"Фантастика 2025-99". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Клочья Тени окончательно растаяли. Продолжали греметь барабаны. Я сидел, разглядывал изображение, передаваемое с внешних камер, и блаженно улыбался.
Зуд исчез, едва спал черный полог. И головная боль смягчилась, хотя тошнило по-прежнему. Наверное, свою роль сыграли анальгетики, но основной вклад был явно не их. «Тень и Паразит не могут сосуществовать внутри одного организма», — сказал Олег. Впервые я прочувствовал верность тезиса на себе. Когда тьма отступила, дышать стало гораздо легче.
В конце концов я все-таки заставил себя раскрыть люк и выбраться наружу.
На поверку унылый пейзаж немногим отличался от составленной на корабле компьютерной модели. Разве что равнина с редкими покатыми холмами и неглубокими впадинами, назвать которые оврагами язык не поворачивался, оказалась не каменистой. Блеклая серо-желтая трава, от силы сантиметровой высоты, без единой проплешины устилала землю. А кроме мягкого выцветшего ковра, я не увидел ничего. Ни одного деревца или кустика. Ни одной живой души. Идеальное футбольное поле, навечно застрявшее в межсезонье.
С минуту я изучал окружающий мир. Тишь да гладь. Застывший воздух. Черный купол облаков. Тусклый сумеречный свет. Осмелев, я попробовал прозондировать пси-диапазон и едва не завяз в густой молочно-белой массе, сменившей здесь океан. Пси-среда была настолько плотной, что ни просматривать, ни преобразовывать ее оказалось невозможно. Однако никаких следов паутины я не заметил, парящих червей тоже. Стерильная планета…
Проверять, во что превратился туман, я не стал. Купание в пси-сметане неожиданно вызвало ломоту во всем теле, заныли зубы. И что-то случилось со зрением: словно на меня периодически надевали очки с линзами разной силы, отчего мир вокруг мутнел, а невыразительный рельеф окончательно расплывался.
Я в последний раз сверился с картой, подхватил аннигилятор и, хлопнув на прощание по блестящему корпусу, зашагал вперед. Полтора километра — десять минут ходьбы.
Несмотря на пониженную гравитацию, травка не держала. На каждом шагу я по щиколотку уходил в мягкий влажный грунт. На скорость это не влияло — усилители позволяли выдирать ноги без малейшего труда, — но непривычно.
Холм, под которым пророс ганглий Паразита, пока не был виден. Аккурат между мной и нежеланным прыщом вырос его собрат. Я попытался сосредоточиться на предвидении, но обнаружил, что вероятностное поле утонуло все в том же молочном киселе. Меня это совсем не взволновало — окружающий мир не создан для волнения и тем более страха. И он удивительным образом сочетался с барабанами, ненавязчиво задающими ритм моим шагам. Гармония тишины, гармония движения. Нет огненных потоков, нет роящихся гадов. Только тишина и покой. Даже странно: измененная реальность оказалось удивительно похожей на нашу. Только чуточку совершеннее.
Не дойдя до холма-прыща, я остановился. Мир в очередной раз расплылся и не желал возвращать себе резкость. Медблок по-прежнему утверждал, что все в порядке. И ведь даже шлем нельзя откинуть, чтобы протереть глаза. Хотя почему нельзя?.. Ах да, воздух непригоден для дыхания. Жаль… Придется потерпеть.
Я заморгал, и понемногу очертания холма стали четче. Потом однородный покров вновь рассыпался на отдельные травинки. Ну и чудно.
Я обернулся и замер. Капсулы не было. И вырытого Тенью кратера. Только ровный грязно-желтый ковер. Несколько секунд я тупо смотрел на место, где пять минут назад стояла массивная черная пилюля, потом лихорадочно запустил полное сканирование.
Пусто. Модуль как сквозь землю провалился. Причем настолько глубоко, что засечь его следы не удавалось. Достучаться до компа катера также не вышло.
Я присел на корточки, зачем-то похлопал по земле, будто проверяя на прочность. Земля как земля…
Понемногу вернулось меланхоличное настроение. От вызванной исчезновением капсулы нервной встряски не осталось и следа. В конце концов, что это меняет? Возврата все равно нет.
Я выпрямился и побрел вверх по склону холма. Остановился на вершине обозреть открывшийся вид. Все тот же подстриженный газон. Все те же впадины и возвышенности. Искомая ничем не отличалась от разбросанных по округе братьев и сестер. Идти до нее метров восемьсот.
