Ренди. Жизнь вне времени

– Мы с тобой товарищи по несчастью, оба оказались никому не нужны, кроме самих себя, – ласково произнес юноша. – Твоя мама защищала тебя до последнего, а теперь ты мой брат.
Стоило Неру сказать последние слова, как младенец в его руках превратился в сияющий цветок лотоса. На несколько секунд свет ослепил юношу, а когда зрение вернулось, он увидел перед собой ту самую женщину, которая звала на помощь, только теперь она была богато одета, а на ее голове блистал золотой уреус, знак бога Ра.
– Теперь ты узнал меня? – царственно обратилась к Неру незнакомка.
– Да, ты Дея, посланница богов. – Неру поклонился.
– Ты доказал, что достоин моего внимания. Повтори еще раз, чего ты хочешь?
– Стать хозяином судьбы, – уверенно произнес юноша.
– Для этого нужно заручиться покровительством богов Тьмы, а оно бесплатным не бывает, – предупредила Дея. – Посмотрим, согласятся ли они.
С этими словами она сделала быстрый жест пальцами, и в то же мгновение в ее руках появилось несколько палочек, сделанных из дерева, меди и железа, с вырезанными узорами.
– Это Хиави, лабиринты души, – пояснила Дея. – Коснись каждого.
Она по очереди дала Неру прикоснуться к каждой палочке, а затем выложила на полу лабиринт. Потом Дея взяла ладонь юноши и провела каждым его пальцем над получившимся лабиринтом. Как только дело дошло до мизинца, Неру почувствовал, как его сознание закружилось в водовороте собственных мыслей. Юноша инстинктивно закрыл глаза, чтобы не упасть, но скоро снова почувствовал твердую почву под ногами. Решившись приподнять веки, он обнаружил, что стоит на скале посреди непроглядного красноватого тумана напротив трех исполинских фигур: у первой была кошачья голова, у второй – голова шакала, у третьей – трубкозуба (земляного поросенка). «Анубис, бог загробного мира, Сехмет, богиня войны, и Сет, бог пустыни, несущий смерть», – догадался Неру. Три фигуры по очереди кивнули своими страшными головами, а потом юноша снова оказался в хижине рядом с Деей, только теперь он чувствовал себя совершенно разбитым.
– Боги дали свое согласие, – сообщила Дея. – Не прибегай к лабиринтам слишком часто и помни, что после твоей смерти последует расплата.
С каждым словом посланница богов становилась прозрачнее и наконец растворилась в воздухе, оставив Неру лежать на грязном полу. Юноша не знал, сколько прошло времени, прежде чем ему удалось подняться. Стоило Неру закрыть дверь, как хижина исчезла, а он снова оказался на той самой улице Мемфиса, где загадал свое желание. От неожиданности уставший Неру не заметил свернувшуюся кобру, наступил на нее и сразу же получил укус в ногу. «Это конец!» – мелькнуло в голове юноши, но тут прямо на его глазах раны от зубов змеи зажили сами собой. На капюшоне уползающей кобры Неру вместо привычного рисунка увидел число 36. «Знак Сета, – отметил юноша, – тридцать шесть лет боги Тьмы будут моими покровителями, защитят от опасностей и позволят самому определять свою судьбу, а о том, что будет потом, даже думать не стоит».
Еще мальчиком Неру решил, что его миссия на земле – делать окружающий мир лучше. Следуя своим убеждениям, он был вежливым, отзывчивым и спокойным, так как, по его мнению, выполнение просьб и отсутствие шалостей улучшало жизни его родителей. Теперь, после заключения сделки с богами Тьмы, Неру решил расширить горизонты. В его мозгу родилось больше десятка разных планов, включающих снижение налогов, постройку больниц, борьбу со взяточничеством и ограничение власти жрецов. Другой человек мог бы только мечтать об этом, но Неру начал действовать, помня, что на все у него только тридцать шесть лет. Своим главным недостатком юноша посчитал отсутствие денег. «Чтобы влиять на чиновников, нужно быть не просто обеспеченным, а по-настоящему богатым, – сообразил Неру, – поэтому добросовестный труд бальзамировщика в моем случае не подойдет, но и разбойником я тоже не хочу становиться».
