Семь лет одиночества. Принцесса Малейн (СИ)

У колодца Малейн бросила Сибилле вызов самым очевидным образом, но всё еще не была наказана, как того ожидала. Никаких новых побоев или даже потока брани. Это ее и настораживало.
— Моя свадьба откладывается на две недели, — сказала Сибилла.
Малейн изо всех сил старалась не просиять. Значит ли это, что Роб понял намек? Может, он прямо сейчас пытается что-то сделать?
— А почему? — Малейн хотела смолчать, но всё-таки не удержалась от вопроса.
— У Роба что-то там с травмой, старой или новой — не поняла. В любом случае, так сильно болит, что бедняжка не может должным образом пережить церемонию.
Сибилла фыркнула. Кажется, она в это не верит. Впрочем, как и Малейн.
— Знаешь, — продолжала Сибилла, — после твоей маленькой сценки у колодца я хотела познакомить тебя со всеми видами боли, которые может испытать человек. Однако же это всё равно не гарантирует твоего послушания, правда?
— Я не боюсь тебя, — прошептала Малейн.
И это была ложь. Она боялась, даже очень. Кто в здравом уме не боится боли?
— Да, кажется, ты не из пугливых, — ответила Сибилла.
Она подошла к столу, открыла ящик и достала оттуда свернутый кусок пергамента.
— У тебя есть друзья в городе, Малейн? У меня вот есть парочка. И они мне помогли найти одну очаровательную семью.
Малейн напряглась, наблюдая за тем, как Сибилла медленно разворачивает пергамент и достает оттуда несколько маленьких металлических табличек. Одна из них сверкнула, поймав солнечный луч.
— Кто это тут у нас, посмотрим, — начала перебирать таблички Сибилла. — Кэтрин Гордон, Джим Тейт, Дженни Тейт, Нэн Тейт, Бог ты мой, сколько там этих Тейтов, а? Как тесно у них дома, должно быть.
Малейн надела маску безразличия. Показать Сибилле, как много значили для нее эти имена — всё равно, что добровольно отдать ей ключ к самому охраняемому в мире сокровищу.
Но услышав последнее имя Малейн вздрогнула, а Сибилла улыбнулась.
— Ты будешь счастлива узнать, что я нашла в Дэллинбурге мисс Элеонор Редмэйн. О, что с тобой, дорогуша? Ты разве не рада?
Она подошла и присела рядом с Малейн на подоконнике, приобняв ее, будто они — две лучшие подружки, которые собираются на бал. Кучка табличек со звоном вывалилась на пол, и Малейн разглядела на каждой по одному нацарапанному имени. Она хотела было метнуться к ним, но Сибилла вцепилась в ее плечо мертвой хваткой.
— Я бы на твоем месте этого не делала, — промурлыкала она. — А то вдруг в следующий миг дорогая Нэн стукнется об стену так, что голова треснет. Это был бы некрасивый конец, правда?
От ужаса Малейн не могла сделать вдох и просто смотрела на россыпь табличек. Даже когда Сибилла положила голову ей на плечо, она не нашла в себе сил, чтобы оттолкнуть ее. Ее отвратительный запах обволакивал Малейн.
— Ну вот, кажется, мы пришли к взаимопониманию, — сказала Сибилла, прикрыв глаза. — Когда нас пригласят поужинать, потанцевать или что бы там ни было с Робом, я ожидаю, что ты будешь вести себя наилучшим образом. Ты же меня не подведешь?
Она встала, собрала таблички с пола, подошла к деревянному сундуку, стоявшему у кровати, и заперла в нем судьбу друзей Малейн.
Сибилла решила навестить Роба в его кабинете через пять дней после того, как ей доложили, что свадьба откладывается. Он смотрел на ее нелепую гримасу и понимал, что даже если Малейн где-то рядом, она хорошо прячется, ведь она бы скорее умерла, чем применила такую тактику.
— Ты уверен, что задержка так уж необходима? — хмурилась Сибилла. — Я не буду заставлять тебя танцевать, если ты не можешь.
Ее надутые губы превратились в лукавую ухмылку.
— Мы могли бы поблагодарить гостей и сразу подняться в спальню, чтобы… расслабиться.
Она подошла к принцу вплотную и провела кончиком пальца по его здоровой руке. Роб отпрянул, и тут же покачал головой, мысленно ругаясь на самого себя.
Он не хотел этого. Это было грубо, и он должен был держать себя в руках, но Сибилла звала его туда, где он мечтал оказаться с Малейн. Хотя, к своему стыду, Роб знал, что его тело последует за Сибиллой, если она действительно того захочет.