Я присел на траву, положил рядом аннигилятор. Куда я прусь? Зачем? Какой, к черту, Паразит, какой нервный узел? Надо очень сильно стукнуться головой, чтобы принять этот холм за узловой элемент. Да и вообще… расхреначить поросшую травкой планету — остроумная шутка. А Марс разбомбить за красный песок. А Венеру — за кислотные дожди. Бред какой-то. Вечно эти Наблюдатели что-то выдумают…
Там-пам. Там-там-пам. Мелодия неуловимо изменилась. Совсем чуть-чуть — даже странно, что я почувствовал. На фоне гармонии, спокойствия и бесконечной уверенности проскользнуло едва заметное… злорадство? Что-то происходило, и это что-то радовало сидящего во мне зародыша — зародыша Твари. Твари, сидящей во мне.
Я стиснул зубы. Нет уж. Не для того я перся через всю Вселенную, чтобы врасти в землю. Но каков Паразит! Сумел-таки усыпить. Еще бы чуть-чуть и… Я оттолкнулся от стриженого газона.
Те… Те… Сопротивление. Плотная эластичная стена. Но вместо того, чтобы остановить, встречный поток придал сил. А следом проснулась злость. На себя. На Паразита. На весь мир. И Тень внутри пробудилась, заставила барабаны умолкнуть.
Земля дрогнула. Я потерял равновесие и покатился по склону вниз. Сгруппировался, вскочил на ноги.
Ровный, травинка к травинке, газон вздыбился, изогнулся гигантским горбом. Рядом вспух еще один. На мгновение земляные валы застыли, а затем, сориентировавшись, покатились в мою сторону. И навстречу им поднялась стена угольно-черного тумана.
Я не стал сдерживаться, хотя от воплей зародыша едва не скрючило. Мозжил каждый позвонок. Я почти ослеп. Казалось, глазные яблоки вот-вот лопнут, однако дымное облако поднялось на добрых два десятка метров и заключило меня в широкое кольцо. Клубящиеся струи тьмы перечеркнули каменные волны, стирая их из реальности. И в такт сидящей во мне споре закричал окружающий мир.
Белый кисель моментально окутал психосферу, выискивая в пси-броне малейшую трещинку, сквозь которую можно затечь прямо в душу. И, наверное, нашел бы, но в этот миг лопнул очередной внутренний барьер. Я споткнулся и упал на колени, а накативший без всякой прелюдии психосрыв принялся радостно корежить пси-пространство вокруг.
Раздался еще один крик, но творящийся вокруг хаос настолько расшатал естественную структуру психополя, что разряд, способный сжечь мое измученное сознание, ушел в пустоту.
Шатаясь словно пьяный, я кое-как поднялся на ноги. На этот раз медблок скафа почуял неладное и начал спешную медикаментозную терапию.
Подождать, когда химия подействует?.. Нет, нельзя, надо идти вперед — немного осталось.
Трава под ногами неожиданно сделалась скользкой. Потом невероятно липкой. Каждый шаг давался с трудом, несмотря на работающие в предельном режиме усилители. Я вызвал еще одну Тень, и та принялась пеплом мостить передо мной дорожку.
Кружащий вокруг ураган набирал силу. Я добавил в вихрь невесомое безе тумана, и Тень радостно перетекла по нему на пси-уровень, испаряя вязкий белый коктейль.
Зрение понемногу прояснилось, хотя разглядеть что-либо за пределами хоровода тьмы не удавалось. Я перешел на бег.
Шестьсот метров. Пятьсот. Четыреста. По коже пробежал холодок.
Триста. С новой силой навалилась тошнота, и мне пришлось сбавить темп. Зародыш окончательно затих. То ли захлебнулся в рвущейся из меня тьме, то ли благоразумно отступил, спрятавшись в глубинных слоях сознания.
Двести метров. Казалось, голова вот-вот лопнет. Ноги сделались ватными. Остановиться на пару секунд — перевести дыхание? Не стоит, а то потом не смогу сдвинуться с места.
Несмотря на решимость, мне все-таки пришлось перейти с рыси на шаг: надо успокоиться, отдышаться, собраться с мыслями. Неизвестно, чем встретит Паразит в контактной точке, но явно не хлебом-солью.