Выбор (СИ)
— Прошу прощения?! Ты вообще о чём? — вздёрнул подбородок и расправил плечи Марк.
Он был немного ниже Трэвиса. Но весовая категория у них точно была разная. Трэвис был мясистым и накаченным. А Марк скорее походил на любителя кардио тренировок.
— Ты знаешь, о чём я. Не включай ещё большего дебила, чем ты есть на самом деле. Почему в её глазах застыл страх? — подойдя вплотную к Марку, он смотрел на него сверху-вниз.
Хоть я видела только профиль Трэвиса, но точно могла понять одно: сейчас он был опасным.
— А тебе какое дело, что застыло в глазах моей куколки? — не поддавался Марк.
— Твоей?! — Трэвис усмехнулся. — Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь.
— Трэвис, тебя не касается моя личная жизнь, — огрызнулся Марк.
Меня изнутри била нервная дрожь. Пыталась успокоиться, но не получалось. Я понимала, что Марк ничего не сделал, но тем не менее испугалась. Тем не менее мне было не по себе. А ещё больше было не по себе от того, что я не могла его остановить. Слов он не слушал, а моё тело словно парализовало. Если бы не Трэвис, то неизвестно чем бы это закончилось. От своей никчёмности впору выть, честное слово.
— Твоя не касается, ты прав. Но вот её, — Трэвис кивнул в мою сторону, мельком глянув в мои глаза. — Её жизнь меня касается.
— С каких пор?! — почти взвизгнул Марк.
— С сегодняшнего дня. Ты хотел ещё гонку? Ты её получишь. Сейчас, — уже спокойнее произнёс Трэвис.
— Я сегодня не планировал заезд.
— Пасуешь? — усмехнулся Трэвис.
В этой усмешке было столько пренебрежения и отвращения, что я бы пожалела мысленно Марка, если бы он не напугал меня. А сейчас я бы сама хотела так на него посмотреть. Хотела научиться так сопротивляться, чтобы меня слышали.
— Я бабки не брал, — пояснил Марк. Но спустя мгновение с более угрожающей интонацией добавил: — Но я тебя сделаю в следующий раз.
— Следующего раза не будет. Нет бабок, есть тачка. Что скажешь? — Трэвис склонил голову, словно ему всё уже было понятно. Словно он забавлялся.
Марк занервничал. И только сейчас я заметила, что рядом стояли ещё несколько гонщиков со стороны Трэвиса. И все смотрели то на них, то на меня.
— Е-е-е! Давайте ключ на ключ! — кто-то выкрикнул из толпы. Послышались возгласы и свист.
— Давай, Марк! Ты же подшаманил свою тачку! — заорал парень с дредами.
Я перестала понимать, что происходило и о чём они говорили.
Марк сжал кулаки и стиснул челюсти. Зато Трэвис улыбался, словно уже что-то выиграл.
— Только твой талисман поедет со мной, — бросил Трэвис Марку.
Все начали шептаться и поглядывать на меня.
Это он обо мне сейчас сказал?! О господи! Мне одной гонки уже хватило. Я там летала как воздушный шарик.
— Какого хрена?! — удивился Марк. Но в его интонации была злость.
— Ты подшаманил свою тачку. Я подшаманю свою, — довольно улыбнулся Трэвис. Все вокруг засмеялись.
Марк покосился на меня, потом сделал какой-то неопределённый жест головой и отошёл от Трэвиса.
— О’кей. Давай. Кто-то должен поставить тебя на место. И этим «кто-то» буду я, — угрожающе произнёс Марк, подходя к машине.
— Иди сюда, Волчонок, — тихо произнёс Трэвис, протянув руку ко мне. Еле отлипла от автомобиля и на ватных ногах подошла к нему. — Ты в порядке? Он не тронул тебя? — обеспокоено заглянул в мои глаза.
— Нет, — промямлила я.
Толпа возбуждённо обсуждала предстоящую гонку.
— «Нет, не в порядке» или «Нет, не тронул»? — допытывался Трэвис.
Силы покинули меня. Я не могла и слова произнести. Дрожь по-прежнему сотрясала моё тело, но уже не так активно.
— Я не знаю. Он… Наверное, он хотел поцеловать меня, — тихо ответила ему.
— Недоумок, чёрт подери, — прошипел Трэвис, посмотрев в сторону. Потом вновь скользнул взглядом по моему лицу, задержавшись на моих губах, но остановил его на моих глазах. — Ты поедешь со мной.
— Нет, благодарю. Эти гонки не для меня, — сделала шаг в сторону, чтобы уйти, как вдруг увидела его машину.