В поисках компромисса между своими принципами и необходимостью стать богатым он занялся расхищением гробниц. Подобное преступление в Та-Кемет, Древнем Египте, каралось тяжко: если провинившемуся человеку чудом удавалось выжить после пыток, он становился рабом и был вынужден вести жалкое подневольное существование до самой смерти. Большинство египтян считали проникновение в гробницы святотатством, но Неру был твердо уверен, что мертвым золото не нужно. Наблюдая за работой бальзамировщиков, он часто слышал о гробницах и знал, где нужно искать.
 
Кроме рабства занимающемуся подобным промыслом грабителю следовало опасаться смертоносных ловушек. В самых древних гробницах, скрытых глубоко под пирамидами, сокровища и саркофаги защищались толстыми плитами, запиравшими узкие наклонные ходы. В построенных позже усыпальницах применялись лабиринты фальшивых ходов, перекрывавшихся глубокими колодцами с гладкими стенами. Попавший в подобную ловушку неосторожный вор был обречен на медленную смерть от голода и жажды. В других гробницах тяжелые глыбы падали сверху при попытке отодвинуть загораживающие ход камни. Если дерзкие гости продолжали идти дальше, массы земли обрушивались из специально построенных узких камер и навечно запирали нарушителей спокойствия в потревоженной усыпальнице между кучами песка и земли. Чем новее была гробница, тем больше в ней находилось изощренных ловушек: в темноте низких галерей бесшумно сдвигались каменные челюсти, едва нога пришедшего ступала на роковую плиту пола, а если ловкому вору удавалось вывернуться, сверху падали решетки, утыканные копьями.
Нередко Неру случалось находить истлевшие останки неосторожных людей, погибших в неведомые времена, но ему самому всегда везло: спрятанные стрелы пролетали мимо, а каменные ловушки ко времени прихода молодого расхитителя гробниц теряли свою боеспособность. Постепенно Неру приобрел нужный опыт и научился определять, когда следует кинуть камень впереди себя и какие плиты нельзя трогать. У юноши также появились боевые товарищи, от которых он требовал беспрекословного подчинения. Во время подготовки Неру внимательно выслушивал все идеи членов команды, но в самой гробнице его приказы считались истиной в последней инстанции, а все, кто думал по-другому, изгонялись из товарищества, но на смену им сразу приходили другие. Любителей легкой наживы привлекало то, что всякий раз Неру и все, кто ему помогал, выходили из гробниц живыми, здоровыми и с богатой добычей.
В отличие от других расхитителей гробниц Неру интересовало не только золото, но и знания. Он искал любые упоминания о Хиави, подаренных посланницей богов, чтобы научиться пользоваться лабиринтами души. Собранные в усыпальницах свитки открыли Неру множество полезных секретов. Сразу после прочтения юноша, обладавший фотографической памятью, уничтожал или прятал манускрипты, чтобы никто не смог догадаться о происхождении его состояния.
Неру также не забывал про свою миссию и с удовольствием тратил часть доходов на помощь сиротам, старикам, калекам и другим беззащитным, но их благодарных лиц юноше было недостаточно, так как он хотел изменить не только конкретные жизни, а всю систему целиком. Для этого нужно было не только богатство, но и влияние.
Скопив внушительную сумму (как бы сказали современные экономисты – стартовый капитал), Неру решил покончить с разорением гробниц и заняться торговлей, чтобы заработать себе хорошую репутацию. Он прекрасно знал, что в силу особенностей воспитания жители Та-Кемет скорее будут слушать сумасшедшего убийцу, чем того, кто присваивает себе сокровища умерших.
Своим товарищам по темному ремеслу Неру посоветовал найти другие источники дохода. Из шести человек только трое согласились продолжить работать со своим предводителем на другом поприще, один человек внял совету, но переезжать отказался, а с еще двумя приятелями молодой человек простился, желая больше никогда не встретиться. Осознавая, что из-за высокой конкуренции торговля в Мемфисе для новичка равносильна самоубийству, Неру отправился в Верхний Египет, к истокам Нила. На пути боги Тьмы снова проявили свое покровительство, и все богатство новоявленного торговца было доставлено к новому месту жительства в целости и сохранности. Неру хорошо запомнил честного капитана речного судна и в будущем доверил этому человеку весь свой флот.