Физрук на своей волне. Трилогия (СИ)

Девчонка уже собиралась уходить, но вдруг замерла, снова посмотрела на меня. В её взгляде мелькнуло колебание.
— Вова… я ещё кое-что хотела у тебя спросить.
— Валяй, спрашивай.
Аня поколебалась, прикусила губу, явно взвешивая, стоит ли продолжать.
— Ты с собакой погуляешь?
Я вскинул бровь.
— В смысле?
— Ну… Бутончик, конечно, к лотку приучен, — пояснила Аня, кивнув на песеля, жадно лакающего воду.
  
— Но хотя бы раз в день с ним нужно гулять.
Я не подал виду, что удивлён. Надо же… собака и лоток! Раньше и кошки, и собаки сами по себе гуляли. Выпустил во двор — побегал, нашёл где куст, отметился и вернулся. А тут, блин, не просто кошку к лотку приучили, но и собаку держат в четырёх стенах.
Видя, что я не спешу с ответом, Аня сложила ладони на груди и посмотрела так, что любой другой мужик тут же бы сдался.
— Ну пожалуйста…
— Давай баш на баш, я с твоим клопом прогуляюсь, а ты мне в зале полы протрёшь? — предложил я честную сделку.
— Так ты ж раньше не разрешал, Вов. Я тебе сколько раз предлагала!
— Раньше — это раньше, а теперь так, — ответил я. — Так что как вернёшься, можешь приступать. Ты, как я понимаю, собираешься допоздна на своём свидании быть?
Она дёрнулась, отвела взгляд.
— Ну нет… не допоздна, — ответила Аня неуверенно. — Вов, давай только не как в прошлый раз, без слежек, окей?
Я чуть не поперхнулся. Это что получается, я тут слежки за девчонкой устраивал.
— А из-за чего я с твоим хахалем закусился, напомни, а то запамятовал? — спросил я.
— Лучше не вспоминай, раз забыл, а то опять давление поднимется. И это… не забудь, пожалуйста, взять с собой пакет, когда пойдёшь гулять с Бутончиком.
— Зачем пакет?
Аня округлила глаза, как будто я спросил, зачем люди дышат.
— Ну как зачем? Какашки убирать в пакет.
Я застыл, уставившись на неё, но сказать ничего не сказал. Просто потому что охренел. Вот это времена. Чтоб здоровенный мужик за шавкой по асфальту нагибался с пакетиком.
Аня, будто сглаживая момент, быстро добавила:
— Может, по машине тебе помочь? Я Коте позвоню, он порешает, у него связи.
Я резко качнул головой.
— Не надо. Разберусь сам.
Сказал твёрдо, чтобы у Ани даже мысли не возникло превращать меня в клиента её Коти. Нет уж.
— Ладно, я пойду в ванну.
Аня наконец ушла в ванну, прикрыв за собой дверь. Щёлкнул замок, загудела вода в трубах, потом послышалось плескание. Она там что-то напевала вполголоса, но из-за шума было не разобрать слов.
Я остался на кухне и крепко задумался. Вспомнить бы, из-за чего рамс с Котей произошёл? На почве ревности? Ну, это казалось самым очевидным предположением. Если так, то я, выходит, бегал за Аней, а она меня брила.
Значит, надо подобную практику прекращать. Мужику бегать за бабой негоже.
Прошло минут пять, и дверь ванной приоткрылась.
— Вова, принеси полотенце! — крикнула Аня.
— У меня нет ключей от твоей комнаты, — ответил я.
— Посмотри в моей сумочке, — тут же отозвалась Аня, и дверь снова захлопнулась.
Я задумался — стоит ли выполнять такие просьбы? С собакой погуляй, полотенце принеси, а потом будет как снежный ком. И закончится нехорошо, местом под каблуком Ани. Нет, ничего против подкаблучников не имею, но это если со своей барышней. А моей Аня не была.
Но, подумав ещё, я всё-таки решил помочь. Не будет же она мокрая по хате бегать и пятками сверкать. Хотя я бы на такое посмотрел.
Я хмыкнул, пошёл к сумке, оставленной на тумбочке в коридоре. Не люблю лазить по чужим вещам, но раз Аня сама сказала… я открыл молнию. Первое, что бросилось в глаза — сложенный пополам купон на скидку в каком-то магазине одежды.
Я взял его в руки, рассмотрел и поймал себя на мысли, что мне бы самому не мешало обновить шмотки. Не могу же я всё время ходить в этих растянутых брюках и выцветших рубашках с пятнами. Новый имидж к новому телу, так сказать.