 
Он предпочитал быть честным с собой. Он мужчина, а эта женщина знает, как заставить его кровь кипеть. Роб давно уже понял, насколько слаба его плоть, и это был еще один повод каяться перед призраком Малейн.
Однако Сибилла не могла залезть ему в душу, а его сердцу хотелось блевать от отвращения. Как бы ни был мудр его отец, союз с этой принцессой был ужасной идеей.
Но, увы, король прав в одном — еще одну войну Эльба не может себе позволить. И, судя по расчетливому выражению лица, Сибилла тоже это понимала. Она фыркнула, отдернула руку и разгладила свои юбки.
— Просто чтоб ты знал, — холодно сказала она, — мы не сможем зачать наследников, если ты постоянно будешь подвержен… этим своим болезням.
Роб молчал. Сибилла вздохнула и снова подняла на него глаза. Теперь ее голос и взгляд стали мягкими и сладкими.
— Позволь помочь тебе, Роб, — она опять прильнула к нему. — Разве не в этом смысл брака? Мы должны помогать друг другу в минуты слабости.
Какая она талантливая. Меньше чем за две минуты надела четыре разных маски, и все до ужаса убедительные. Несмотря на все попытки остаться непроницаемым, Роб всё-таки вздрогнул от ее нового прикосновения.
Нет, этот брак не может состояться. Но Робу нужно действовать осторожно.
— Я прошу тебя о помощи сейчас.
Роб взял ее руку в свою и ответил на ее взгляд, стараясь сделать свой голос ниже.
— Будь снисходительна, чтобы я мог поскорее излечиться.
Он нежно и медленно поцеловал ее пальцы. Да, Сибилла, в эту игру можно играть вдвоем. И будет даже почти не больно, если притвориться, что это рука Малейн.
«Не надейся», — шептал голос в голове, похожий на голос разума, но Роб уже надеялся всей душой.
А если он ошибся? Вдруг и правда нет никакой темной магии, и всё это придумало его разбитое сердце? Но он не мог позволить себе сомневаться.
— Хорошо, — сказала Сибилла. — Надеюсь, ты быстро поправишься.
Она задумалась на мгновение и добавила:
— На самом деле, у меня друзья в городе, которых я давно хотела разыскать, так что, может, всё это и к лучшему.
Роб призвал ее найти всех, кто ей нужен, и даже предложил королевский эскорт, если она пожелает. Что угодно, лишь бы отсрочить свадьбу. У него осталось девять дней.
Когда Сибилла ушла, Роб подошел к окну. Он остался несколько разочарован их разговором, как и несколькими предыдущими. Новых зацепок, сигналов, намеков — ничего такого не было. Он начал бояться, что отец попробует на него надавить, ускорить свадьбу. Нужно срочно что-то придумать, но на ум, как назло, ничего не шло.
Ничего, что было бы достаточным для короля.
— Ваше Высочество.
Роб повернулся на звук голоса Грегори. Тот выглядел взволнованным.
— Пришло письмо от принца Анри Франкийского. Просили передать вам лично в руки. И, простите за дерзость, но передаю слово в слово, вам просили передать, чтобы вы прочитали его немедленно…
Роб сорвался с места, чем изрядно удивил камердинера. Грегори давно уже не видел такого энтузиазма в глазах господина. Принц выхватил письмо, но на мгновение застыл и сделал глубокий вдох, прежде чем сломать печать.
Роберт,
Вынужден отметить, что твои письма стали не только прискорбно редкими и короткими, но теперь еще и достаточно запутанными. Я бы не понял ни слова из того, что ты, очевидно, в спешке, написал, если бы моя семья не следила за леди Сибиллой последние несколько лет.
(Да, я отказываюсь признавать ее равной и настаиваю, что она всё еще леди Сибилла фон Ротбарт. Иное невозможно, пока всё свидетельствует о том, что высокий титул принцессы получен ею злонамеренно).
К сожалению, мы пока не нашли ничего, что прямо бы указывало на связь Сибиллы с темным искусством. Двор Ваксамии крайне неохотно идет с нами на контакт.
Однако твои находки кардинально меняют ход дела и подтверждают наши собственные догадки. Из всей информации, что нам удалось собрать, мы предположили, что Сибилла использует не одну, а несколько видов темной магии. Каким образом она провела слияние — загадка, которую мне было бы крайне любопытно разгадать. Но мне искренне жаль, что исследовать всю эту мерзость придется на твоей свадьбе.