Встала, как вкопанная, разглядывая её.
— Что это такое?! — сипло спросила, смотря перед собой.
На кузове его абсолютно чёрного матового автомобиля появился золотисто-серебристый узор молнии. Очертания молний были выполнены золотистой краской, а сами узоры — серебристой. Выглядело настолько живо и необычно, что дух захватывало и приковывало к себе внимание.
Только я узнала эту молнию. Ведь это я её фотографировала в грозу, когда он повстречался мне и напал в очередной раз. Но откуда у него появилось фото?! Ведь я никому не показывала!
— Ты о чём? — словно не понимая, уточнил он. Но увидев мой взгляд, который излучал злость и недоумение, быстро ответил: — Ах, ты об этом. Я одолжил у тебя фотографию, когда вломился в твой дом. Очень уж она мне понравилась, — в его интонации не было и намёка на сожаление.
— Ты рылся в моих вещах?! Мало того, что вломился в мой дом, в моё убежище, так ещё и копался у меня на столе и украл фотографию?! — почти заверещала я.
Силы вновь появились. Я редко сопротивлялась. Но сейчас я готова была драться и кусаться. А ещё вопить и царапаться. Как он посмел трогать то немногое, что было по-настоящему моим?!
— Волчонок, всё так до момента «копался и украл». Я хотел написать свой номер телефона и увидел фотографию, которая лежала наверху. Я её одолжил. А раз одолжил, то верну, — примирительно произнёс он, подойдя ко мне.
— Ты не понимаешь! Это моё! У меня так мало личного… моего… — слёзы обожгли глаза, но я сжала кулаки, выпрямив руки, и развернулась лицом к нему.
За его спиной была машина Марка и толпа девиц-прилипал вместе с другими автогонщиками.
— Это было твоим, им и останется. Просто я восхитился этой фотографией и тем, как ты поймала момент. Мне тоже захотелось запечатлеть его. Теперь часть заднего бампера и правой боковой двери украшает твоё прекрасное видение момента. Согласись, что-то есть в том, что на абсолютно чёрной и матовой тачке появились глянцевые акценты? Мне нравится, — пожал плечами, словно ничего такого не произошло.
— Что ещё ты трогал на моём столе?! — прошипела я, прекрасно понимая, что там была вся моя жизнь.
Книги, фото и дневник. Большего у меня не было.
— Ничего, — тут же ответил он.
Прищурилась, глядя в его глаза. Мне показалось, он слишком быстро ответил. Значит, врал. Тем более я знала, как мастерски он это делал.
— Трэвис, ты не имел права даже одалживать мою вещь, не спросив меня. Ты воспользовался ситуацией, пока я не видела! — взвизгнула я.
В его глазах промелькнуло озорство.
— Ты так сладко спала, что я не хотел будить тебя ради такого пустяка, — улыбнулся мне.
— Пустяка?! Да ты идиот! Неандерталец! — напирала на него.
— Волчонок, мне понравилось, когда ты громко кричишь. Громче можешь? — как-то хрипло прошептал он, немного наклонившись ко мне. — Громче, Волчонок.
В мозгу сразу всплыло это слово, которое он повторял во время секса. Тогда оно меня стимулировало и помогало открыться. Помогало снять с себя цепи и проявиться. Помогало отдаться этому моменту.
Сейчас же мне захотелось замолкнуть. Ощущения нахлынули на меня. Картинки вспыхнули перед глазами. Низ живота моментально стянуло в тугую пружину.
— Ты… Ты… — пыталась подобрать слово, но в голове слышались его «громче» и мои стоны.
— Что я?! — нагнулся ещё ниже, хрипло прошептав.
А у меня в голове его хриплый шёпот, приказывающий стонать громче и громче и, чёрт побери, громче.
— Ты… — тряхнула головой, чтобы убрать эти навязчивые картинки из головы.
Но, как вы понимаете, тряси головой или не тряси, они оттуда не выпадут и не испарятся. Кто вообще придумал трясти головой в подобных ситуациях?!
— Я здесь, — упёрся своим лбом в мой, смотря мне в глаза. — И ты поедешь со мной. Я не дам тебе сейчас уйти, равно как и сесть в машину к этому мажору-недоумку, — уверенно произнёс Трэвис, аккуратно взяв меня под локоть. Так бережно он меня трогал только, когда шептал «громче». Да что ж такое-то?! — Пойдём, гонка скоро начнётся, — подмигнул мне и, отлипнув от меня, повёл к его автомобилю.