Я нащупал связку ключей с розовым брелком в форме сердечка. И пошёл по коридору к двери комнаты девчонки. В комнате Ани всё было в розовых и бежевых тонах. Вещи были аккуратно разложены, а пахло сладкими духами вперемешку с шампунем.
На столике у кровати стопка учебников, конспекты, а рядом — кружка с засохшим ободком от чая. На подоконнике сидел плюшевый медведь. Такое девичье царство прям выбивалось из остальной обстановки квартиры, как в зазеркалье попал.
Я подошёл к шкафу, открыл дверцу. На верхней полке лежали сложенные полотенца. Я протянул руку, чтобы взять одно, и краем глаза заметил на вешалке платье. То самое, красное. Шикарное. На Ане оно будет смотреться так, что у любого мужика дыхание собьётся. Это было ясно и без примерок.
Внутри кольнуло — это платье было почти в точности таким же, какое когда-то носила моя бывшая в девяностых. Та, которая ещё тогда вскружила мне голову. Воспоминание всплыло из глубин сознания. С моей памятью-то было всё в порядке. Я увидел пепельный вечер в ресторане, сигаретный дым и смех бывшей в почти таком же платье.
Я вздохнул тяжело, прикрыв дверцу. Вот ведь… жизнь не устаёт издеваться. Снова напоминает, где был и кого потерял.
Я схватил полотенце и вышел обратно в коридор. Подошёл к ванной, постучал в дверь. Та приоткрылась, и изнутри вырвался пар. Аня протянула руку, и наши пальцы на миг соприкоснулись.
Всего секунда.
Но по коже пробежал электрический разряд, будто ток ударил. Я дёрнулся, но сдержался, сделал вид, что ничего не случилось. А вот внутри организм будто взбесился. Сердце застучало, в животе что-то сжалось. Я ясно почувствовал, как тело Вовки реагирует на Аню. И понял окончательно: Вовка был в неё влюблён.
Ну губа у него, конечно, не дура. Девчонка и вправду красивая. А вот сам дурак — раз упустил.
Аня забрала полотенце, дверь закрылась, оставив меня в коридоре одного. С бешено колотящимся сердцем и странным привкусом чужих эмоций во рту. Ощущения были, мягко говоря, непривычные.
Через минуту вода перестала плескаться, и Аня вышла из ванной, завернутая в полотенце. Миг — и девчонка рванула в комнату. Я посмотрел ей вслед и медленно покачал головой. Неудивительно, что прежний обладатель этого тела втюрился.
Я почувствовал, что в горле пересохло и заварил себе ещё чай. Пока возился, Аня вышла из комнаты в красном платье. Ткань идеально ложилась по бёдрам, вырез держал взгляд. Платье так и трубило, что «я знаю цену себе и не боюсь её показывать».
Аня прошла, как будто по подиуму, и подмигнула мне так, что я, чёрт возьми, на секунду почувствовал себя не тем, кем являюсь сейчас…
Девчонка поцеловала меня в щёку, и тело среагировало снова — ревность вспыхнула, как искра.
— Спасибо большое, что согласился помочь и выгулять Бутончика, — сказала Аня, застенчиво улыбаясь. — Если что, я на связи. А если эти нехорошие люди попробуют тебя обижать — дай знать. Мой Котя со всем разберётся.
Котя… блин.
— Обязательно, — хрипло ответил я и тотчас потянулся к чаю.
Аня обулась и подмигнула, поочерёдно посмотрев на меня и на стоявшего рядом песеля.
— Всё, мальчики, я побежала, не ссорьтесь, — бросила она. — Вов, пожалуйста, в следующий раз вынимай ключ из замка, иначе я не смогу его открыть.
В её «пожалуйста» было столько домашней строгости, что я почти улыбнулся в ответ. Дверь открылась, тотчас закрылась, и я только услышал звук удаляющегося стука каблуков.
Я остался один, глянул на часы — дело шло к вечеру. Тянуть с прогулкой четырёхлапого смысла не было. Чем быстрее отстреляюсь, тем быстрее освобожусь.
— Эй, Рекс, ты где, мелкий пакостник. Пойдём, буду тебя выгуливать.
Пес, как только его хозяйка ушла, «был таков». Но убежал он почему-то в мою комнату. Может, думает, что у меня зал удастся пожрать? Мелкий паршивец.
  
— Только сразу предупреждаю, — проговорил я нарочито серьёзным тоном. — Если будешь кусаться — домой не вернёшься. Или натравлю на тебя какую-нибудь здоровую дворнягу.