядь и найди немного времени, чтобы меня выслушать.
Френсис молча кивнул.
*
- То, что ты сказал, беспокоит меня. – Начал старик неторопливо, усевшись прямо на свою котомку и не сильно озадачиваясь удобством. – Предвидение в бою, вещь важная и, в той или иной мере, это умение присуще каждому воину. Однако большинство останавливается на коротких связках, нарабатываемых годами до выполнения даже в бессознательном состоянии. Лишь немногие задумываются о природе этого предвидения, и совсем единицы думают о том, что это искусство можно развить. Воины – люди простые, и всякие сложные размышления они оставляют обычно гадалкам и оракулам. Но, как ты понимаешь, задумываться мало. За тысячу лет, может быть, только одному воину удается действительно достичь мастерства в предсказании боя.